ТВОРЧЕСТВО

ПОЗНАНИЕ

А  Б  В  Г  Д  Е  Ж  З  И  Й  К  Л  М  Н  О  П  Р  С  Т  У  Ф  Х  Ц  Ч  Ш  Щ  Э  Ю  Я  AZ

 

Байкерам казалось, что их отражения в огромных витринных стеклах выросли до гигантских размеров, а Стая поднялась над домами и летела, задевая крыши резиной и сбивая таблетки спутниковых антенн.
Слабые тени в подворотнях, внезапно прорезавшийся непонятный звук – все настораживало Кея. Он нервно подрагивал, едва сдерживая возбуждение. Настроение Стаи передалось байкам. Кей ощущал усилившуюся вибрацию – так ХаДэ реагировал на нервные манипуляции со сцеплением. Когда Кей увеличил скорость, ему пришлось с силой вцепиться в руль: у ХаДэ свои приколы, любит поиграть на скоростях, и приходится бдеть, чтобы раньше времени не отправиться в Страну Вечных Покатушек.
Впрочем, иногда бдеть не получается. То есть, чем больше стараешься, тем хуже получается. Вот и сейчас… Точно, началось!
Кей вцепился в рога байка, снова вообразив себя сгустком энергии, ничем, не имеющим названия, потому что даже слова такого нет, «название», потому что вообще нет никаких слов, природа их не знает, а Кей – просто н-е-ч-т-о, пригоршня частиц, мчавшихся во Вселенной и случайно зацепившихся за микроскопическую, никому не нужную планетку, еще не населенную самодовольными существами, обозвавшими себя «людьми», где нет ничего, и только с появлением пригоршни частиц под названием «Кей» появляются растения, которые гниют и наслаиваются, гниют и наслаиваются, их пожирают очень большие звери, очень маленькие звери и не звери вообще, которые пропускают несчастного Кея через свой организм, и так – сотни миллионов лет, пока Кей не становится каплей в густой черной массе, сжатой под диким давлением на огромной глубине все той же мелкой планеты, хранящей в своем чреве черную массу, о возможности использования которой случайно догадается один из «людей», которого считают мудрым, но который просто плохо спал или ему изменила жена, или его дети – подонки, и от них рожают шестиклассницы, а Кей уже мчится по трубе, ушибаясь о металлические стенки и шныряя по самым укромным уголкам вентилей и заверток, затем Кея пытают огнем, кислотами, давлением и удушьем, постепенно превращая в высокооктановый бензин, и теперь его не пытают крекингпро-цессом, а продают, продают, продают, перепродают, закладывают, сдают под проценты, дают в долг и получают в виде долга, из-за него стреляются, вешаются, прыгают с небоскребов, посылают на смерть сотни тысяч людей, которые не могут купить много бензина, да им и не нужно, и все это – ради того, чтобы однажды все-таки оказаться на заправке и скатиться прозрачной вонючей каплей в нутро двигателя внутреннего сгорания, промчаться по всем его уголкам и снова превратиться в молекулы, разлететься в стороны и снова искать мелкие планеты, которые будут настолько ласковы, что дадут приют Кею и соединятся с ним на несколько сот миллионов лет, чтобы родить ОДИН СВЕТЛЫЙ МИГ: МИГ КАТАНИЯ НА БАЙКЕ ПО ПУСТЫНЕ, среди кактусов, небоскребов и болот с комарами.
Прожить сотни миллионов лет, миллиарды лет ради одного светлого мига!
ONCE'S MORE THAN LIFE TIME, черт меня побери!
Резко затормозив, Трибунал оглянулся на Стаю. У него есть план, заставивший Бешеных перебраться через тротуар, катиться по пустырю, а потом преодолеть несколько десятков метров в коридоре между деревянным забором и густым кустарником.
Так они добрались до маленькой пивнушки, любимого места сбора Свистунов. Бешеные, оставив байки в отдалении, молча смотрели на ярко освещенное окно ночного заведения. В окне висела на веревочках оскалившаяся голова бурого медведя с мигающими красными лампочками в глазах. За стеклом мелькали корявые тени, до ушей Стаи доносились звуки музыки, гулко бумкающей на низах.
Неподалеку от пивнушки воткнулся в ночное небо шприц телевизионной башни. Значит, все правильно. Место – то самое.
Сбившись в круг, Бешеные едва сдерживали нетерпение. Барон мотал огромной башкой, словно в ухо залез лесной клоп. Кею почудилось, что Стая потеет и оставляет за собой шлейф запаха лесного зверя.
Бешеные никогда первыми не задирают Свистунов. Хотя бы потому, что тех больше. Но от боя отказываться не в их правилах. И тогда количество врагов не в счет.
Трибунал извлек из седельной сумки небольшой бинокль и всмотрелся в выстроившиеся перед пивной байки. На среднем пальце мелькнул крупный перстень. Кей помнил, что на нем выгравированы два слова:
HARD LUCK.
– Здесь пять-шесть Свистунов, не больше, судя по байкам. Остальные – одиночки, в драку не полезут…
Трибунал бросил бинокль в сумку, повернулся и назвал тех, кто пойдет с ним.
Кей оказался в числе оставшихся. Трибуналу видней, он тоже служил. В банановых республиках Кей командовал самим собой и бандой бойцов местного сопротивления, которых можно принять за солдат только после солидной дозы мескаля. Зато Трибунал водил в атаку сотню человек, занимаясь усмирением «стратегических аулов».
Не названные Трибуналом Бешеные достали сигареты, пощелкали зажигалками, и над пустырем зависли тонкие струйки дыма. Напряженно молчали. Приблизившись к выстроившимся вдоль тротуара байкам, Трибунал толкнул ногой крайний. Тот с жалобным скрипом завалился на бок, увлекая за собой соседа. Аларих повалил остальные аппараты, а кованые ботинки Вторника и Капеллана прошлись по фарам поверженных байков, не оставив ни одной целой.
В окне пивной возникла физиономия. Завидев погром, Свистун исчез и через пару секунд вывалился наружу в сопровождении четырех бойцов.
Трибунал, пригнувшись и выставив перед собой кулаки, с ревом помчался навстречу. Аларих, Вторник и Капеллан бежали рядом.
Месилово.
Огромный Свистун с налитым кровью лицом растопырил толстые ручищи, словно собрался поймать Трибунала как курицу. Второй, наряженный в длинную черную майку, с блинообразной физиономией Оззи Осборна, подскочил к Алариху и широко замахнулся. Жилистый субъект, голый по пояс, скользко блестевший потом и покрытый поблекшими татуировками, навалился на Вторника, обманувшись его молодостью. Четвертый, завидев округлившиеся от злобы глаза Капеллана, попытался увернуться от удара. Пятый, бритый наголо мужик, у которого недоставало значительной части уха, вертелся поодаль как пойманный пес, ловко отмахиваясь ножом от насевших на него двух Бешеных.
В узком пространстве между стеной дома и поваленными байками метался вой, визг и рев сцепившихся стай.
Трибунал отскочил и с отгягом ударил Свистуна ногой, погрузив ботинок в самый низ необъятного живота. Аларих собрался и стукнул противника кулаком-арбузом в центр груди, целясь прямо в нос нарисованному Оззи. Вторник обхватил татуированного типа и повалил, стараясь оказаться сверху. Капеллан догнал врага, дернул за плечо и двинул под дых. Пятый продолжал фехтовать ножом, постепенно отступая к толпе, высыпавшей из дверей пивной и азартно переживавшей перипетии драки.
1 2 3 4 5 6 7 8 9 10 11 12 13 14 15 16 17 18 19 20 21 22 23 24 25 26 27 28 29 30 31 32 33 34 35 36 37 38 39 40 41 42 43 44 45 46 47 48 49 50 51 52 53 54 55 56 57 58 59 60 61 62 63 64 65 66 67 68 69 70 71 72 73 74 75 76 77 78 79 80 81 82 83 84 85 86 87 88 89 90 91 92 93 94 95 96 97