ТВОРЧЕСТВО

ПОЗНАНИЕ

 


Через несколько минут моряки уже поднимались по лестнице, ведущей на второй этаж небольшого особняка, где находился в эти дни наркомат обороны. Картину, которую увидел Кузнецов, войдя в кабинет Тимошенко, адмирал не забудет всю свою жизнь.
В комнате было очень жарко. Тимошенко медленно прохаживался по ковру и что-то диктовал. За письменным столом наркома сидел генерал Жуков и что-то сосредоточенно записывал. Перед ним лежало несколько уже исписанных листов бумаги, вырванных из большого блокнота.
Увидев входящих моряков, Тимошенко остановился посреди комнаты, прервал диктовку и сказал: «Считается возможным нападение Германии на нашу страну».
Жуков встал и передал Кузнецову телеграмму, которую он заготовил для приграничных округов. Телеграмма поразила адмирала. Он ожидал увидеть хорошо знакомый ему пароль приказа о введении в действие ПЛАНА ПРИКРЫТИЯ. Но, вместо этого, он увидел длинную депешу — три листа рукописного текста, разъясняющие, что и как следует предпринять войскам в случае возможного «внезапного» нападения.
Вспоминает Кузнецов: «Пробежав текст телеграммы, я спросил: „Разрешено ли, в случае нападения, применять оружие?“ „Разрешено“.
Поворачиваюсь к контр-адмиралу Алафузову: «Бегите в штаб и дайте немедленно указание флотам о полной фактической готовности, то есть о готовности номер один! Бегите!»
И контр-адмирал Алафузов побежал. Сорокалетний, полный человек, в белом адмиральском кителе, побежал по залитой прошедшим дождем ночной московской улице.
Начиналась война. Дорога была каждая минута!
Вспоминает Кузнецов: «Тут уж некогда было рассуждать, удобно ли адмиралу бегать по улице. Владимир Антонович побежал, сам я задержался еще на минуту, уточнил, правильно ли понял, что нападение можно ждать в эту ночь?
Да, правильно, в ночь на 22 июня. А она уже наступила!..»
Да, адмирал Кузнецов понял правильно — «внезапное» нападение Германии ждали именно в эту ночь — 22 июня 1941 г.
Когда через несколько минут адмирал вернулся в свой наркомат, ему доложили, что телеграмма флотам уже ушла:
«Оперативная готовность № 1! Немедленно! Кузнецов».
Но передача телеграммы, даже такой короткой, как эта, занимала все-таки несколько минут, а времени не было! И Кузнецов начал звонить командующим флотами по телефону — каждому в отдельности!
Первый звонок на Балтику — вице-адмиралу Трибуцу: «Не дожидаясь получения телеграммы, которая Вам уже послана, переводите флот на оперативную готовность номер один — боевую! Повторяю еще раз — б о е в у ю!»
Разговор наркома с Трибуцем закончился в 23 часа 35 минут, а еще через 2 минуты в журнале боевых действий Балтийского флота появилась запись: «23 часа 37 минут. Объявлена оперативная готовность № 1».
А Кузнецов продолжал звонить — командующему Северным флотом контр-адмиралу Арсению Головко, начальнику штаба Черноморского флота контр-адмиралу Ивану Елисееву…
И всем один короткий приказ: «Оперативная готовность № 1! Действуйте, без промедления!»
В 2 часа 40 минут 22 июня 1941 г. весь военно-морской флот был уже в полной боевой готовности. Для советского флота «внезапное» нападение Германии не было «внезапным»!
До «внезапного» нападения осталось всего 3 часа 15 минут. 21 июня 1941, полночь, Западная граница
Последний состав!
ДИРЕКТИВА о приведении войск в боевую готовность была уже давно подписана, когда ровно в полночь тяжело груженый товарный состав пересек советскую западную границу. Это был еще один из многих тысяч железнодорожных составов, которые почти два года перевозили стратегическое сырье из России в гитлеровскую Германию.
П оследний состав!
С 1 января 1940 г. по 22 июня 1941 г. Германия получила из СССР миллионы тонн нефти и зерна, миллионы кубометров леса, миллионы тонн проката и цветных металлов, сотни тысяч тонн хлопка и, транзитом из Японии, десятки тысяч тонн сырого каучука.
Без советских поставок, отрезанная от своих традиционных источников сырья английской блокадой, Германия не могла бы вести войну в Европе. К 22 июня 1941 г. долг Германии по встречным поставкам с Советским Союзом составил более миллиарда марок. А это значит, что, кроме сырья, Сталин «подарил» Гитлеру еще и миллиард марок!
И самое удивительное, что Сталин, снабжая Гитлера стратегическим сырьем, на самом деле, не только не имел избытков этого сырья, но даже испытывал в нем недостаток. Для восполнения этого недостатка в 1939 г., вскоре после заключения советско-германского торгово-финансового договора, Анастас Микоян, по приказу Сталина, в глубокой секретности, начал закупки за рубежом большого количества тех же самых материалов, которые СССР так щедро поставлял Германии.
Вспоминает Микоян: «В 1939 г. у Сталина возникла идея закупить на случай войны стратегические материалы, которых у нас было мало, и создать запас, о котором абсолютно никто не знал бы.
Об этом он мне сказал с глазу на глаз и поручил действовать. В мое личное распоряжение он выдал большую сумму валюты… За довольно короткий срок было закуплено за границей значительное количество высококачественного остродефицитного стратегического сырья: каучук, олово, медь, цинк, свинец, алюминий, никель, кобальт, висмут, кадмий, магний, ртуть, алмазы, ферровольфрам, феррованадий, ферромолибден, феррохром, ферромарганец, ферротитан, ферросилиций, молибденовый концентрат и др.
Сталин очень интересовался всем этим делом. Я ему регулярно докладывал о ходе закупок и образовании запасов, об организации их хранения…»
Между тем, поставки сырья Германии и ее союзникам продолжались и в последние предвоенные дни не только не уменьшились, но по личному приказу Сталина были увеличены. Так, по сообщению газеты «Правда» от 8 июня 1941 г., несмотря на то, что Финляндия не выполнила своих обязательств по торговому договору, Сталин приказал поставить ей дополнительно еще 20 000 тонн зерна. А сегодня, 21 июня 1941 г., ранним утром сухогруз «Днестр» доставил в германский порт Штеттин еще 3500 тонн отборного зерна, отправленного из Ленинграда — города, в котором уже в ноябре 1941 г. будут расстреливать за полбуханки «украденного» черного хлеба. Сколько человеческих жизней могло бы спасти это вывезенное в Германию зерно!
Полночь. Западная граница. Медленно ползет тяжело груженый состав. С удивлением взирают на этот «чудо» германские солдаты, с минуты на минуту ожидающие сигнала — «Дортмунд».
Сталин снова, в который раз, показывает миру, что он и не подозревает о приближающейся войне. Что может быть убедительнее, чем этот тяжело груженый состав? Ведь ни одна страна не будет поставлять стратегическое сырье потенциальному противнику за несколько часов до военного столкновения!
До «внезапного» нападения осталось около трех часов.
1 2 3 4 5 6 7 8 9 10 11 12 13 14 15 16 17 18 19 20 21 22 23 24 25 26 27 28 29 30 31 32 33 34 35 36 37 38 39 40 41 42 43 44 45 46 47 48 49 50 51 52 53 54 55 56 57 58 59 60 61 62 63 64 65 66 67 68 69 70 71 72 73 74 75 76 77 78 79 80 81 82 83 84 85 86 87 88 89 90 91 92 93 94 95 96 97 98 99 100 101 102 103 104 105 106 107 108 109 110 111 112 113 114 115 116 117 118 119 120 121 122 123 124 125 126 127 128 129 130 131 132 133 134 135 136 137 138 139 140 141 142 143 144 145 146 147 148 149 150 151 152 153 154 155 156 157 158 159 160 161 162 163 164 165 166 167 168 169 170 171 172 173 174 175 176 177 178 179 180 181 182 183 184 185 186 187 188 189 190 191 192 193 194 195 196 197 198 199 200 201 202