ТВОРЧЕСТВО

ПОЗНАНИЕ


А  Б  В  Г  Д  Е  Ж  З  И  Й  К  Л  М  Н  О  П  Р  С  Т  У  Ф  Х  Ц  Ч  Ш  Щ  Э  Ю  Я  AZ

 


– Ты позвонил только для того, чтобы узнать, хорошо ли я спала? Получилось вроде бы неплохо. – Да, хорошо. А теперь извини – у меня масса дел.
– Спасибо, что соизволила ответить. – Теперь в его голосе звучал откровенный сарказм.
– Пожалуйста, – любезно ответила Элеана и повесила трубку.
Если подумать, то день выдался не из лучших, но и не самый плохой.
Катерина пребывала в прекрасной форме и была так поглощена своим «Списком неотложных дел», что отсутствующий вид дочери долго оставался незамеченным.
И это было весьма кстати, потому что Элеана с трудом сдерживалась, отвечая на бесконечный поток материнских вопросов.
– Ты кажешься несколько расстроенной, дорогая. У тебя ничего не случилось? – Только под конец разговора Катерина обратила внимание на странное состояние дочери.
– Просто болит голова, мама. – И это было не так далеко от истины.
Катерина озабоченно нахмурилась.
– Прими какое-нибудь лекарство и отдохни.
Как будто отдых был панацеей от всего на свете!
– Сегодня вечером мы с Андреасом идем на вернисаж в галерею Бомонта, напомнила она. – Так что отдохнуть вряд ли удастся.
– Как хорошо, что на уик-энд Андреас увозит тебя. Перемена обстановки пойдет тебе на пользу.
Однако Элеана почему-то сомневалась в этом.
Галерея была заполнена приглашенными гостями, большинство из которых пришли только для того, чтобы побыть на виду и при некоторой удаче попасть на страницы светской хроники. Лишь немногие руководствовались желанием полюбоваться на произведения искусства и в надежде пополнить личные коллекции.
Андреас и Элеана подходили под другую категорию. Один из выставляющихся живописцев был их близким другом, и они хотели оказать ему поддержку.
– Привет, красавица! – раздался мужской голос, и, обернувшись, Элеана оказалась лицом к лицу с представительного вида мужчиной.
– Максимилиан! – Она крепко обняла его. – Как самочувствие?
– Когда я вижу тебя, оно всегда прекрасное. – Наклонившись, владелец галереи расцеловал ее в обе щеки. – Черт бы побрал этого Андреаса за то, что поймал тебя первым. – Отстранившись, Максимилиан заглянул в дымчато-серые глаза, затем повернулся к приятелю и недоуменно поднял брови. – Андреас, дружище. В чем дело?
Между обоими мужчинами что-то происходило. Поняв это, Элеана, решив сменить тему, взяла Андреаса под руку и попросила Максимилиана:
– Пойдем, покажешь работы нашего протеже.
В течение следующего часа они обошли большую часть зала, время от времени останавливаясь, чтобы обсудить ту или иную работу или перекинуться несколькими словами со знакомыми.
Затем Элеана в сопровождении Бомонта направилась в соседний зал, где были выставлены скульптурные произведения. А Андреас остановился переговорить с приятелем.
– На губах у тебя улыбка, а в глазах грусть, – сказал Максимилиан. – В чем дело?
– Через неделю свадьба. – Она пожала плечами. – Мы с мамой каждый день бегаем по магазинам, а по вечерам куда-нибудь выходим с Андреасом.
– Я сказал грусть, дорогая, – возразил Максимилиан. – А не усталость.
Если Андреас пренебрегает тобой, ему придется иметь дело со мной.
Элеана улыбнулась.
– Шпаги на рассвете? Или пистолеты?
– С большим удовольствием расквашу ему нос.
Обернувшись, чтобы посмотреть на Андреаса, она окаменела. Встревожившийся Максимилиан повернул голову и проследил за ее взглядом.
– А, бесстыжая Сарита.
Эффектная брюнетка в красном обтягивающем платье из шелковистого материала, позволяющем проследить малейший изгиб тела, выглядела просто потрясающе.
– Не нарушить ли нам их уединение? – спросил Максимилиан, наклонившись к уху Элеаны.
– Давай. – Улыбка на ее губах по-прежнему не отражалась в глазах.
Пальцы Сариты с покрытыми кровавокрасным лаком ногтями лежали на предплечье Андреаса, совершая легкие, ласкающие движения.
– Может быть, мне заняться ею? – пробормотал Маскимилиан.
– Спасибо, но я сама могу за себя постоять, – так же тихо ответила Элеана.
– Поосторожнее, дорогая. Ты имеешь дело с очень опасным хищником. Максимилиан замолчал, ибо они подошли уже достаточно близко к объекту их беседы. – Самый драгоценный камень в твоей коллекции, Андреас, – склонив голову, сказал он с явной издевкой, – это Сарита. – И, улыбнувшись на прощание, исчез в толпе.
Молодец! – молча похвалила его Элеана, жалея о том, что сама не может сделать то же самое.
– Дорогой, принеси мне чего-нибудь выпить, – капризным тоном произнесла Сарита. Похоже, эта просьба уже вошла у нее в привычку. – Ты ведь знаешь мои вкусы.
Андреас, послушный светским условностям, отошел в поисках официанта, и Элеана мгновенно ощетинилась.
– Полагаю, ты уже видела фотографии? – спросила Сарита, окинув пристальным взглядом собеседницу. – Немного расстроилась, не так ли?
– Это и было твоей целью? – Несмотря на тепло помещения, Элеану зазнобило.
– Как умно с твоей стороны, – одобрительно заметила Сарита. – Ты решила простить ему этот грешок? Надеюсь, что так. – Она обворожительно улыбнулась.
– Мне не хотелось бы отказываться от него.
Элеане показалось, что место сердца в ее груди занял кусок льда.
– Ты зарываешь свой талант, – тем не менее спокойно ответила она.
– Что ты хочешь этим сказать, дорогуша?
Жаль, что у меня нет никакого оружия, но словесный укол все-таки лучше, чем ничего, подумала Элеана.
– Тебе нужно было бы стать актрисой. – Улыбка отняла у нее почти все оставшиеся силы, но она выдавила ее из себя и, повернувшись, направилась искать Максимилиана.
– И кто победил? – поинтересовался тот.
На Максимилиана всегда можно было положиться, и Элеана криво усмехнулась.
– Ты сам видел.
– Да, и я болел за тебя. – Он положил руку ей на талию. – А теперь скажи, что ты думаешь об этом произведении?
Она внимательно присмотрелась к причудливо сплетенным каменным телам.
– Интересно. Если я скажу, что это похоже на мое представление об индийской богине сладострастия со своей свитой, ты не посмеешься надо мной?
– Разумеется, нет, потому что так оно и есть.
– Ты говоришь это только для того, чтобы сделать мне приятное.
Максимилиан подчеркнуто театральным жестом приложил руку к сердцу.
– Клянусь!
Элеана засмеялась и получила улыбку в ответ.
– Почему не я, дорогая, – мягко спросил он, привлекая ее ближе. – Я бы обращался с тобой как с драгоценной фарфоровой статуэткой.
– Знаю, – ответила Элеана с оттенком неподдельного сожаления.
– Ты ведь любишь его, правда?
– Неужели это так заметно?
– Только мне, – тихо сказал Максимилиан. – Остается только надеяться, что Андреас знает, какой он счастливец.
– Он знает.
Услышав глубокий насмешливый голос жениха, Элеана деликатно освободилась из рук Бомонта.
– Я сказала Максимилиану, что восхищаюсь его умением находить талантливых скульпторов и живописцев.
Андреас окинул ее проницательным взглядом, от которого Элеане стало не по себе. Как он смеет смотреть на нее так, когда сам только что принимал откровенные заигрывания Сариты!
– Не шути со мной, дорогая, – предупредил Андреас, когда Максимилиан отошел, сославшись на обязанности хозяина галереи.
– Поступай согласно своим правилам, дорогой, – обманчиво ласково заметила она. – И пожалуйста, принеси и мне чего-нибудь выпить. Это даст Сарите еще один шанс поохотится на тебя.
Андреас хрипло выругался.
– Мы сейчас же уйдем, по-хорошему или нет, – сообщил он. – Выбор за тобой.
– Боюсь, Максимилиан расстроится.
– Ничего, переживет.
– Я могу закатить сцену, – предупредила Элеана.
Лицо Андреаса посуровело.
– Это ничего не изменит.
Зато Сарита воспримет их ссору с превеликим удовольствием.
– Надеюсь, мы хотя бы попрощаемся? – спросила она, сдаваясь.
Через десять минут Элеана уже сидела в машине, везущей ее к дому. За всю дорогу она не проронила ни слова и потянулась к ручке дверцы, как только машина остановилась. Было бесполезно говорить, чтобы он не заходил в дом, поэтому Элеана даже не стала пытаться.
– Максимилиан мой друг. Хороший друг! – резко заявила она, давая выход душившей ее ярости, едва они переступили порог дома. – Чего не могу сказать о Сарите!
– Ни Максимилиан, ни Сарита ничего для меня не значат.
Элеана с вызовом вздернула подбородок.
– А что же значит?
– Мы с тобой, – последовал лаконичный ответ.
– Что ж, отлично, – сказала она. – Кстати, Сарита вполне довольна тем, что ты женишься на мне. Эта особа – да будет тебе известно – собирается по-прежнему оставаться твоей любовницей.
– У этой женщины чертовски богатое воображение.
С нее было довольно.
– Прошу тебя, Андреас, уезжай. – В глазах Элеаны сверкнул гнев. – Если ты этого не сделаешь, я вынуждена буду совершить поступок, о котором потом могу пожалеть…
Она не была готова к столь внезапному нападению – одно мгновение, и ее губы оказались в плену яростного поцелуя. Это было откровенное насилие властное, мстительное. Запустив пальцы одной руки в волосы, Андреас удерживал ее голову, другой провел по спине.
Потом давление на губы ослабло. Это было уже не насилие, а страсть, но страсть, граничащая с нежностью, обволакивающая, возбуждающая, доводящая до состояния отрешенности от всего земного, уносящая в неведомые дали наслаждения.
Непонятно откуда, но у нее все же взялись силы отстраниться.
– Сарита для меня ничто, неужели ты этого не понимаешь?
В ответ она не произнесла ни слова, только смотрела на него, чувствуя, что не в состоянии двинуться.
Андреас вновь притянул ее к себе и уткнулся лицом в ямочку у основания шеи, потом коснулся губами волос. Элеана ощутила исходящую от него силу и испугалась, что не устоит.
– Я не хочу, чтобы ты оставался.
– Потому что утром будешь ненавидеть меня?
Она прерывисто вздохнула.
– Еще больше я буду ненавидеть себя.
Ему достаточно было еще раз поцеловать ее, чтобы заставить передумать.
Какая-то часть ее хотела этого до боли. И все же, если она уступит, то потеряет уважение к себе. А это ни к чему хорошему не приведет.
Андреас обнимал ее, казалось, целую вечность. Затем, вероятно почувствовав какую-то невидимую преграду, возведенную Элеаной, осторожно отстранил ее на длину вытянутых рук.
– Я заеду за тобой в семь, ладно?
Легче всего было просто кивнуть и молча наблюдать за тем, как он поворачивается и идет к двери. Секунду спустя Элеана услышала, как заработал двигатель машины…
Спать не хотелось, и она включила телевизор, надеясь найти что-нибудь, могущее отвлечь внимание. Однако переключение каналов ничего не дало. И Элеана, поднявшись в спальню, долго лежала там, глядя в потолок, пока не погрузилась в беспокойный сон, прерванный кошмаром, в котором Сарита играла роль вампира.
Проснувшись рано, Элеана прошла босиком в кухню, выпила апельсинового сока и вышла из дома, решив поплавать в бассейне. Минут через пятнадцать она вылезла из воды. Вчерашней неуверенности как не бывало. В свете ясного дня казалось вполне разумным, что она и Андреас проведут уикэнд порознь.
С этой мыслью Элеана подошла к телефону и набрала нужный номер. Никто не ответил. Наверное, Андреас в душе или, судя по времени, уже ушел. Черт побери! Гораздо проще было бы отказаться от совместной поездки по телефону, чем при личной встрече…
Часы в гостиной пробили семь, когда Андреас вошел в кухню, и его глаза удивленно расширились при виде надетого на Элеану короткого халата.
– Ты не готова?
– Нет, – ответила она, как будто это само собой разумелось. – Мне кажется, нам лучше провести уик-энд поодиночке.
Он остался совершенно невозмутимым.
– Я с тобой не согласен. Поэтому переодевайся и бери сумку. У нас не так много времени.
– Назови мне хоть одну причину, по которой я должна последовать твоему совету? – попросила она, с вызовом задирая подбородок, и Андреасу захотелось целовать ее до тех пор, пока весь ее гнев не перельется в нечто совершенно противоположное.
– Могу назвать не одну, а несколько. Но в данный момент ты только зря тратишь драгоценное время.
Не говоря больше ни слова, он вышел из кухни, пересек гостиную и начал подниматься по лестнице.
1 2 3 4 5 6 7 8 9 10 11 12 13 14 15 16 17

загрузка...