ТВОРЧЕСТВО

ПОЗНАНИЕ

А  Б  В  Г  Д  Е  Ж  З  И  Й  К  Л  М  Н  О  П  Р  С  Т  У  Ф  Х  Ц  Ч  Ш  Щ  Э  Ю  Я  AZ

 

Запомните мои слова: еще будут неприятности.
Через час, после того как все подробности были растолкованы, Тэйлор начало мутить.
Лукасу показалось, будто она вот-вот потеряет сознание. Ее лицо сделалось белым, как ее перчатки. Саммерса не было – он отправился на поиски свидетелей, так как Тэйлор предстояло подписать некоторые документы, а Шерман, заметив резкую перемену в своей клиентке, пошел принести ей стакан воды. Он сказал Лукасу, что это все, конечно же, от горя, а разговор о последней воле дорогой леди Эстер, очевидно, оказался для Тэйлор просто невыносимым.
Лукас сел рядом с Тэйлор. Он дождался, пока они остались совсем одни, и взял ее за руку.
– С вами все в порядке?
Она не отвечала, в глубокой задумчивости опустив голову.
Он сжал ее руку, чтобы она посмотрела на него, а когда это не помогло, осторожно взял ее за подбородок и легонько повернул лицом к себе.
В глазах ее стояли слезы. Она вся дрожала. Нет, Тэйлор не пыталась справиться с горем. Она боролась со страхом. Ее глаза выдавали правду. Она была самом деле напугана, и Лукас твердо решил узнать, по какой причине.
– О Лукас, что же Мадам наделала! – Тэйлор ухватила его за руку и не отпускала.
Эти слова поразили его.
– Вы расстроились оттого, что она оставила так много денег на благотворительные цели, Тэйлор? – to, прежде чем она сказала хоть что-нибудь, он сам ответил на свой вопрос:
– Нет, конечно, не из-за это-го. Возможно, это вы и предложили ей поделить свое состояние таким образом. Все равно вам остается огромная сумма. Разве вы не были к этому готовы?
– Мадам не следовало так поступать. Неужели вы не понимаете? Теперь он будет просто вынужден приехать за мной. У него не будет другого выбора. Он на все пойдет, лишь бы заполучить эти деньги. О Господи, что же мне теперь делать?!
Тэйлор вцепилась ему в руку мертвой хваткой. Она очень волновалась, и Лукас не знал, что сделать, чтобы как-то успокоить ее. Ей придется объяснить, в чем состоит опасность, чтобы он мог ей помочь.
Тэйлор снова уставилась себе в колени. Она понимала, что надо как-то совладать со своими чувствами. Лукас, наверное, думает, что на сошла с ума.
– Мне уже лучше, – солгала она и, слабо улыбнувшись, посмотрела на него. – Простите меня. Я не собираюсь так вести себя все время. Просто это было настолько неожиданно… А сейчас я в полном порядке, честное слово.
Он ни на минуту не поверил ей.
– Вы поставили вопрос: что, мол, мне теперь делать? Но вы замужем, Тэйлор. Поэтому ваш вопрос теперь должен звучать так: что нам теперь делать? Понятно?
У него был сердитый вид и резкий голос. Ей подумалось, что он опять ведет себя, как самый настоящий принц.
Ее Прекрасный Принц. Боже, что она сделала с этим человеком? Он заслуживает лучшей участи. Его не следовало обременять браком, которого он не желал, и такими родственниками, как Малькольм.
Он сжал ее руку, и тогда только она поняла, что он ждет от нее ответа. И сказала, только чтобы не расстраивать его:
– Да, понятно. Вопрос должен быть: что же нам делать?
Он что-то проворчал. Она решила: это означает, что он удовлетворен.
– Вы очаровательны, Лукас Росс, даже когда издаете такие малопристойные хриплые звуки.
Ну нет, подумал Лукас. Он не даст ей так просто уйти от этого разговора.
– Скажите, что вы имеете в виду. Я не в силах помочь вам, пока не знаю, в чем именно проблема.
– Да, конечно.
Он прождал целую минуту, пока не понял, что она больше не скажет ни слова.
Но ему очень хотелось хоть как-то развеять ее страхи.
– Послушайте, вы сказали: он будет преследовать вас в погоне за деньгами. Вы ведь говорили о своем дяде Малькольме, да?
Она посмотрела на него и медленно кивнула.
– Но теперь вы замужем, и он не смеет прикасаться к вашему наследству.
– Это понятно.
Она попыталась встать. Но он удержал ее.
– Не так быстро, – проговорил он строго. – Расскажите мне, почему вы расстроены.
От ответа ее спасло то, что Саммерс и Шерман вернулись в кабинет. Шерман подал ей стакан, и Лукасу пришлось отпустить ее руки, чтобы она смогла выпить воды. Она воспользовалась этим и поднялась. Сделав маленький глоток, вернула стакан банкиру, поблагодарила его и отошла к окну. Сложила руки перед собой и устремила взгляд на пешеходов, снующих взад и вперед по улице.
Саммерс сел за свой рабочий стол, повернулся и взглянул на свою клиентку.
– Дорогая моя, вам придется подписать несколько бумаг, чтобы получить доступ к своим средствам.
– А что будет, если я откажусь подписывать? Саммерс подумал, что она шутит с ним. Мысль о том, что кто-то может добровольно отказаться от любой суммы денег, вызывала у него улыбку.
– Подпишете вы или нет – не будет иметь большого значения, – сказал он. – Это просто банковская формальность. Деньги будут сохранены и принесут вам солидную сумму в процентах, если вы решите ничего из них не тратить сейчас.
– Прошу вас, повторите еще раз все подробности. Как именно распределяются эти деньги?
– Две трети имущества идут на благотворительные цели, как я уже объяснял…
Она нетерпеливо откинула волосы назад.
– Да-да, благотворительность. Я понимаю. Но дядя Малькольм… Вы сказали, что он не получит остального. Я не пойму. Вы хотите сказать, что Мадам ничего не оставила своему сыну?
– Давайте все по порядку, – предложил Шерман. Он видел, что Тэйлор сильно взволнована, и хотел успокоить ее, методично разъяснив положение вещей.
– Треть, оставшаяся после пожертвований на благотворительность, составляет солидную сумму, моя дорогая. Ваш двоюродный дедушка Эндрю получает приличное содержание и право на владение имением в Шотландии. Остальное делится между вами и детьми.
Тэйлор закрыла глаза.
– Мадам уточнила или просто сказала: между детьми?
– Она определенно уточнила. Джорджианна и Элисон Хенсон – каждая получает по трети. – Саммер повернулся к Лукасу:
– Это близнецы – правнучки леди Эстер.
– А завещание уже оглашено в Лондоне? – спросила Тэйлор.
– Нет, публичное чтение намечено на вторник, – ответил Саммерс.
– На завтра, – одновременно уточнил Шерман.
– Так неужели Мадам совсем ничего не оставила своему сыну и его семье?
– Оставила, – терпеливо пояснил Саммерс. – Но это просто жалкие гроши.
– Ну, не совсем так, – не согласился Шерман, – Сэр Малькольм будет получать ежемесячное жалованье. Не очень большое, но если он станет вести скромный образ жизни, то ему вполне хватит. Его жене леди Эстер оставила ровно сто фунтов. Она сказала, что это как раз столько, на сколько она поправилась с тех пор, как вышла замуж за ее сына. Мадам обладала своеобразным чувством юмора. – Он тоже повернулся к Лукасу, чтобы пояснить:
– Мадам недолюбливала Лорин. Она говорила, что Лорин – зануда.
– А Джейн?
1 2 3 4 5 6 7 8 9 10 11 12 13 14 15 16 17 18 19 20 21 22 23 24 25 26 27 28 29 30 31 32 33 34 35 36 37 38 39 40 41 42 43 44 45 46 47 48 49 50 51 52 53 54 55 56 57 58 59 60 61 62 63 64 65 66 67 68 69 70 71 72 73 74 75 76 77 78 79 80 81 82 83 84 85 86 87 88 89 90 91 92 93 94 95 96 97 98 99 100 101 102 103 104 105 106 107 108 109 110 111 112 113 114 115 116 117 118 119 120 121 122 123 124 125