ТВОРЧЕСТВО

ПОЗНАНИЕ

А  Б  В  Г  Д  Е  Ж  З  И  Й  К  Л  М  Н  О  П  Р  С  Т  У  Ф  Х  Ц  Ч  Ш  Щ  Э  Ю  Я  AZ

 

Все кончено. Она договорилась с Броком Макфи, что он заберет ее часа через два, и заказала билет от Хелины до Сан-Франциско. Трейси медленно встала, презирая себя за подступающие слезы, и налила еще чашку кофе.
Поднявшись к себе, она выбрала дорожный наряд: жемчужного цвета плиссированные брюки-юбку, зелено-серую блузку, серые лодочки и такую же сумку. Подумав, добавила к этому ансамблю зеленый жакет - на тот случай, если в Сан-Франциско будет прохладно, когда она приземлится. Затем занялась макияжем и прической.
Щетка для волос замерла в ее похолодевшей руке, когда она услыхала, как дверь комнаты Слейда открылась и его шаги раздались в холле. Наружная дверь закрылась, и опять стало тихо.
Сохраняя внешнее спокойствие, она закончила туалет. Застегивая блузку, услышала, как Слейд вернулся в свою комнату, а затем снова спустился вниз.
Пусть будет так. Он уедет в Хелину, а она - в Сан-Франциско, даже не попрощавшись. Так даже лучше. Неизвестно, кто из них больше измотался: она, без конца умоляя дать ей информацию, или он, отказываясь отвечать.
Трейси посмотрела на часы. Она собрала в одно место приготовленные в дорогу вещи и вынесла их в холл. Бросив на комнату последний взгляд, чтобы проверить, не забыла ли чего-нибудь, взяла кофейную чашку и спустилась вниз.
Войдя в кухню, она остановилась как вкопанная. Слейд не уехал, он сидел за столом, и перед ним стояла чашка кофе. Он был свежевыбрит, одет в темно-голубую рубашку и джинсы. Даже обычно непослушные волосы были аккуратно причесаны. Пораженная его непривычным видом и стараясь скрыть удивление, Трейси направилась к кофейнику.
- Я думала, ты уже уехал, - сказала она безразличным голосом, поклявшись себе, что сохранит дистанцию.
- Спешить некуда, - ответил Слейд таким же тусклым тоном.
- Да я тоже так думаю, - согласилась она, ставя свою чашку в мойку. Она хотела позвонить из кухни, но ничего, это можно сделать из кабинета. Выходя, Трейси оглянулась.
- Пожалуйста, будь так добр, передай от меня привет Рейчел.
- Уезжаешь? - Вопрос прозвучал все так же безразлично, он словно не понимал, какой болью отзываются в ней эти слова.
- Да. Скажи Рейчел, что я позвоню ей из Сан-Франциско. - Борясь с волнением, она прошла в кабинет и села за стол.
Она не станет думать об этом, не позволит вывести себя из равновесия. Сняв трубку, она набрала номер в Сан-Франциско. Трейси была уверена, что отец дома, как обычно по воскресеньям.
- Папа? Хорошо, что застала тебя. Я прилетаю в Сан-Франциско сегодня вечером, в восемь двадцать. Можешь меня встретить?
- Конечно! Я так рад, что ты возвращаешься домой, Трейси.
- Я тоже. - Она старалась разговаривать заинтересованно и даже сделала несколько разумных замечаний. Но мысли ее были далеко, и она испытала облегчение, когда смогла вставить:
- Увидимся вечером, папа. - И положила трубку.
Она уставилась в пространство, не замечая уюта этой старой комнаты с книжными шкафами и каменным камином. Ей было трудно покинуть Монтану и людей, которых она тут встретила. Здесь она вступила в совершенно новый для нее мир, и он навсегда останется с ней, независимо от того, за сколько миль отсюда она улетит.
- Трейси!
Она вскочила и оглянулась. Прислонившись к косяку, в дверях стоял Слейд, и она не знала, как давно он наблюдает за ней.
- Да?
- Ты хочешь, чтобы я подкинул тебя в Хелину?
- Нет, спасибо. За мной прилетит Макфи.
- Ладно. Я так и думал, что ты уже позвонила ему.
Им нечего было сказать друг другу. Они ни разу до этого не говорили спокойно, и сейчас у них не получится светский разговор. Но это не могло разрушить эмоциональной связи между ними, из-за которой им было трудно дышать.
Трейси обошла стол и осторожно направилась к двери. Слейд не пошевелился, однако не сводил с нее взгляда. Она была так красива - снова одетая в дорогие вещи, с идеальной прической и макияжем. Точно такая же она вышла из вертолета Макфи, только в тот день она была в голубом, а сегодня на ней серо-зеленый ансамбль, который перекликается с неповторимым цветом ее глаз. Он понял, что задыхается.
- Я.., может быть... - начал Слейд. Ее шаги замерли.
- Может быть, что?
Он хотел сказать ей многое, но это был глупый порыв. Он откашлялся и произнес:
- Ничего. Я отнесу твои вещи вниз. - Повернулся и исчез за дверью.
Трейси пошла за ним следом, отставая на несколько ступенек. Что же все-таки произошло между ними? Этот вопрос бился в ее мозгу, приводя ее в замешательство, разрушая с таким трудом обретенное спокойствие.
Наконец она догнала его.
- Поставь на парадное крыльцо, - сказала она натянуто. Взглянула на него, и у нее перехватило дыхание: облако боли заволокло его глаза.
- Не смотри на меня так, - прошептала она.
- Как?
- Будто... - Она осеклась и отвернулась. Почувствовав его пальцы на своей руке, поморщилась - такую муку доставило его прикосновение.
- Как я смотрел на тебя? - глухо спросил Слейд. Не надо было прикасаться к ней. Она уезжает. Ведь он хотел этого с самого начала и должен испытывать облегчение. Но ее тепло, которое он ощущал под шелком легкой блузки, ее волшебный запах, дрожь тела, которую - он знал - вызвало его прикосновение, все это пьянило его. Его рука скользнула по ее руке до плеча, затем по волосам и опустилась за затылок. - Что ты увидела? - прошептал он хрипло.
Она закрыла глаза и повернулась к нему, почувствовав, как теплая волна прошла по спине от прикосновения его шершавой руки.
- Зачем ты делаешь это? Я знаю, ты рад, что я уезжаю.
- Может быть, и не очень рад. Ее глаза широко раскрылись, и, когда она заговорила, в голосе прозвучало страдание.
- Слейд...
- Я тебя ни в чем не виню, все это не из-за тебя, - произнес он сдавленным голосом. - Можешь ты мне поверить?
- Просишь прощения?
Они неотрывно смотрели друг на друга, и во взгляде каждого отражались обуревавшие их чувства.
- Ты этого хочешь? Извинений? Хорошо, ты их получишь. Мне очень жаль, Трейси, и я никогда тебя не забуду. - Его рука гладила волосы и чувствительную кожу у нее на затылке. - Никогда, даже если доживу до ста лет.
Выражение ее лица смягчилось. Она хотела быть такой же твердой, как он, но не могла.
- И я тоже не забуду. - Она протянула руку и нежно погладила его щеку. Но я не понимаю тебя, - грустно призналась она.
- Знаю. Так надо. - Несколько минут он вглядывался в ее лицо, потом, придерживая ее голову, медленно притянул к себе.
- Позволь поцеловать тебя на прощанье, - прошептал он.
Пораженная, Трейси попыталась вырваться.
- Нет!
Он обнял ее.
- Я должен, - тихо пробормотал он. - Обними меня!
Ее глаза наполнились слезами.
- Слейд, не делай этого. Не мучь меня!
- Любимая моя, если б только ты знала... - Он жадно поцеловал ее в губы. Это не был прощальный поцелуй, в этом поцелуе была страсть, томление. Трейси обняла его за шею, ее мягкая грудь прижалась к его стальной груди, и она ощутила, как он мгновенно возбудился. Он жег ее даже сквозь одежду!
Они не прощались, они говорили: "Я хочу тебя" - самым понятным способом. "Ты мой", "Ты моя" - доказывали жаркие поцелуи и жадные языки, об этом же говорили и руки Слейда, сжимавшие ее бедра.
Трейси чувствовала отчаяние и удивление одновременно, она опять теряла контроль над собой. Как она может так сильно желать мужчину, если не любит его? Любовь... Неужели она любит этого бессердечного человека?
Стон застрял у нее в горле, но она не могла оторваться от его губ. Эти влажные и требовательные поцелуи, этот язык, вторгшийся в ее рот, будили в ней страсть. Она прижалась к его волнующему телу, обещая ему все, о чем он просил, и даже больше.
Задыхаясь, они пристально смотрели друг другу в глаза. В его взгляде горело желание, и было ясно, что он хочет гораздо большего, чем поцелуй.
Но и она желала того же. Разве имело значение, что она была одета и готова к полету? Разве имело значение, что от ее макияжа уже ничего не осталось, а прическа была испорчена? Когда он подхватил ее на руки, словно пушинку, и торопливо, большими шагами направился к своей спальне, уже ничто не имело значения.
Оба они срывали одежду, как в лихорадке, путаясь в пуговицах. Слейд разделся первым. Он был так великолепен, что руки ее замерли.
- Позволь мне, - сказал он и спустил ее атласные кремовые трусики.
Едва они оказались в постели, его губы стали блуждать по ее телу. Она закрыла глаза и поплыла на волнах наслаждения, а когда он раздвинул ее ноги и нежно поцеловал ее, чуть не потеряла сознание от мучительного восторга. Он был ласков, но требователен. Он вел ее, направлял, и она с готовностью подчинялась.
Они были так близки в эти минуты! Трейси знала, что это не вожделение. Неужели она могла решить, будто их связывает только секс? - потрясение думала Трейси. Она ошибалась, слишком глубоко ее волновала их близость. И то же самое чувствовал Слейд, все ее чувства говорили об этом.
Он был очень мужественным, и вся заложенная в ней природой женственность откликалась на этот зов. Его рот был искусным просителем, искушающим побудителем и впивал раскаленную лаву ее взорвавшихся недр...
В тишине дома раздался ее крик, ноги сомкнулись вокруг его головы, а руки погрузились в его волосы. Пульсирующие волны наслаждения, сотрясавшие ее, были настолько сильны, что она могла реагировать лишь физически.
Наконец Слейд выскользнул из ее объятий, лег рядом и удовлетворенно обнял ее. Его губы целовали ее волосы и лоб, а рука ласкала грудь. Трейси медленно успокаивалась, потрясенная до глубины души. Она не ожидала того, что он сделал, и была поражена силой испытанного наслаждения.
Но он еще излучал желание. Она чувствовала прикосновение его мужской плоти, пульсирующей, горячей, не дававшей расслабиться. Она вздрогнула и повернулась в его руках, чтобы видеть его лицо. Кончики ее пальцев смело спустились по его груди к бедрам и наконец заключили в кольцо его нетерпение.
- Трейси! - Он задохнулся и притянул ее голову к себе на грудь.
В его горле нарастал мощный звук. Он быстро перекатил ее на спину и, перевернувшись вместе с ней, оказался сверху. В его глазах пылало пламя. Когда он раздвинул ее ноги - не грубо, но и не так нежно, как раньше, - удивительное ощущение, что он владеет ею, охватило ее. Она приподняла бедра, ловя его помутневший взгляд, и в этот миг он проник в нее.
Она была как в забытьи, но когда Слейд прошептал ей на ухо: "Ты так много значишь для меня.., так много", Трейси внезапно очнулась, поняв, что это не слова любви, а хриплый крик страдания.
Ей стало не по себе, захотелось сдержать напор его страсти, однако ничто не могло остановить его - ни слова, ни ее слабые силы. Она уперлась руками в его плечи, но все было напрасно, он стал как одержимый.
Трейси закрыла глаза. Мысли путались, а тело отвечало Слейду, слушаясь только его. Ноги сомкнулись вокруг его бедер, полностью подчиняясь его желанию. И это подстегнуло его страсть.
Как она могла это позволить, как могла она с такой готовностью подчиняться - она не в состоянии была ни думать, ни рассуждать. Никто в ее жизни не вызывал в ней подобных чувств и ощущений, переполнявших ее и способных излиться только в слезах.
Когда все кончилось, когда его тело обмякло и отяжелело на ней, когда оба они замерли, опустошенные и обессиленные, Трейси тихо заплакала. Слезы текли из ее глаз на волосы и на подушку.
Слейд поднял голову, увидел, что она плачет, и вытер большим пальцем ее слезинки.
- Почему ты плачешь? Трейси отвернулась.
- Посмотри на меня, - прошептал он, нежно взяв ее за подбородок и стараясь поймать ее взгляд.
- Время! - Она взглянула на электронные часы у кровати. Брок Макфи должен быть здесь с минуты на минуту. - Мне нужно спешить, Слейд. Позволь мне встать. - Голос у нее был ломким и тонким от волнения.
Он покачал головой.
- Не раньше, чем ты скажешь мне, почему плачешь.
- А ты как думаешь? - Резкость собственного вопроса резанула ее, и она мягко добавила:
- Прости, дай мне, пожалуйста, встать.
1 2 3 4 5 6 7 8 9 10 11 12 13 14 15 16 17 18 19 20 21 22 23 24 25 26 27 28 29

загрузка...