ТВОРЧЕСТВО

ПОЗНАНИЕ

А  Б  В  Г  Д  Е  Ж  З  И  Й  К  Л  М  Н  О  П  Р  С  Т  У  Ф  Х  Ц  Ч  Ш  Щ  Э  Ю  Я  AZ

 


Он обезоруживающе улыбнулся.
– «Женская сила» добилась огромного успеха. Такую популярность, какая есть у вас, невозможно купить за деньги. Пресса без ума от вас. Правительство хочет знать ваше мнение и ищет вашего сотрудничества. Вы остались женщинами и вы работаете. Но вы не извлекаете из своего бизнеса прибыли, – тут он обвел их взглядом, – и мой анализ говорит мне, что причина в том, что вы этого и хотите. Вы хотите оставаться маленьким предприятием, чтобы продолжать совмещать личную жизнь и бизнес.
Так, это его домашняя заготовка. Кто мог рассказать ему это? Дон, заведующая канцелярией, после нескольких рюмок и кучи лести? Из них четверых ни одна не могла этого сделать. До сегодняшнего дня ни одна из них, кроме Лиз, с ним не встречалась.
– И для вас будет, наверное, неожиданностью услышать, что я с глубокой симпатией отношусь к этой вашей позиции.
О да, подумала Лиз, именно так и может относиться к ним мужчина, который работает семь дней в неделю, три брака которого распались из-за того, что он не бывает дома, домом которому служит небольшой уютный вертолет.
– Но я боюсь, что жизнь диктует свои законы. Клиенты не могут понять вас, если рабочие места у них пустуют из-за того, что вы хотите сами забирать своих детей из школы.
Лиз заметила, что его голос приобрел интонации сурового, грубого, но справедливого начальника.
– Некоторые из ваших клиентов проявляют недовольство. Ходят даже слухи о неэффективности. Письма остаются без рассмотрения. На звонки никто не отвечает.
Лиз бросила взгляд на Бритт. Они дудели в одну дуду. Бритт могла бы подписаться под его словами.
Приступ паники овладел ею. А не могла Бритт снабдить его информацией? Ведь первой о его намерениях узнала она. А если ей причитаются солидные комиссионные в случае заключения сделки? Но потом Лиз вспомнила искаженное болью лицо Бритт, смотревшей на нее, когда она пряталась в коттедже, лицо, которое так красноречиво выражало страдание, что Лиз, имевшая все основания во многом винить Бритт, была тронута. Нет. Этого Бритт не сделала бы. Кто угодно, только не Бритт. Во всяком случае, сейчас.
Она посмотрела на подругу. Но Бритт не глядела в ее сторону. Она бесстрастно слушала Слейтера.
– Если вы будете продолжать в том же духе, я даю вам шесть месяцев.
Тут Бритт впервые бросила взгляд на Лиз, словно повторяя его предсказание. Шесть месяцев!
– «Женская сила» распадется, как карточный домик. Вам надо действовать сейчас, закрепляя ваши достижения! Гибкий график работы – это идея, время которой пришло! И не только для женщин. Все хотят большего равновесия в своей жизни. Это в восьмидесятые люди сходили с ума по работе. Семидесятичасовая рабочая неделя, восьмидесяти часовая! И чего ради? Они получили деньги, но потеряли свое время. Теперь они хотят получить свою жизнь назад!
Он встал и начал ходить по комнате.
– Если вы присоединитесь к «Миру труда», вы сможете донести ваши идеи до главной улицы каждого города в этой стране! Подумайте о людях, которым вы сможете помочь!
В его голосе они слышали искреннее волнение, желание внести свой вклад в богатую возможностями идею и развить ее, и это опьяняло и увлекало. Лиз чувствовала, что против ее воли энтузиазм Слейтера действует на нее.
Возможно, он и прав. Возможно, «Женская сила» принесет больше пользы, если ее филиал будет на главной улице каждого города. На секунду ее позабавила мысль, что вывеска «Женской силы» будет попадаться на глаза так же часто, как вывески агентства Брука или магазинов гимнастических принадлежностей. Возможно, им следует продать «Женскую силу».
Росс Слейтер перестал шагать по комнате и оперся на спинку своего кресла.
– Я знаю, о чем вы сейчас думаете. «Женская сила» – наше дитя, а этот мужик, этот самодельный миллионер, которому плевать на него, который видит в нем лишь еще один кирпичик своей империи, хочет отнять его у нас. Но я подумал и об этом. Я считаю, что «Женская сила» уникальна, и я хотел бы сохранить ее привлекательность для женщин, этот ее материнский оттенок!
Лиз почувствовала, что сейчас Слейтер вытащит свою козырную карту.
– И уж конечно, я не собираюсь избавляться от вас. Я хотел бы, чтобы и Джинни, и вы, Лиз, остались в «Женской силе» в качестве директоров с неполным рабочим днем. Я видел слишком много компаний, купленных у их создателей, и видел, как они терпели банкротство через несколько месяцев. Вы нужны мне! Я хочу купить «Женскую силу», потому что знаю, во что мы можем превратить ее вместе.
Лиз показалось, что слова Слейтера прозвучали эхом. «Ваш опыт не купить ни за какие деньги» – именно так он говорил и тому старику.
Но она оказалась не готова к тому, что он сказал вслед за этим.
– Я действительно очень хочу купить «Женскую силу», – он сделал паузу и обвел взглядом их всех по очереди, рассчитывая силу воздействия своих слов, – и я готов заплатить за нее два миллиона фунтов.
У Лиз перехватило дыхание. Два миллиона! И ей достанется почти половина! Она постаралась выкинуть из головы мысль о плавательных бассейнах и яхтах и сосредоточиться на том, что говорил Слейтер.
А это было блестящее представление. Он продумал все. Не без дрожи Лиз осознала, что им будет очень трудно отвергнуть его предложение.
Лиз задернула молнию своего портфеля, чувствуя, что Росс Слейтер смотрит на нее. Она видела, что он отлично понимает ситуацию. Понимает, что именно она, а не другие, будет его противником.
Он с улыбкой подошел к ней. И Лиз стало ясно, почему его холодная любезность заставила ее чувствовать себя так неловко при их первой встрече. Это была любезность солдафона. Он был из тех, кто решает за вас, начиная с того, что вам заказывать на ужин, и кончая тем, как вам жить. Некоторым женщинам, возможно, нравится это, но только не ей.
Она уже направлялась к выходу, когда почувствовала, что Слейтер придерживает ее за локоть. Ее подруги выходили из комнаты.
– Миссис Уорд. Я не ошибаюсь, считая, что вы были женой журналиста Дэвида Уорда?
– Я и сейчас замужем за ним, – поправила Лиз, сама не понимая, что заставило ее это сделать.
– Понимаю. Но живете вы врозь? Ваш муж очень настойчивый человек, – в его голосе она услышала скрытое раздражение.
– Хорошие журналисты обычно бывают настойчивыми людьми.
– Возможно. Но боюсь, у меня нет особого уважения к журналистам. И случилось так, что ваш муж составил себе превратное представление обо мне. Он слушал озлобленного пожилого человека, у которого был зуб на меня.
Лиз спросила себя, как много она может открыть из того, что ей уже было известно.
– И этот зуб не имел никакого отношения к тому, что вы выжили старика из совета директоров его бывшей компании?
Слейтер рассмеялся:
– Это смешно, как я уже сказал тогда вашему мужу.
1 2 3 4 5 6 7 8 9 10 11 12 13 14 15 16 17 18 19 20 21 22 23 24 25 26 27 28 29 30 31 32 33 34 35 36 37 38 39 40 41 42 43 44 45 46 47 48 49 50 51 52 53 54 55 56 57 58 59 60 61 62 63 64 65 66 67 68 69 70 71 72 73 74 75 76 77 78 79 80 81 82 83 84 85 86 87 88 89 90 91 92 93 94 95 96 97 98 99 100 101 102 103 104 105 106 107 108 109 110 111 112 113 114 115 116 117 118 119 120 121 122 123 124 125 126 127 128 129 130