ТВОРЧЕСТВО

ПОЗНАНИЕ

А  Б  В  Г  Д  Е  Ж  З  И  Й  К  Л  М  Н  О  П  Р  С  Т  У  Ф  Х  Ц  Ч  Ш  Щ  Э  Ю  Я  AZ

 

Я лишь надеюсь, что Матаган поправится, а не останется калекой.
– Как только Эйла увидела, что носорог пырнул его, то сразу бросилась на помощь, – сказал Джондалар. – Не первый раз она, уже не раздумывая, подвергает себя опасности, если видит, что кто-то ранен, и мне порой даже страшно за нее.
– Ему очень повезло, что она оказалась поблизости. Я уверена, что он на всю жизнь остался бы калекой, не говоря уже о самом плохом исходе, если бы рядом с ним не было знающего целителя, – сказала Зеландони и добавила, взглянув на Эйлу: – А расскажи поподробнее, что ты сделала сначала?
Эйла описала ситуацию в общих чертах. Зеландони уточняла подробности и причины. Под видом интересного разговора Зеландони проверяла осведомленность Эйлы в целительском искусстве. Верховная жрица пока умалчивала о том, что собиралась устроить официальное собрание служителей, чтобы они осознали всю обширность познаний Эйлы, и обрадовалась возможности поспрашивать ее самой для начала. Несмотря на несчастье, случившееся с Матаганом, Зеландони была рада, что Эйле удалось продемонстрировать свое искусство всему Летнему Сходу. Благодаря этому она сможет начать подготавливать жрецов к мысли о принятии ее в их очаг.
Зеландони уже несколько раз пришлось переоценивать свое первое впечатление, но сейчас она увидела эту молодую женщину в совершенно новом свете. Эйла была далеко не новичком. Она была достойной, настоящей служительницей. Совершенно очевидно, что и сама Зеландони может почерпнуть у нее кое-какие знания. Например, использование плауна. Зеландони впервые услышала о таком его применении, но если подумать, то это, вероятно, действенное лечение. Ей очень хотелось поговорить с Эйлой наедине, обсудить новые способы лечения поделиться знаниями. Хорошо, что теперь в Девятой Пещере ей будет с кем поговорить.
Зеландони общалась с другими жрецами из ближайших Пещер и обсуждала важные дела со всеми служителями во время Летних Сходов. Она воспитала, разумеется, несколько учеников, хотя никто из них не увлекался целительством. Крайне полезным приобретением для Пещеры является искусный целитель, особенно если он обладает новыми знаниями.
– Эйла, – сказала Зеландони, – по-моему, тебе следовало бы поговорить с семьей Матагана.
– Но я даже не знаю, о чем с ними разговаривать, – сказала Эйла.
– Они, должно быть, переживают и, как я полагаю, хотят узнать, как все произошло. Я уверена, что разговор с тобой поможет им успокоиться.
– Чем же я смогу успокоить их? – спросила Эйла.
– Ты можешь сказать, что теперь все в руках Матери, но есть вероятность, что он будет совершенно здоров. Разве ты так не считаешь? У меня, например, именно такое ощущение, – сказала Зеландони. – Мне кажется, Дони проявила милость к этому юноше, приведя тебя ему навстречу.
Подавив большой зевок, Джондалар снял новую тунику, полученную в подарок от матери на сегодняшнем праздновании их бракосочетания. Мартона связала ее из нитей, которые сама сделала из льна. По ее просьбе этот наряд отделали легкой вышивкой и бусами. Туника получилась легкой и удобной. Подобную она подарила и Эйле, очень просторную и свободную, чтобы она смогла носить ее в конце беременности. Джондалар сразу же облачился в новый наряд, но Эйла решила пока поберечь свой.
– Я еще не слышал, чтобы Зеландони так охотно рассказывала о делах очага Служителей, – заметил он, забираясь под меховое покрывало. – Это было очень интересно. Я даже не подозревал, что все так сложно, но мне запомнились ее слова о том, что каким бы сложным ни оказалось выдержанное испытание, оно окупается неким вознаграждением. Интересно, что она имела в виду? Она выразилась как-то туманно по этому поводу.
Они полежали немного в тишине. Только сейчас Эйла поняла, как она устала. Так устала, что даже думать толком не могла. Вчера после злосчастной охоты на носорога она допоздна просидела в Доме Зеландони, а сегодня целый день праздновали утверждение их бракосочетания, кроме того, она совсем не выспалась и весь день провела в каком-то напряжении. У нее немного болела голова, и она подумывала, что надо бы встать и заварить ивовой коры, чтобы избавиться от боли, но была не в силах сейчас заниматься приготовлением лекарственного отвара.
– И мать тоже, – продолжал Джондалар, практически просто озвучивая свои мысли. – Я всегда думал, что они с Даланаром просто решили расстаться. Но не знал причин. Наверное, полезно иногда попытаться понять мать как женщину. А не только как человека, который с любовью заботится о тебе.
– По-моему, это расставание далось ей нелегко. Мне кажется, она очень любила Даланара, – заметила Эйла. – И я могу ее понять. Вы с ним очень похожи.
– Не во всем. Мне никогда не хотелось стать вождем. И сейчас не хочется. Мне не хватало бы моих любимых камней. Нет ничего более удивительного, чем вид отличной кремневой пластины, отколовшейся именно так, как ты задумал, – сказал Джондалар.
– Даланар, однако, остался кремневым мастером, – сказала Эйла.
– Да, самым лучшим, но теперь у него мало времени для такого ремесла. Единственный, кто мог бы сравниться с ним, был Уимез, но он вернулся на свою Львиную стоянку, и делает там теперь красивые наконечники для копий Охотников на Мамонтов. Жаль, что они никогда не встретятся. Они с радостью поделились бы знаниями друг с другом.
– Зато ты встретился с ними обоими. И ты понимаешь камень так же хорошо, как любой из них. Разве ты не можешь показать Даланару, чему тебя научил Уимез? – спросила Эйла.
– Могу, я уже показал кое-что, – сказал Джондалар. – Даланар сразу заинтересовался, так же как я в свое время. Как же я рад, что мы дождались Ланзадонии и прошли вместе с Джоплаей и Экозаром Брачный ритуал. Такие события очень сближают людей. Я всегда испытывал особую привязанность к моей сводной сестре, а теперь мы сблизились еще больше. По-моему, Джоплая тоже осталась довольна.
– Я уверена, Джондалар, что Джоплая обрадовалась нашему соучастию в Брачном ритуале. Мне кажется, она только об этом и мечтала, – сказала Эйла, а мысленно добавила: «Вернее, мечтала стать как можно ближе к тебе». Она сочувствовала Джоплае, но ей пришлось признаться себе, что она обрадовалась, узнав о запрещении браков между близкими родственниками. – И Экозар выглядит совершенно счастливым.
– Я думаю, он еще не может поверить в то, что случилось. Есть и другие женихи, которые испытывают подобные чувства по другим причинам, – сказал Джондалар, обняв Эйлу одной рукой и уткнувшись носом в ее шею.
– Экозар любит ее почти безрассудно. Такая безоглядная любовь может многое уравнять, – вяло сказала Эйла, с трудом выныривая из глубин сна.
– В сущности, когда к нему привыкаешь, он уже не кажется таким уродливым.
1 2 3 4 5 6 7 8 9 10 11 12 13 14 15 16 17 18 19 20 21 22 23 24 25 26 27 28 29 30 31 32 33 34 35 36 37 38 39 40 41 42 43 44 45 46 47 48 49 50 51 52 53 54 55 56 57 58 59 60 61 62 63 64 65 66 67 68 69 70 71 72 73 74 75 76 77 78 79 80 81 82 83 84 85 86 87 88 89 90 91 92 93 94 95 96 97 98 99 100 101 102 103 104 105 106 107 108 109 110 111 112 113 114 115 116 117 118 119 120 121 122 123 124 125 126 127 128 129 130 131 132 133 134 135 136 137 138 139 140 141 142 143 144 145 146 147 148 149 150 151 152 153 154 155 156 157 158 159 160 161 162 163 164 165 166 167 168 169 170 171 172 173 174 175 176 177 178 179 180 181 182 183 184 185 186 187 188 189 190 191 192 193 194 195 196 197 198 199 200 201 202 203 204 205 206 207 208 209 210 211 212 213 214 215 216 217 218 219 220 221 222 223 224 225 226 227 228 229 230 231 232 233 234 235 236 237 238 239 240 241 242 243 244 245 246 247 248 249 250 251 252 253 254 255 256 257 258 259 260 261 262 263 264 265 266 267 268 269 270 271 272