ТВОРЧЕСТВО

ПОЗНАНИЕ

А  Б  В  Г  Д  Е  Ж  З  И  Й  К  Л  М  Н  О  П  Р  С  Т  У  Ф  Х  Ц  Ч  Ш  Щ  Э  Ю  Я  AZ

 


Первое, что они увидели, был эсэсовец с автоматом. Но он шел не навстречу, а уходил от них — медленно, размеренно шагая по ковровой дорожке.
Борщенко не повернул обратно, а пошел за ним следом, так же медленно и бесшумно. Силантьев, ошарашенный опасной близостью врага и не понимая действий Борщенко, пошел следом, не забывая наблюдать за тылом…
Чтобы добраться до завешенного брезентом входа в тоннель, надо было пройти примерно треть коридора. И Борщенко решил, что, если эсэсовец не оглянется и не появится кто-либо сзади, они, поравнявшись с брезентом, юркнут за него — и тогда опасность останется позади.
Но у Борщенко сложился и другой вариант: если эсэсовец задержит их, оглушить его и втащить в тоннель, И в этом случае путь к свободе будет открыт.
Так они шли все дальше и дальше, стараясь ступать неслышно. Неожиданно эсэсовец повернул голову и вдруг, что-то уловив, оглянулся. Пораженный, он остановился.
Борщенко и Силантьев продолжали идти, приближаясь к нему.
Не допустив их до себя на несколько шагов, эсэсовец вскинул автомат.
— Стой! Как вы сюда попали? — По голосу Борщенко узнал в эсэсовце Генриха.
— Убери автомат, — спокойно сказал он. — Не видишь, что ли, кто мы?
— А кто вы? — продолжал допытываться недоверчивый эсэсовец, не опуская автомата.
— Мы пополнение для внутренней охраны. У вас введено чрезвычайное, положение. Не слыхал, что ли?
— Аа-а, только что слышал, — согласился эсэсовец, но автомата не опускал. — Не приближаться! Предъявите ваши пропуска!
— Да ты что, очумел?! — прикрикнул на него Борщенко. — Как же мы, по-твоему, прошли сюда? Пропуска у нас отобрали при входе. Иди и проверяй, если у тебя есть время. А нам надо срочно явиться к вашему шарфюреру. Где он?
Эсэсовец, сбитый с толку спокойствием и уверенностью Борщенко, сообразил, что без пропусков они действительно не могли пройти сюда через тройную внешнюю охрану. Он автоматом мотнул в сторону, откуда они пришли.
— Господин шарфюрер там. Вам надо назад…
— Ну, так и сказал бы давно! А то завел канитель. Нам надо срочно! Ну шагай, шагай своей дорогой! Да смотри в оба: чрезвычайное положение…
Борщенко круто повернулся и зашагал обратно. Силантьев последовал за ним, не забывая оглядываться.
Эсэсовец остался на месте, смотря им вслед, и только когда они уже подошли к повороту в первый коридор, встрепенулся.
— Погодите! — крикнул он. — А как же вы могли пройти мимо шарфюрера, если пришли оттуда?!
Борщенко и Силантьев, делая вид, что вопрос этот их уже не касается, продолжали спокойно уходить.
— Стойте! — крикнул эсэсовец и поспешил за ними.
Борщенко и Силантьев завернули за угол и сразу же бросились вперед.
Первый коридор был свободен, но пробежать его до появления преследующего их эсэсовца было невозможно. Куда бы свернуть?
Почти сразу же после поворота, против кабинета инженера Штейна, Борщенко заметил небольшой тупичок и светящийся красный шар с надписью «Аварийный колодец», а в конце тупичка — гофрированную дверь с такой же красной надписью.
Борщенко свернул в тупичок, подбежал к двери и ухватился за ручку. Дверь легко открылась. Красная лампочка тускло осветила тамбур аварийного колодца, с начинающимися отсюда металлическими ступенями в виде прочных железных скоб, вбитых в заднюю стенку.
— Давай сюда, Фома!
Они вскочили внутрь, и Силантьев прикрыл за собой дверь.
Надо было быстро, в секунды, решать, что делать дальше.
В застекленное круглое окошечко в двери, напоминающее небольшой иллюминатор, Борщенко стал наблюдать за видимой частью коридора.
Если эсэсовец не появится здесь, значит, он оставил их в покое, надеясь, что уйти им отсюда некуда и они будут проверены в зоне другого патруля. В таком случае, выждав благоприятный момент, можно будет сделать новую попытку добраться до тоннеля.
Если же эсэсовец появится в этом коридоре, значит, он решил их задержать. И тогда дело осложнится.
Борщенко через иллюминатор увидел, как эсэсовец пробежал мимо, беспокойно оглядываясь назад. Значит, преследование началось. И, пожалуй, вряд ли сейчас будет возможно выбраться отсюда незамеченными.
А может быть, воспользоваться колодцем?… Борщенко поднял голову и посмотрел вверх. Как высоко уходят эти ступеньки? И куда они выводят? Вверху колодца было темно, как в могиле. Но раз колодец приготовлен на случай аварии, значит, по этой лестнице можно перебраться в какое-то другое помещение, выше…
И Борщенко решил:
— Лезем, Фома!
— Лезем. — Силантьев, не желая расстаться с ломиком, засунул его за пояс.
Карабкались в темноте молча. Слышалось лишь шумное дыхание Борщенко.
Вдруг он остановился.
— Осторожно, Фома! Лестница кончилась.
Борщенко потрогал край колодца, а за ним — ровную каменную поверхность. Он стал на ощупь обследовать пространство впереди. Всюду — ровный каменный пол.
— Фома, вылезай сюда. Здесь просторно.
Они вылезли из колодца и прислушались. Внизу все еще было тихо.
Силантьев нащупал около себя холодную стену. «Что же тут такое?» Он вытащил фонарь и нажал кнопку. Яркий луч осветил небольшое каменное помещение кубической формы.
Быстрым движением Борщенко вырвал у Силантьева фонарь. Снова — тьма.
— Ты что, спятил? — зашипел он. — Ведь если снизу заметят здесь свет, — нас быстро найдут.
Однако пора двигаться дальше. Колодец должен иметь продолжение. Важно опередить погоню. Ведь эсэсовец сейчас ищет их там, внизу…
Эсэсовец действительно их искал. Он успел заглянуть в вестибюль и теперь устремился к аварийному колодцу — единственному месту, где они могли укрыться. Как гончая собака, почуявшая добычу, раздувая ноздри и держа наготове автомат, он подбежал к двери тамбура и открыл ее.
В тамбуре беглецов не было. Эсэсовец осторожно вошел внутрь и поглядел вверх. Темно. Но они там, только там! Теперь можно действовать. Дать тревогу или отличиться самому?
Поколебавшись несколько секунд, он вытащил из кармана электрический фонарь, повесил его на нагрудную пуговицу, включил и осторожно полез вверх, следя за цифрами, показывающими высоту.
Пять метров… десять… пятнадцать… Высоко, черт возьми! Страшно!… Но он всегда отличался смелостью.
И у него — свой гороскоп… Еще несколько метров — и показался край площадки.
Высунувшись над краем колодца, эсэсовец сразу же увидел стоявшего Борщенко. Но это было последнее, что он увидел. На голову эсэсовца обрушился страшный удар, и он полетел вниз, лязгая автоматом о металлические скобы. Тяжелый удар внизу разнесся далеко по коридору и загудел в колодце.
— Ну, Фома, замри!…
Внизу послышались голоса. Сначала один, затем еще один, а потом сразу несколько. Слова доносились вверх отчетливо:
— Насмерть!… Всмятку!…
— Да это Генрих!
1 2 3 4 5 6 7 8 9 10 11 12 13 14 15 16 17 18 19 20 21 22 23 24 25 26 27 28 29 30 31 32 33 34 35 36 37 38 39 40 41 42 43 44 45 46 47 48 49 50 51 52 53 54 55 56 57 58 59 60 61 62 63 64 65 66 67 68 69 70 71 72 73 74 75 76