ТВОРЧЕСТВО

ПОЗНАНИЕ

 


Соломон Лозовский, или Соломон Доризо, доктор исторических наук, член партии с 1901 г., неоднократно занимал ключевые идеологические посты в стране. Был он многие годы членом ЦК партии, членом исполкома Коминтерна, был директором издательства «Гослитиздат» и заместителем наркома иностранных дел. В 1942 г. Лозовский будет назначен куратором созданного Сталиным Еврейского Антифашистского комитета, обеспечившего России поддержку евреев всего мира. А в 1949 г. после зверского убийства председателя комитета Соломона Михоэлса, когда более 150 человек еврейских интеллигентов, причастных к деятельности комитета, будут арестованы, и Соломон Лозовский будет арестован. Старого коммуниста исключат из партии, которой он преданно служил в течение 48 лет, обвинят в создании «еврейского националистического подполья в СССР» и расстреляют.
Но сегодня, 5 июня 1941 г., Лозовский все еще заместитель Молотова, и на прием к нему прибыл посол США Л. Штейнгардт.
Соломон Лозовский, крупный холеный человек, на всем облике которого еще видны следы долгих лет, проведенных в эмиграции за границей, встретил своего соплеменника — американского еврея Лоуренса Штейнгардта — с подчеркнутой доброжелательностью. Эта доброжелательность, впрочем, никак не повлияла на степень откровенности их беседы. Откровенность в данном случае была неуместна — кабинет Лозовского был напичкан подслушивающими устройствами, и оба собеседника знали об этом.
Два искушенных дипломата вели многочасовую беседу, касающуюся различных вопросов советско-американских отношений, и только в конце беседы Штейнгардт перешел к вопросу приближающегося нападения Германии.
ФРАГМЕНТ БЕСЕДЫ, ЗАПИСАННОЙ ЛОЗОВСКИМ
5 июня 1941
…далее Штейнгардт перешел к вопросу о скоплении германских войск на Западной границе СССР. Он уверен, что немцы готовы напасть на Советский Союз.
В ответ на «предупреждение» американского посла, Лозовский повторил, обычную в эти дни, официальную версию Кремля: «На это я ответил, что Советский Союз относится очень спокойно ко всяким слухам о нападении на его границы. Советский Союз встретит во всеоружии всякого, кто попытается нарушить его границы…»
Запись беседы Криппса с Вышинским, к которому британский посол явился «засвидетельствовать свое почтение» перед отъездом, и запись беседы Штейнгардта с Лозовским были немедленно переданы в Кремль.
Но, несмотря на это, Сталин не встретился ни с одним из них.
Сталин действовал исключительно осторожно. Послы Великобритании и США в эти дни были нежелательными визитерами. Личная встреча Сталина с одним из них именно в эти дни могла насторожить Гитлера.
Ну, а кроме того, в процессе встречи один из послов мог «предупредить» Сталина о предстоящем нападении, и это поставило бы вождя в очень неприятное положение и даже, может быть, принудила к нежелательным действиям. Сталин не мог этого допустить!
«Нежелательные визитеры» так и не были приняты!
До «внезапного» нападения осталось всего 15 дней. 7 июня 1941. Москва
…а в Москве все спокойно
Мир полон слухов о приближающейся войне, а в Москве «все спокойно», и нет никаких признаков подготовки к отражению нападения.
Кремль делает вид, что он то ли не знает о сосредоточении германских войск на советских границах, то ли не придает этому факту никакого значения. Газеты всего мира кричат о войне, а советская пресса рапортует о «победителях соцсоревнований» и сообщает «вести с полей». Об этом достаточно странном феномене фон дер Шуленбург почти ежедневно сообщает в Берлин.
4 июня 1941
Внешне нет никаких перемен в отношениях между Германией и Россией… Русское правительство стремится сделать все для того, чтобы предотвратить конфликт с Германией.
6 июня 1941
Россия будет сражаться лишь в случае нападения на нее Германии…
Все военные приготовительные мероприятия проводятся весьма спокойно, и они носят, насколько это можно определить, лишь оборонительный характер.
7 июня 1941
Все наблюдения показывают, что Сталин и Молотов, которые одни руководят русской внешней политикой, делают все для того, чтобы избежать конфликта с Германией.
До начала операции «Барбаросса» осталось всего 14 дней. 8 июня 1941. Берлин
«Комиссарен-Эрлас», или «Жиды и комиссары, шаг вперед!»
Теперь, когда до начала операции «Барбаросса» остается только две недели, Гитлера больше всего волнует не военная кампания, в успехе которой он не сомневается, а ставшая реальной возможность осуществления его маниакальной идеи «уничтожения еврейско-болыпевистского мира».
Выпущенное Генеральным штабом 13 мая 1941 г. «Распоряжение об особой подсудности…», дающее германским солдатам и офицерам право совершать любые злодеяния и освобождающее их от ответственности, Гитлеру кажется все еще недостаточным для того, чтобы «подвигнуть» его «великое войско» на задуманные им массовые убийства.
По приказу Бесноватого Генеральный штаб выпустил еще один чудовищный документ — «Указание ОКБ об обращении с политическими комиссарами».
Ставка фюрера, 6.06.1941 Передавать только через офицера!
Просьба разослать только командующим армиями и воздушными флотами, остальных — командующих соединениями и командиров частей — ознакомить устно.
Верховное главнокомандование Ставка фюрера
вермахтом 6 июня 1941
Штаб оперативного руководства Документ командования
Отдел обороны страны (1V/QJ Только через офицера
№ 44 822/41 секр. док. команд.
Указания об обращении с политическими комиссарами.
В борьбе с большевизмом нельзя рассчитывать на соблюдение врагом принципов человечности или международного права. Следует ожидать, особенно со стороны политических комиссаров всех рангов как носителей сопротивления зверского, жестокого, бесчеловечного обращения с нашими военнопленными. Войска должны осознавать: в этой борьбе пощада и основанное на принципах международного права снисхождение в отношении этих элементов являются ошибочными действиями. Они вредны для собственной безопасности и для быстрого умиротворения захваченных областей.
Зачинщиками варварских, азиатских методов войны являются политические комиссары. Поэтому против них необходимо действовать со всей строгостью, немедленно и без рассуждений. Отсюда вытекает, что если они будут схвачены в бою или при оказании сопротивления, то, как правило, их необходимо немедленно уничтожать, применяя оружие.
Комиссары не признаются военнослужащими; на них не распространяются положения международного права о военнопленных. После того как они отделены, их необходимо уничтожать…
Подписал: БРАУХИЧ
Несмотря на то, что первые строки «Указания об обращении с политическими комиссарами» лицемерно говорят о «принципах человечности» и «международном праве», сами эти указания грубо попирают все принципы человечности и международного права.
1 2 3 4 5 6 7 8 9 10 11 12 13 14 15 16 17 18 19 20 21 22 23 24 25 26 27 28 29 30 31 32 33 34 35 36 37 38 39 40 41 42 43 44 45 46 47 48 49 50 51 52 53 54 55 56 57 58 59 60 61 62 63 64 65 66 67 68 69 70 71 72 73 74 75 76 77 78 79 80 81 82 83 84 85 86 87 88 89 90 91 92 93 94 95 96 97 98 99 100 101 102 103 104 105 106 107 108 109 110 111 112 113 114 115 116 117 118 119 120 121 122 123 124 125 126 127 128 129 130 131 132 133 134 135 136 137 138 139 140 141 142 143 144 145 146 147 148 149 150 151 152 153 154 155 156 157 158 159 160 161 162 163 164 165 166 167 168 169 170 171 172 173 174 175 176 177 178 179 180 181 182 183 184 185 186 187 188 189 190 191 192 193 194 195 196 197 198 199 200 201 202