ТВОРЧЕСТВО

ПОЗНАНИЕ

А  Б  В  Г  Д  Е  Ж  З  И  Й  К  Л  М  Н  О  П  Р  С  Т  У  Ф  Х  Ц  Ч  Ш  Щ  Э  Ю  Я  AZ

 


- А счетом своей фирмы он вряд ли сумел бы воспользоваться, - продолжал
Сифоров. - Даже возникни у Герострата такое
странное желание. Счет был заморожен еще в ноябре прошлого
года.
Я кивнул.
- Понимаю. Но честно говоря, Кирилл, несмотря на ваши
доводы, мне не кажется таким уж очевидным необходимость поиска
ИМЕННО опорных пунктов. Герострат должен догадываться,
что мы пойдем в его розыске как раз этим путем. В таком случае
он постарается, чтобы ни один из существующих опорных
пунктов не приблизил нас к нему ни на шаг. Это очевидно: сам
он может находиться на какой-нибудь квартире, а отдает свои
распоряжения членам Своры по телефону. Он уже делал так - зачем
ему изменять выбранной ранее тактике?
Сифоров поморщился. Как от внезапной зубной боли.
- Ну, если вы, Борис Анатольевич, внимательно просмотрели
предложенные вам материалы, то могли заметить, что
"выбранная ранее" тактика не спасла его от ареста... Судите
сами. Перехватить нужный нам телефонный разговор в многомиллионном
городе трудно, но теоретически возможно. И следует
полагать, что Герострат помнит свой провал и, раз обжегшись,
не рискнет сунуть руку в огонь дважды.
- То есть он отдает распоряжения по координации Своры
непосредственно?
- Именно так. К тому же вы не учитываете, Борис Анатольевич,
что Герострат прошел в свое время специальную подготовку
и знаком с азами разведдеятельности. А у разведчиков есть
метода, называемая "принципом двойного эха". Этот принцип рассчитан
на профессионалов, которыми - пусть не прозвучит бахвальством - мы
с вами являемся.?
- Суть его в следующем. Вы, наверное, читали эту беллетристику - Александра
Суворова?
- Какую именно?
- "Аквариум". Читали? Там есть впечатляющие страницы,
где он подробно описывает принципы подготовки советских разведчиков.
Что, мол, если, благодаря художественной литературе,
в сознании массового читателя закрепился образ шпиона как
скрытного субъекта в темных очках, с поднятым воротником и
низко надвинутой шляпой, поминутно оглядывающегося, то, соответственно,
настоящий разведчик не должен носить нигде и
никогда темные очки, шляпы, поднимать воротник, а уж тем
более - оглядываться. Вообще, разведчик должен стараться выглядеть
самым обыкновенным, ничем не выделяющимся из толпы
человеком. Правильно? Да, вроде бы все правильно. Но тут же
появляется одно несоответствие.
Судите сами. Мы-то, контрразведчики, не принадлежим к
клубу почитателей массовой литературы, и мы должны по теории
знать, что настоящий шпион - невзрачен, прост, ничем не выделяется.
А вот теперь представьте себе ситуацию, когда подозрение
профессионального с большим опытом контрразведчика падает
на определенный, строго ограниченный круг лиц. Кого он
отбросит с ходу из числа подозреваемых? Конечно же, того,
кто более всего похож на литературный образ матерого шпиона;
того, кто носит везде темные очки, поднимает воротник по поводу
и без повода, имеет огромную шляпу; и вообще ведет себя
нагло, сует нос в чужие дела, проявляет открытое любопытство
к тому, что выходит за пределы его компетенции и служебного
соответствия. Профессиональный разведчик не должен вести
себя ТАК, а эксцентричных людей, слава богу, хватает. И вот
имеем результат: этот человек сразу выпадает из круга подозреваемых.
А если этот ловкач и есть настоящий разведчик? Ловко,
да? Это очень тонкая игра, Борис Анатольевич. Рассчитанная
на профессионалов.
Так же мог поступить и Герострат. Зная, что мы будем думать,
будто он не рискнет соваться на опорные пункты Своры,
а устроится где-нибудь в обыкновенной питерской квартире, он
вполне может обосноваться как раз на опорном пункте и чувствовать
себя там в относительной безопасности. И проблема связи
с членами Своры решается немедленно, без задержки.
Когда Сифоров закончил свою тираду, я не смог удержать
скептического смешка.
Капитан, не понимающе, нахмурился.
- А знаете, Кирилл, я, пожалуй, могу сделать новый вклад
в теорию контрразведки. Назовем его "принципом Орлова", или,
если угодно, "принципом тройного эха". Сформулирую так: зная,
что вы профессионалы и тоже помните приведенный вами сегодня
пример с ловко обманутым контрразведчиком, Герострат мог спокойно
вселяться в квартиру и управлять Сворой по телефону,
уверенный теперь уже на все сто процентов, что по этому пути
розыска вы точно не пойдете.
- Это шутка? - насупился Сифоров.
- Воспринимайте, как угодно, - я почувствовал, что меня
понесло, но никак не мог остановиться. - Не обижусь. Таким же
образом, если вдуматься, можно продолжать список до бесконечности:
"принцип четверного эха", "принцип пятерного эха",
"n-го эха". Четные числа - Герострат на опорном пункте, нечетные - на
квартире с телефоном. Остается только узнать,
каким числам Герострат отдает предпочтение: четным или нечетным.
Хотя он мог монетку подбросить. А там уж как судьба
распорядилась: орел - чет, решка - нечет.
Сифоров неодобрительно засопел. Видно, едва сдерживался,
чтобы не нагрубить мне в ответ на "шуточки". Но сдержался и,
постукивая пальцами по столу, сказал:
- Вы меня, Борис Анатольевич, просто поражаете своим
легкомыслием. "Чет-нечет"... Ни в какие ворота это не лезет.
Мы здесь все-таки не в ерунду какую-нибудь играем. Серьезное,
ответственное дело. Вам, конечно, простительно как неофиту,
но всему, согласитесь, имеются пределы.
Теперь завелся уже я.
- Не нужно мне нравоучать, - ответил я дерзко. - Мне понятно,
что вы не ерундой занимаетесь. И я уже видел, на что
способны ваши коллеги, когда они работают всерьез. И видел,
на что способны вы сами, товарищ капитан. Но скорее всего, ни
вы, ни ваши серьезные до предела коллеги не понимаете до конца,
на что способен наш противник. Вы пытаетесь предсказать
поступки Герострата с позиций логики, и отчасти вы правы: он
сам любит всевозможные логические построения. Только логика
у него иная, и результат, внешние ее проявления, уже никакой
системой описать невозможно. Мне дважды была предоставлена
возможность убедиться в том на собственной шкуре. Он знает,
что вы умеете размышлять логически, но, опережая вас на шаг,
сделает так, чтобы ваша логика завела вас в тупик. И вот тогда
он ударит: точно, в самое уязвимое место, чтобы наверняка - выведет
вас из игры.
- Пока у него не получалось.
- Вы так уверены? Думаю, ваш напарник, тот, с которым
мы прогуливались весной за город, так бы не сказал.
Это было не по правилам: удар ниже пояса. Но очень уж
Сифоров меня рассердил. Губы у него дрогнули, но, должно
быть, не захотел он еще усугублять конфронтацию, а потому
только устало махнул рукой:
1 2 3 4 5 6 7 8 9 10 11 12 13 14 15 16 17 18 19 20 21 22 23 24 25 26 27 28 29 30 31 32 33 34 35 36 37 38 39 40 41 42 43 44 45 46 47 48 49 50 51 52 53 54 55 56 57 58 59 60 61 62