ТВОРЧЕСТВО

ПОЗНАНИЕ

А  Б  В  Г  Д  Е  Ж  З  И  Й  К  Л  М  Н  О  П  Р  С  Т  У  Ф  Х  Ц  Ч  Ш  Щ  Э  Ю  Я  AZ

 


Три человека с трудом шли по коридору, поминутно оглядываясь назад. Двое в боевой броне десантных войск и здоровенный верзила в окровавленном белом комбинезоне: лаборанты за глаза называли его «Бугаем» и любили разыгрывать «салаг», рассказывая, что этот, похожий на неуклюжего медведя человек — заведующий кафедрой астрофизики в Терранском университете. А потом потешались, глядя, как на первом же занятии до новичков доходит, что это была совсем не шутка, и что за внешностью туповатого костолома скрывается ум очень талантливого ученого.
Интеркомы на поясах людей заработали одновременно с захрипевшей во всем коридоре коммуникационной системой:
"ТРЕВОГА ПЕРВОГО УРОВНЯ. ПРОДОЛЖАЕТСЯ АНОМАЛЬНАЯ ПУЛЬСАЦИЯ В КРАСНОЙ ЗОНЕ СЕКЦИИ "А". СИСТЕМА НАБЛЮДЕНИЯ НЕ ФУНКЦИОНИРУЕТ. СВЯЗЬ С КРАСНОЙ ЗОНОЙ ПОЛНОСТЬЮ УТЕРЯНА. ПРИНЯТЫЕ АВАРИЙНЫЕ МЕРЫ НЕ ЭФФЕКТИВНЫ. ВСЕМУ ПЕРСОНАЛУ РЕКОМЕНДУЕТСЯ НЕМЕДЛЕННО ПОКИНУТЬ СЕКЦИЮ "А". ВРЕМЯ ДО ИЗОЛЯЦИИ КРАСНОЙ ЗОНЫ — ПЯТЬ МИНУТ. ВРЕМЯ ДО ПОЛНОЙ ИЗОЛЯЦИИ СЕКЦИИ "А" — СЕМЬ МИНУТ".
Десантник, буквально тащивший ученого на себе, грубо выругались. Его коллега, с которым он периодически менялся, с тревогой оглянулся на наполовину сомкнувшиеся створки бокового туннеля, по которому они добрались до этого коридора, а потом — на закрытый люк противоположной стене. Они старались двигаться с максимальной скоростью, побыстрее выбраться в незатронутые катастрофой зоны, но профессор Райнс задерживал их. Длинная рваная рана на бедре и потеря крови позволяли ему разве что не потерять сознание, но двигаться быстрее он не мог. В другой ситуации они или оставили бы его в безопасном месте, чтобы разведать дорогу, или понесли на руках, — но только не теперь. Всего полчаса прошло после катастрофы, а они на собственной шкуре убедились, что, во-первых, безопасных мест поблизости от очага попросту нет, а, во-вторых, оставаться без оружия чревато очень нехорошими последствиями.
— Седьмой, проверь коридор, — десантник прислонил профессора к стене и тут же перебросил со спины на грудь тяжелый вейер. Напарник раздраженно дернул плечом и осторожно пошел вперед, аккуратно обходя сброшенные со стен во время катастрофы декоративные плитки: большинство разлетелись на куски, но парочка тонких бледно-желтых квадратов уцелела. — Мы успеваем?
— Нет! — покачал головой отдышавшийся профессор. — Нам еще метров четыреста по этой галерее, потом санитарная зона, потом контрольный пост — и лишь за ним переход в секцию "Б". С моей ногой мы успеем разве что пройти санитарный сектор.
— И что? — яростно выдохнул тот, кого первый десантник назвал Седьмым. — Вы опять за свое? Мы никого не оставляем — зарубите себе на носу, профессор!
— У вас есть альтернатива, сержант? Надо любой ценой предупредить остальные блоки, и эвакуировать людей. Мы не смогли обесточить аппаратуру — даже если вся секция будет запечатана, это не поможет. Вы слышали — пульсация продолжается!
— Что, будь вы прокляты, вы там сделали?! — взорвался десантник. — Что тут вообще происходит?!
— НЕ ЗНАЮ! Я! НИЧЕГО! НЕ! ЗНАЮ!!! — заорал, превозмогая боль, Райнс. Его душил гнев на этого тупого солдафона, пререкающегося с ним, вместо того, чтобы спешить туда, где он может помочь людям… но еще больше этот гнев пополам со стыдом жалил его самого. Почему он молчал? Почему согласился с Фелтом? Почему не спорил, не настоял на повторной проверке, после выявленных в последнем тесте аберраций поля? Почему смолчал, когда Фелт предложил дать полную мощность на аппаратуру?
Почему… почему… почему… Он устало посмотрел на опешившего десантника и с горечью рассмеялся. Кого он пытается обмануть: ему самому было интересно посмотреть на результат эксперимента. Ему хотелось на практике проверить свои расчеты. Ему не хотелось становиться на пути Фелта и тех, кто стоял за ним. Ему не хотелось думать своей головой, когда можно было переложить всю ответственность на других — того же Фелта, в конце концов.
Что ж, он получил именно то, что хотел. Он действительно увидел нечто…
Мерный гул, зародившийся где-то в глубине блока, в мгновение ока сорвался на грохочущий удар. Палуба под ногами подпрыгнула, а затем мелко-мелко задрожала. Последние плитки оставшиеся на стенах точно корова языком слизнула, а половина панелей освещения, ослепительно вспыхнув напоследок, разлетелись дождем осколков.
«РЕГЕСТРИРУЮТСЯ АНОМАЛЬНЫЕ ВСПЛЕСКИ В КРАСНОЙ ЗОНЕ. НАЧАТА НЕМЕДЛЕЕЕЕ…»
Светло-голубые разряды плеснули из каждого коммуникатора, оплавляя предохранительные решетки; личные интеркомы озадаченно загудели, фиксируя обрыв связи. Второй удар почти без паузы перетек в третий, отозвавшийся в каждом сантиметре окружавшего их металла и покореженного пластика странной, вибрирующей пульсацией. Профессору даже показалось, что он слышит мощное, басовитое гудение десятка огромный, невидимых струн, сливающееся в завораживающий звук, но, прежде чем он успел понять, так это или нет, эхо приближающегося — или уже мчащегося во весь опор — катаклизма стихло, оставив их наедине со звенящей тишиной.
— Т…твою мать! — вырвавшиеся у Седьмого слова в полной мере выразили ощущение каждого из них.
— Профессор…
— Здесь недалеко до коммуникационного центра! — настолько твердо, насколько хватило сил, заявил он, отлепившись от стены. — Там можно забаррикадироваться. Я попробую сам добраться туда и наладить связь с ретранслятором, чтобы передать сигнал «СОС». Вы, — игнорируя набычившегося Седьмого, он ткнул пальцем в бронированную грудь второго десантника, — спешите к магистральной трубе к секции "Б" или "С". Без меня вы успеваете туда вовремя. Найдите Фримена или Андрееву — и расскажите им, что я требую полной эвакуации. Передайте им — «Фантом один». Они поймут.
— Пятый, что мы…
Десантник несколько секунд пристально смотрел на профессора, потом перевел взгляд на напарника.
— Седьмой, бластер! — еще пару секунд они смотрели друг на друга, потом Седьмой быстрым движением достал излучатель. Подумав, добавил к нему запасную обойму и протянул профессору. — Вы уверены, что хотите этого?
— Нет! — честно ответил профессор. — А есть выбор?
Пятый открыл рот, словно желая что-то сказать, но так и не нашел нужных слов. Отвернувшись, он взял наизготовку вейер и побежал по коридору. Седьмой последовал за ним, держась в двух-трех шагах позади напарника. Так, ни разу не обернувшись, они скрылись за поворотом, и только топот десантных сапог и хруст расплющиваемой керамики напоминал о них. А затем стих и он.
Профессор с трудом доковылял до противоположной стены: к его облегчению, кровотечение не возобновилось, и боль в ноге оказалась не такой сильной, как он опасался. Люк, закрывавший проход в боковой коридор, открылся без проволочек:
1 2 3 4 5 6 7 8 9 10 11 12 13 14 15 16 17 18 19 20 21 22 23 24 25 26 27 28 29 30 31 32 33 34 35 36 37 38 39 40 41 42 43 44 45 46 47 48 49 50 51 52 53 54 55 56 57 58 59 60 61 62 63 64 65 66