ТВОРЧЕСТВО

ПОЗНАНИЕ


А  Б  В  Г  Д  Е  Ж  З  И  Й  К  Л  М  Н  О  П  Р  С  Т  У  Ф  Х  Ц  Ч  Ш  Щ  Э  Ю  Я  AZ

 

Да и не сам ли он просил кота Юпитера затащить пульт
куда-нибудь подальше. В конце концов каждый имеет право на отдых. К тому
же и комплект батареек почти истощился. Хорошо еще, что хватает энергии
вот так просто стоять, смотреть, рассуждать. Замена источника питания
инструкцией не предусмотрена. Батарейки впаяны намертво, их должно хватить
на год беспрерывной работы. И вот это время уже заканчивается.
- Значит, не можешь? - Витасик со слезами на глазах спрашивает
Антика.
Но Антику ничуть его не жаль. Он прекрасно помнит, всего лишь
позавчера мальчик заставил его опять прыгать в духовку калориферной печи,
представляя, что посылает разведчика в кратер действующего вулкана. С
Антиком, конечно, ничего не случилось. Но лезть - который уже раз! - в эту
ненавистную духовку, стараясь не опалить свой красивый комбинезончик, было
не только неприятно, но и унизительно.
Антик стоит на краю стола, прислонившись спиной к прохладной стене, с
удовольствием предвкушая отдых.
"Отдохнуть! Спасибо Юпитеру! Однако долго пришлось его уговаривать,
вернее - искать возможность хоть как-то понять друг друга".
Кот не сразу догадался, что от него хотят. Антик сам помог ему
выдернуть штекер из гнезда, и Юпитер потянул куда-то пульт дистанционного
управления. Сейчас Антик и сам не знает, куда тот его задевал. С Юпитером
по-настоящему не поговоришь. Но это, пожалуй, и к лучшему.
- Ну скажи же, Антик, где он может быть... Ты ведь знаешь... Ты
только подмигни, я догадаюсь... Среди книжек? На кухне? На балконе?
"Отдыхать, отдыхать. Какие еще могут быть подсказки. Космический
разведчик разведал уже все, что мог. Вот так-то, мальчуган. Какое это
счастье - просто стоять, думать о чем-нибудь своем и не спешить с
выполнением чьих-то прихотей. За окном - солнышко на безоблачном небе, за
окном поблескивает днепровский залив в просветах между рядами домов, за
окном - скоростные машины, проносящиеся по магистралям. Как красиво. Как
спокойно".
- Антик, пожалуйста, подскажи... Ты же знаешь, я тебя люблю. Мне
хочется играть только с тобой.
"Эти слова тешат самолюбие даже в последние месяцы и дни
существования. С каждой минутой уменьшается питающее напряжение, невольно
вызывая мысли о логическом финале... Мне всегда было приятно видеть
увлеченность и воодушевление Витасика в играх со мной, пока я чувствовал
себя молодым. Тогда я был безмерно счастлив. А теперь... Лучше бы ты меня
меньше любил, Витасик. Лучше б ты меня вообще не любил. Поставил
где-нибудь в уголке и вспоминал обо мне лишь в праздники... Я истощен
твоей любовью, Витасик..."
Мальчик умоляюще смотрит на Антика и вслух сетует:
- У всех каникулы! А меня заперли дома. И все из-за противной
математики. Папа и сам ее терпеть не может, а от меня требует, чтобы я ее
любил. Телеинформатор выключили, меня закрыли - учи математику. Антик, ну
скажи, где спрятали пульт управления. Я не буду искать... Слышишь? Мне
просто хочется знать, где?
Антик, конечно, ничего не ответил, но на мгновение ему стало жаль
мальчика. Но сразу же вспомнилась духовка калориферной печи, и жалости как
не бывало. В последний раз Антик немного подпалил рукав своего
комбинезона: споткнулся и попал прямо в пламя. Это очень испортило ему
настроение. Но, справедливости ради, следует сказать, что Антик сознавал и
свою провинность в том, что Витасик послал его в "кратер действующего
вулкана". Мальчик знал неприязнь Антика к внутренности калориферной печи.
Но в тот день космический разведчик почему-то (он и сам не знал почему)
сказал: "Твой отец, Витасик, напоминает мне мыслящую куклу. Он такой
послушный. Послушнее меня. И все его слова похожи на подробную инструкцию
к собственному пользованию".
А Витасик обиделся:
"Зачем ты так говоришь о моем папе?! Сам ты кукла! Пошли играть!"
И тут же послал Антика в "кратер действующего вулкана".
Но сегодня все иначе. Нет пульта, и значит, не последуют никакие
приказы. Сегодня спокойно. Отдых. И ощущение счастья от собственного
существования.
"А действительно, зачем я тогда назвал отца Витасика мыслящей куклой?
О чем я тогда думал?.. Пожалуй, напрасно я теряю энергию на воспоминания,
но... Если не думать, не вспоминать ничего, то к чему вообще существовать?
Финиш?! Мне, собственно, и припоминать ничего не нужно, дело не в каком-то
отдельном случае. Дело в ежедневных наблюдениях, которые приводят к
выводу: я - послушная кукла!"
Однако Антик заставил себя ни о чем не думать. Он устал. Ему хочется
отдыхать. Нужно беречь энергию.

6
Однажды биокиберу Дьондюрангу положили на стол
короткую записку на стандартном бланке: "57АПРШН769 +
АП75666677756 АА6777767ОРП777 АМ777АМ777АМАМАМ".
Можете себе представить, как он не то что удивился, а
испугался, даже не успев как следует осознать последствия
случившегося.
Они заметили загадочное космическое тело совершенно случайно. Строго
говоря, заметили не тело, а изменение на одной из спектрограмм. Поначалу
даже не обратили должного внимания, подумав, что это дефект изображения.
Но профессору Виктору Гару пришло в голову сделать несколько контрольных
снимков, и стало ясно - службе Околосолнечного Пространства предстоит
работа.
Сухов-старший срочно связался с Козубом - заместителем председателя
Европейского филиала Высшего Совета Земли. Выслушав Сухова, тот немедленно
вылетел в расположение третьей лаборатории.
Они с профессором Гаром долго рассматривали снимки, советовались,
дискутировали. Микола Сухов прислушивался к их беседе лишь краем уха,
потому что занимался расчетом траектории движения обнаруженного тела.
Наконец, Козуб, как бы подводя итог разговорам, сказал:
- Вашей внимательности и усердию в наблюдениях, профессор, можно, как
всегда, позавидовать. - А затем, обратившись к Сухову, спросил: - А как
долго этот объект находится на околоземной орбите?
- Вполне вероятно, что появился он сравнительно недавно...
- Не уверен, коллега, совсем не уверен... И для своего суждения имею
веские основания. Но об этом потом, мне еще во многое нужно внести
ясность. Тщательнейшим образом прозондируйте все квадраты пространства,
насколько возможно точнее рассчитайте траекторию движения объекта, а
сейчас вызовите машину - попробуем выйти на контакт. Если, конечно, все
именно так, как представляет себе уважаемый профессор Гар.
Микола Сухов вставил перфокарту в третий блок, передавая приказ.
Козуб уселся поудобнее в глубокое кресло, пригладил рукой седые пряди
волос:
- Наш уважаемый Виктор Никифорович уверен, что мы имеем дело с
гостями из далеких миров, которые до сих пор почему-то скрываются от
нас...
- Вы сами видели снимки, - тихо произнес Гар. - Речь идет об
искривлении пространства, а оно, если не принимать во внимание всяческие
фантастические варианты, может быть лишь искусственного происхождения.
Объект находится на околоземной орбите...
- Меня беспокоит, профессор, что наши гости пытаются скрыться от нас,
маскируются! А вы меня продолжаете убеждать, что это не артефакт, не
космический мираж, не антивещество! По мне, так лучше бы это оказалось
обыкновеннейшей космической глыбой - холодной и бездушной. И не было бы
тогда никакого искривления пространства, никакой опасности. Согласитесь,
профессор: с добрыми намерениями незачем прятаться!
- Но согласитесь и вы, они тоже не знают наших намерений, - улыбнулся
Виктор Гар. - Помните, как было с центурианами? И учтите, что центуриане
были прекрасно информированы о земной жизни и могли ничего не бояться. Или
они просто опасались, что земляне могут сознательно отблагодарить их за
прежнее центурианское негостеприимство? - Профессор хрипло засмеялся. -
Помните, какими они казались до смешного осторожными.
- Да помню. И мне все понятно. Но не нравятся мне эти детские игры в
прятки с использованием искривленного пространства. Меня это, откровенно
говоря, раздражает... Очевидно, просто старею. Когда человек теряет любовь
к играм, он уже стар. Не правда ли? К тому же я не имею права
успокаиваться.
Двенадцать минут спустя они стартовали с первой взлетной площадки
экстренной спецлинии. Заместитель председателя Высшего Совета молчал,
устало прикрыв глаза. Профессор Виктор Гар чуть заметно улыбался,
предчувствуя встречу с представителями чужой цивилизации. Очевидно, он
старался представить себе: кто они? Какие? Откуда?
Козуб массировал себе надбровья.
- Почти не спал этой ночью. Поверите ли, просто зачитался. Захотелось
прочесть несколько страничек, а опомнился в пять утра. Однако подлетаем!
Внимание! - Козуб напряженно всматривался в экран внешней панорамы.
Вскоре включились тормозные системы.
- Вон, впереди! - воскликнул профессор. - Я их вижу! - указал он
пальцем на ту часть экрана, где изображение казалось нестойким, дрожащим,
хотя недостаточно опытный взгляд ничего особенного не заметил бы. -
Предлагаю подойти к ним на малой скорости как можно ближе, посмотрим, что
из этого выйдет.
- Профессор, потом мы именно так и сделаем. А сперва пройдем с
максимальным приближением на большой скорости. Сделаем вид, что мы их не
заметили. Интересно, как они на это отреагируют, - возразил Козуб, включая
систему автоматического управления полетом.
Участок дрожащего пространства на экране позади них быстро
уменьшался.
- Никакой реакции, профессор, правда? Сейчас мы пройдем еще ближе
мимо них. Пройдем совсем близко, имитируя аварийную ситуацию.
Машину их довольно-таки сильно тряхнуло. Козуб, не скрывая,
многозначительно улыбнулся. Он повернулся и внимательно вглядывался в
круговой экран:
- Смотрите, смотрите, они переходят на другую орбиту.
Козуб опять сделал крутой вираж, лег на обратный курс и уже на малой
скорости приближался к таинственному объекту, который оставался невидимым
за пеленой искривленного пространства.
- Я попытаюсь сигнализировать им, - сказал профессор. - Надеюсь на
ваше согласие... - Виктор Гар положил руку на пульт.
- Безусловно, я не возражаю. Но, знаете, ничего хорошего не жду.
Предчувствие такое. Точнее - есть некоторые факты, которые ничем не
объяснишь, ни с чем не свяжешь... Хорошо, что сейчас появилась возможность
кое-что уточнить, проверить предположения...
- Посмотрим, - нетерпеливо перебил его профессор. - Я начинаю. - И он
включил периодические световые сигналы, через несколько минут перешел на
сигналы когерентными лучами, затем прошелся по всем каналам
радиодиапазона.
Немного подождав, вновь повторил все сначала.
Так продолжалось довольно долго. Глаза профессора возбужденно
блестели, он, очевидно, представлял, как с минуты на минуту гости выключат
защитное поле и перед глазами землян предстанет чужой корабль. Интересно -
какой он конструкции? Издалека ли прилетел?
Время шло, на их сигналы никак не реагировали.
Но вдруг космический объект ожил, вокруг него запульсировали вспышки
голубого сияния, и через мгновение, быстро набирая скорость, он устремился
в открытый космос.
1 2 3 4 5 6 7 8 9 10 11 12 13 14 15 16 17 18 19

загрузка...