ТВОРЧЕСТВО

ПОЗНАНИЕ

А  Б  В  Г  Д  Е  Ж  З  И  Й  К  Л  М  Н  О  П  Р  С  Т  У  Ф  Х  Ц  Ч  Ш  Щ  Э  Ю  Я  AZ

 

Но в этом романе не было, нет, не было строк, которые она хотела там прочесть! Это ужасно, ужасно!
Ее любимый Рекс, который должен был бы сейчас купаться в своем счастье, предложил пойти выбирать обручальное кольцо малышке Джой (она действительно прелестный ребенок) таким тоном, словно он собирается заказать новый рентгеновский аппарат! Такого не должно быть! Но нет! Это всего лишь размолвка любящих сердец! Миссис Траверс ухватилась за эту идею. Вот почему Рекс так холоден, вот почему малышка Джой уверяет, что вообще не любит носить колец.
— Ну! Это неправда, — начал Персиваль Артур Фитцрой, но счел за благо утопить конец этого замечания в добром глотке лимонада со льдом. Он был в меньшей степени enfant terrible, чем друг их дома доктор Сэксон Локк, и он решил, что лучше не вспоминать о кольце с граненым большим голубым камнем, которое она носила до последнего времени.
2
Чуть позже Джой опять сидела за своей машинкой и печатала письмо доктора Траверса старшей из двух леди во Францию, кончавшееся формальным выражением надежды, что в ближайшем будущем он будет иметь счастье познакомиться с ними лично. Вдруг доктор Траверс сказал:
— В отношении обручального кольца. Вы знаете, мне кажется, будет гораздо приличнее, если вы все же будете его носить.
— Вы думаете? — покорно ответила Джой. Она колебалась: сказать ли, что у нее нет кольца, или пойти ли ей сейчас к «Голдсмиту и Силверсмиту» приглядеть, что там есть подешевле. В итоге она так ничего и не сказала, лишь с покорным видом опустила голову и потупила взгляд.
Траверс смотрел на Джой, пытаясь понять ее молчание.
Какие чувства питал он к девушке, с которой вступил в столь необычные отношения? Пожалуй, от профессионального безразличия вплоть до злой досады, порой, правда, испытывал удивление, порой смущение, иногда жалость, сочувствие и очень сильное раздражение (оно нашло выход в словах: «Наглый дьяволенок», впрочем, не произнесенных вслух). Вслух он произнес с холодной вежливостью, доводившей до слез его предыдущую секретаршу:
— Итак, если вам удобно, мы можем прямо сейчас отправиться к ювелиру. Будьте любезны, наденьте шляпку, а я тем временем вызову такси.
— Хорошо.
Невинный тон и манеры, которых она придерживалась все эти месяцы, — «высококвалифицированная секретарша». Она направилась к двери, затем резко повернулась, так что доктор Траверс, взявший было телефонную трубку, выронил ее и спросил:
— Что такое?
— Ничего.
Всего лишь воспоминание. Джой до боли сжала кулачки, безмолвно крича: «О, только не это! После всего, что было! Джеффри! Тот день, когда ты повез меня к Картье! Эти витрины, эти белые бархатные подставки в виде женской шеи… Жемчужное ожерелье, которое ты обещал подарить мне в день свадьбы, если „Ловушка“ хорошо пойдет в Америке. Вежливые приказчики: „Кольцо для невесты, сэр? Пожалуйста!“ И как нам было весело выбирать мой сапфир!..»
Отогнав воспоминания прочь, она продолжала:
— Я подумала, что, если вы попросите прислать посыльного с несколькими кольцами, чтобы мы смогли выбрать, это отнимет гораздо меньше времени.
Опять за ее безупречным поведением Траверс почувствовал тайную боль. Странное существо! Сначала она его дразнит, потом ведет себя как загнанный зверь. Что за этим стоит? Может быть, это связано с ее помолвкой с Фордом, которую она разорвала? Лучше не спрашивать. Проще не знать. Однако нельзя игнорировать тот факт, что она избегает вылазки за кольцами как черт ладана.
Ну что ж, ну что ж! Он согласился, что ее предложение сэкономит время, позвонил первому попавшемуся крупному ювелиру, и, пока он отдавал распоряжения, она не без иронии сказала:
— Я могу пока окончить письма, — и заняла свое место за машинкой.
Он решил поговорить с ней об этом.
3
Позже явился посыльный от ювелира с полудюжиной колец в коробочках, со своими советами, комментариями, рассуждениями о камнях, «которые всегда смотрятся хорошо», о моделях, которые, пожалуй, «не вполне подходят такой юной леди, они, скорее, для второго брака леди постарше». Многое зависит и от кольца, которое будет надето в день свадьбы — каким оно будет? Очень тоненьким золотым? Платиновым? Сапфиры особенно хороши. Да и бриллиантами трудно что-либо испортить. Чужой убеждающий голос звучал в полном молчании.
— Мужчины вопросительно смотрели на девушку, которая сидела за столом, где лежало шесть коробочек, и, казалось, совершенно ими не интересовалась.
— Ну? — произнес доктор Траверс.
Джой подняла голову, выведенная из глубокой задумчивости. (Она с ужасом думала: «А что, если они прислали того самого человека, который продал нам то, другое кольцо?»)
— Ну, которое вы выбрали?
— О! Мне нужно выбирать?
— Естественно, — ровным голосом сказал Траверс, а посыльный профессионально заулыбался. — Выбирайте, какое вам больше нравится.
— Да.
Не медля ни секунды, потому что она уже увидела голубой блеск этих памятных сапфиров и уже ощутила боль в сердце, Джой решительно протянула руку, взяла наудачу одно из пяти, первое попавшееся… да, это. С двумя асимметричными бриллиантами. Так. Она стиснула зубы и надела кольцо.
Очень необычно, читалось во взгляде ювелира. Чтобы леди сама надевала себе на палец обручальное кольцо?
Но Траверс избегал его взгляда, а Джой, полюбовавшись минуту на выбранные бриллианты, украсившие средний палец ее левой руки, напряглась от мысли о том, что меньше чем через неделю… И уронила руку на колено, опять впав в задумчивость. Рекс Траверс вынул чековую книжку и авторучку, закончил дело и пошел провожать посыльного.
— Всего хорошего. Большое спасибо. Да, все в порядке. (И мрачно думал, о каком порядке может идти речь, если, подписывая чек на оплату драгоценностей, тем самым вынуждает себя просить взаймы у доброго друга Локка в счет будущего жалованья.)
— Всего доброго, сэр! Вы позволите мне выразить наилучшие пожелания вам? Всего доброго, мадам!
— До свидания, — сказала Джой.
— До свидания. — И Рекс Траверс передал посыльного Мери, вернулся в комнатку секретаря, закрыл за собой дверь и подошел к столу, за которым сидела его нареченная, глядя на новое кольцо так, словно это были бородавки.
4
— Послушайте, — без промедления начал он. — Я должен сказать вам, что так не пойдет. Так не пойдет, вы понимаете.
Это, очевидно, смутило ее. Она сидела, очень прямая и напряженная, широко открыв глаза.
— Вы имеете в виду нашу помолвку и свадьбу…
— Я не имею в виду нашу помолвку. Она уже случилась. Вы понимаете, о чем я говорю. Я имею в виду вашу манеру вести себя.
Она приоткрыла полные нежно-розовые губы, словно желая повторить: «Мою манеру?» — но наткнулась на его строгий и суровый взгляд, предупреждавший, что сейчас этот человек не потерпит ерунды.
1 2 3 4 5 6 7 8 9 10 11 12 13 14 15 16 17 18 19 20 21 22 23 24 25 26 27 28 29 30 31 32 33 34 35 36 37 38 39 40 41 42 43 44 45 46 47 48 49 50 51 52 53 54 55 56 57 58 59 60 61 62 63 64 65 66 67 68 69 70 71 72 73 74 75 76 77 78 79 80 81 82 83 84