ТВОРЧЕСТВО

ПОЗНАНИЕ

А  Б  В  Г  Д  Е  Ж  З  И  Й  К  Л  М  Н  О  П  Р  С  Т  У  Ф  Х  Ц  Ч  Ш  Щ  Э  Ю  Я  AZ

 


Хлопнула дверь. Кац пожал плечами, спуская воду. Проблемы.
У всех проблемы. Как они с Мартой давным-давно догадались, та из двух девушек в квартире 23, что помоложе и покрасивее — просто здоровая, похотливая юная особа, готовая получать удовольствие, где бы и как бы она его ни находила, вероятно, в придачу покрывая свою долю расходов на аренду квартиры. Но у другой девушки была проблема.
Он прошел обратно в гостиную и растянулся на одном из диванов, чтобы почитать журнальную статью. Она была написана человеком, у которого после имени стояло L.M. [Legum Magister — магистр права (лат.)] . Этот L.M., похоже, знал свое дело. Насколько Кац мог судить, он старался указать на разницу в подходах, применяемых в юриспруденции и медицине, чтобы докопаться до правды. Юрист же пытался отстоять свою позицию.
Кац попытался дочитать статью и не смог. Слишком уж не по его части. Ему сподручнее иметь дело с бумагой для заметок и программой скачек.
Он бросил журнал на пол, попробовал вздремнуть, и сообразил, что вода из бачка, которую он спустил несколько минут назад, до сих пор течет. Это само по себе кое-что доказывало. Вероятно, богатство не избавляет тебя от мелких неприятностей.
Гэм наверняка платил пять-шесть сотен долларов в месяц за квартиру. И что он имел за свои деньги? Туалет с протекающим бачком.
Вздохнув, Кац встал и прошел через спальню в ванную, собираясь поправить клапан. Войдя в ванную, он вздрогнул, услышав, как мисс Арнесс резко проговорила сквозь шум душа:
— Что ты здесь делаешь?
Кац ожидал, что ответит мисс Пол. Вместо этого он услышал, как Марти Ромеро хриплым голосом сказал:
— А ты как думаешь? Тебя ищу. И знаешь что? Что бы там у тебя ни было, ты с виду такая же хорошенькая, какой была на ощупь в гараже. — Шум льющейся воды прекратился.
— Убирайся отсюда, Ромеро. Если не уйдешь, я позову миссис Мэллоу.
— Эту старую клячу?
— Нет. Убери свои руки! Оставь меня в покое, Ромеро.
— Почему? Я ищу тебя с прошлого вечера. Я заходил сюда извиниться и угостить тебя выпивкой. Но тебя здесь не было, так же как и твоей голубки. А знаешь, где я ее нашел? Прямо по соседству, в квартире летчика. И догадайся, чем они занимались?
— Не говори так.
— Почему нет? Так оно и было. Вот тогда я и сказал себе: да что, черт возьми, эта лесбиянка о себе вообразила? Что она слишком хороша для меня или как?
— Я сказала: убери руки и уходи отсюда.
Теперь уже тяжело дыша, Ромеро сказал:
— Ну уж нет. Будут еще всякие дешевые девки мной помыкать.
Девушка была в отчаянии, она все твердила:
— Нет, Ромеро, пожалуйста.
Кац устремился было к двери бегом, но сердце напомнило о себе. Тогда он пошел шагом. Пересекая террасу, он посмотрел вниз, но позвать было некого. Единственным мужчиной на ланаи был мистер Мелкха.
Кац нажал кнопку лифта, но тот, кто последний на нем ехал, оставил раздвижную решетчатую дверь открытой, и кабинка не реагировала на электрический импульс. Спеша изо всех сил, Кац рывком распахнул тяжелую пожарную дверь, ведущую в лестничный колодец, и спустился по лестнице этажом ниже. Потом ему пришлось пройти полпути вокруг балкона, прежде чем снова начались ступеньки и он смог спуститься на второй этаж, к закрытой двери квартиры 23.
Когда Кац приблизился к двери, она открылась и наружу выскочил Ромеро. Он зигзагами пошел по балкону к своей квартире.
Кац попытался его остановить:
— Эй, минуточку.
Ромеро был так пьян, что глаза его остекленели. Какое-то время он постоял, вглядываясь в Каца, без единого слова. Потом, все так же без единого слова, почти с презрением, словно отмахиваясь от мухи, он наотмашь ударил Каца тыльной стороной ладони. Удар отшвырнул старика на перила из сварочной стали, и Кацу пришлось уцепиться за эти перила, судорожно глотая воздух до тех пор, пока боль в пояснице и, еще более мучительная, в груди не улеглась.
Глава 20
С того времени, как он впервые услышал голос Ромеро через вентиляционную систему, и до того момента, когда столкнулся с ним, прошло не более четырех минут. Но, судя по рыданиям в квартире, этого времени оказалось достаточно для того, что было на уме у Марти Восходящей Звезды.
Когда он снова смог стоять выпрямившись и более или менее нормально дышать, Кац постучал в приоткрытую дверь:
— Мисс Арнесс?
— Да? — ответила она унылым голосом.
— Это мистер Кац. Я случайно услышал. Можно мне войти?
Когда никто не ответил, Кац открыл дверь пошире и заглянул внутрь. В гостиной никого не было, но дверь в ванной была открыта, и он слышал, как льется вода.
— Я воспользуюсь вашим телефоном, чтобы вызвать полицию, — сказал Кац.
Вода внезапно перестала течь, и девушка появилась на пороге ванной, придерживая на себе не подпоясанный халат.
— Нет. Прошу вас, мистер Кац, — взмолилась она.
Кац сказал:
— Но, как я уже говорил, я слышал.
— Ну и ладно. Слышали так слышали, — проговорила она яростно. — Я не хочу, чтобы кто-нибудь знал. Что бы то ни было, вы понимаете? Этот человек — сумасшедший. Он потерял разум. Он вел себя как животное. — Одной рукой не давая халату распахнуться, она другой рукой быстро провела по своим мокрым щекам.
— Тогда мне тем более следует позвонить в полицию.
— Нет, — повторила она. — Пожалуйста, не надо. Если это попадет в газеты, я потеряю работу. А моя работа — это все, что у меня осталось.
— Как знаете, — сказал Кац. У него болела спина. Ему до сих пор было трудно дышать. Он чувствовал себя старым, ненужным и беспомощным. Было время, когда ему бы и в голову не пришло обращаться к властям. Он бы сам управился с Ромеро так или иначе.
Модель исчезла с порога. Звук льющейся воды возобновился. Потом, после недолгой тишины, она снова открыла дверь ванной, завязывая в тугой узел пояс своего халата.
— Забудьте об этом, пожалуйста, — умоляла его девушка. — Это просто была одна из тех вещей, которые случаются. — В ее голосе зазвучала горечь. — Я почти жалею, что мне это не понравилось. Ведь вы не думаете, что я хочу быть такой, какая я есть, правда?
— Нет, конечно нет, — заверил ее Кац. — Никто из нас не хочет быть не таким, как все.
Манекенщица присела на краешек кушетки:
— Вот почему я не закричала. — Она уткнулась лицом в ладони. — Ох, будь оно проклято! Теперь все окончательно запуталось. Я не могу допустить, чтобы такому ублюдку сошло с рук то, что он сделал. Но я не хочу, чтобы кто-нибудь знал, особенно Пэтти.
Кац почувствовал себя бесполезным, как никогда. Он не знал, остаться ему или уйти. Он старался придумать, что бы такое сказать девушке, чтобы ее утешить, но слова не приходили. Ее проблема была слишком глубокой, и даже куриный суп Марты не мог ее решить. Заметив наполовину полную бутылку с «Дюбонне» на стенке, разделявшей гостиную и кухоньку, он налил вина в стакан и предложил девушке:
1 2 3 4 5 6 7 8 9 10 11 12 13 14 15 16 17 18 19 20 21 22 23 24 25 26 27 28 29 30 31 32 33 34 35 36 37 38 39 40 41 42 43 44 45 46 47 48 49 50 51 52 53 54 55 56 57 58 59 60 61 62 63 64 65 66 67