ТВОРЧЕСТВО

ПОЗНАНИЕ


А  Б  В  Г  Д  Е  Ж  З  И  Й  К  Л  М  Н  О  П  Р  С  Т  У  Ф  Х  Ц  Ч  Ш  Щ  Э  Ю  Я  AZ

 

Связано ли исчезновение подруги с поисками Джулиана Кокса, которые она начала?
Достаточно ли оказалось пятидесяти тысяч фунтов, которые он проворно уволок прямо из-под носа? Не вернулся ли он опять за деньгами или прислал кого-то? Она обещала себе, что ее планы не причинят никакого вреда Келли и Анне, и теперь тяжесть вины возрастала с каждой минутой. Ужасно, если придется обращаться в полицию; по некоторым причинам Ди считала – вряд ли они что-то сделают. Все-таки исчезновение Анны, скорее всего, не связано с Джулианом Коксом, но от этого ей не легче, она даже больше переживает.
Как часто приходилось читать в газетах о женщинах – почти всегда это были именно женщины, – которые исчезали после таинственных происшествий. В некоторых случаях тело находили позже; в других не находили вообще… Ди с такой силой вцепилась в руль, что побелели костяшки пальцев.
– Пожалуйста, о Боже! Нет, нет! – шептала она. – Нет!..
«Домой не поеду!» – решила Анна. Выйдя из поезда и поблагодарив проводника, что помог ей с багажом и животными, она почувствовала усталость и опустошение. Во время долгого путешествия на поезде, с бесчисленными остановками, у нее было достаточно времени, чтобы подумать, даже слишком много.
Дома она сразу окунется в море вопросов, все соберутся посмотреть на нее… нет, этого она не хочет. И Ворд, должно быть, попытается связаться с ней – надо ведь отругать ее за то, что забрала машину, подумала она горько.
Рядом со станцией полно пустых такси; она уселась, поместив Мисси к себе на колени, а дорожную клетку с Виттейкером – рядом. Водитель повернулся и спросил:
– Куда едем, дорогуша?
Куда? Хороший вопрос… Анна прикрыла глаза и, словно эти слова кто-то произнес за нее, назвала адрес Ди.
Лежа в ванне с закрытыми глазами, Ди чувствовала, как тело отдыхает и успокаивается; но голова напряженно работала. Ванна для Ди всегда оставалась самым лучшим местом, безопасным, надежным, где она как бы заряжала свои батарейки и собирала силы.
Как подросток, который пытается привести в равновесие множество чувств, эмоций и физических изменений внутри себя, Ди считала ванную комнату местом, где она может отдохнуть от чувства вины – в том, что отгородилась от отца. Они все время были так близки, существуя в своем отгороженном пространстве, с того времени, как умерла мать. Но когда наступил переходный возраст, к ней пришло необъяснимое ощущение: она движется на новую территорию – женственности.
С отцом она чувствовала себя такой защищенной его твердостью, его великой любовью. Но там, где раньше он был единственным слушателем, сейчас располагалась группа подруг ее возраста. С ними она могла обсудить необыкновенные, волшебные изменения, происходившие с ней. Конечно, в то время она видела, как обижало отца ее отдаление. Но понемногу все утряслось, и появилось дочернее желание защитить отца. Много часов она проводила в ванной комнате: никак не могла решить, что лучше – поступить в университет (чего ей очень хотелось) или остаться дома с отцом. Ведь именно отец сам решил это за нее, гораздо мудрее и дальновиднее, чем она ожидала. Сказал, что очень огорчится, если она не продолжит образование и не пойдет в университет.
Ди совсем потерялась в воспоминаниях и мыслях, когда прозвенел дверной звонок. В конце концов, ее может не быть дома… Но все же, наверное, стоит посмотреть, кто там. Ди неохотно поднялась, накинула халат, открыла дверь ванной и быстро сбежала вниз. Нахмурившись, она внимательно разглядывала посетителя через стеклянное облачко дверного глазка; осознав, кто это, радостно распахнула дверь.
– Анна! Заходи!
Все еще в заторможенном состоянии, Анна вошла. В этот теплый день ее опять начала бить дрожь. Она позволила Ди взять себя за руки и провести на кухню.
– Садись! – твердо приказала ей Ди, забирая у подруги клетку с Виттейкером.
Ясно: с Анной произошло, что-то нехорошее, сразу догадалась Ди – трудно узнать подругу в этой, в сущности, незнакомой женщине.
– А мы все гадали, куда ты делась. – Ди включила чайник.
Интуиция подсказывала ей: не надо рисовать исчезновение Анны драматическими красками, настаивать на немедленном объяснении… Ди молча налила чай, приглушила свет; потом начала спокойно рассказывать новости – вот встречалась недавно с Келли и Беф, – неотрывно наблюдая за тем, как Анна реагирует. Но та, если не считать чуть заметного подрагивания ресниц, казалась совершенно безучастной. Определенно что-то страшное произошло с ней – Ди знала все признаки эмоционального шока.
Случаются вещи, которые никогда не забываются; бывают впечатления, которые никогда не стираются… Поставив чашку чаю прямо перед Анной, Ди увидела совершенно ясно: перед ней сидит не Анна, а какая-то другая женщина.
– Анна, – Ди нежно дотронулась до ее руки, – что с тобой, что случилось? Что-то не так?
Анна с трудом остановила взгляд на лице Ди.
– Я… я… – Лицо ее сморщилось, все тело начало трястись.
Ди обняла ее, прижала к себе.
– Если это из-за Джулиана, из-за денег… – Ди знала, как огорчило Анну, что Джулиан перехитрил их обеих.
– Нет, нет… – Анна покачала головой и умолкла.
– Тогда что? Что случилось?
Анна прикоснулась дрожащей рукой к лицу – что она делает здесь, на кухне Ди, и зачем пришла сюда? Ясно ей только одно – у нее нет никаких сил вернуться к себе домой.
– Ди, я была такой дурой… – тихо сказала Анна, и слезы покатились по ее щекам. – Мне бы догадаться, додуматься, а вместо этого… – Она судорожно сжала кулачки, содрогаясь от рыданий. – Не понимаю, что это нашло на меня….
Ди терпеливо ждала, вслушиваясь в ее бессвязную речь, в непонятные слова, прорывавшиеся сквозь рыдания; потом предложила мягко:
– Анна, почему бы тебе не начать сначала и не рассказать мне все?
– Все? – Кровь бросилась Анне в лицо – и тут же отхлынула. – Не могу я… рассказать тебе все… О, Ди, я не знаю, что мне делать и как я смогу пережить все это….
«Как я смогу жить без Ворда» – вот что хотелось ей сказать, но она вовремя остановилась. Сколько раз напоминала себе: того Ворда, которого она любит, не существует.
– Расскажи мне! – ласково повторила Ди.
И медленно, запинаясь, Анна начала рассказывать.
– Что он сделал? – изумленно переспросила Ди.
Анна рассказывала ей об ошибке, происшедшей в больнице, когда она решила, что Ворд – ее любовник.
– Так, значит, этот незнакомый мужчина, который меньше чем двенадцать часов назад впервые тебя встретил, позволил тебе поверить, что ты и он – любовники?..
Ярость в голосе Ди заставила Анну горько закусить нижнюю губу.
– Сама думаю об этом снова и снова, – тихо ответила она. – Я, одна я виновата, что так произошло… Я решила, что мы любовники…
– Но у тебя была потеря памяти! – гневно напомнила Ди. Глаза ее засверкали от возмущения. – Он вел себя подло…
– Я-то думала, он любит меня… но все это время на самом деле он меня ненавидел, презирал… – И Анна прижала руку к губам, чтобы не выплеснуть наружу бушевавшие чувства. – Я даже не подозревала, я действительно верила…
Ди в полном молчании слушала ее, не желая расстраивать вопросами. Видимо, Анна обманута самым жестоким, бесчеловечным образом, понятно, что ей тяжело возвращаться в пустой дом, оставаться наедине с собой.
– Что я действительно не могу понять – так это чем вызвано такое поведение! – яростно выдохнула Ди. – Какое чувство, стремление владело им, для чего он все это проделал?
– Хотел вернуть деньги своего сводного брата, – объяснила Анна.
Поделившись с Ди, она почувствовала себя спокойнее, немного пришла в себя и уже пыталась разумно судить обо всем, что с ней произошло, хотя этот ворвавшийся в ее жизнь посторонней человек все еще владел ее телом и разумом.
– Он проделал такое с тобой из-за денег? – жестко спросила Ди.
– Нет, не только из-за денег. Думаю, это некий реванш… или наказание…
– Что? Как может кто-нибудь… – начала Ди.
– Мы… – напомнила ей Анна, – по крайней мере мы пытались… с Джулианом…
– Да, но это далеко не одно и то же! – возразила Ди. – Ничего общего между тобой и Джулианом нет. Ты ни в коей мере не ответственна за его делишки!
– Это мы знаем, ты и я, но Ворд… – И замолчала, пытаясь проглотить жесткий комок в горле. – Ворд думал иначе.
– Но обмануть тебя таким образом…
– А вдруг он влюбился в меня… уже в постели? – с нервным смешком предположила Анна. – Настаивал ведь, чтобы мы спали в отдельных комнатах. Это именно я… – И опять замолчала. – О, Ди! Я… я… так несчастна! Понимаешь, о некоторых вещах не скажешь – слишком больно!
– Что ж, по крайней мере ты вернулась, ты в безопасности, это главное! – порывисто подытожила Ди и, взглянув Анне в лицо и мягко дотронувшись до ее руки, несколько неуверенно продолжила: – Знаю, сейчас ты считаешь это невозможным, но в конце концов все пройдет… И ты поймешь, что все не так уж плохо. Ты уже пережила худшее, и по логике все должно повернуться к лучшему.
Анна опять печально улыбнулась.
– А как он реагировал, когда ты открыла ему, что знаешь правду? Постарался объяснить что-нибудь, как-то извиниться?
– Нет… А я не говорила ему ничего, просто оставила записку, что все вспомнила, и уехала. Видишь ли, Ди… – Анна замолчала, и слезы опять покатились по ее бледному лицу; она стала нервно скручивать между пальцами край скатерти. – Я думала, что люблю его; я верила… Он казался таким… Оставаться с ним было так естественно… как будто он всегда существовал в моей жизни. Он наполнял ее смыслом, дал мне счастье, наслаждение, о каком я и не мечтала. Никогда не думала, что оно будет у меня. Даже сейчас не могу до конца поверить… мне кажется, все это сон…
– Кошмар, не более того! – сердито объявила Ди, непроизвольно наклоняясь к подруге в стремлении как-то утешить, оградить от тяжелых переживаний.
Это сумасшествие, думала Анна, но в глубине души она тоскует по Ворду, жаждет его прикосновений – так страстно, что, появись он здесь, бросится ему навстречу… Ни разумные рассуждения, ни справедливая злость, ни незаслуженная обида не вычеркнут из памяти восторг, который они пережили вместе, пусть он и замешан на обмане. Но это ее тайна – на всю оставшуюся жизнь.
– Хотела бы я, чтобы он оказался сейчас здесь! Я сказала бы все, что о нем думаю! – рассердилась Ди. – Сделать то, что он сделал… – И замолкла – у Анны глаза опять наполнились слезами.
– Пойдем наверх, Анна, тебе надо лечь – ты совсем вымоталась.
– Да нет, я как раз почти уже в порядке. – Но послушалась – стала подниматься за Ди по лестнице.
– Как Анна? – взволнованно спросила Келли. – Что говорит врач?
– Ничего, все в порядке, – успокоила Ди подругу, придерживая телефонную трубку щекой и поглаживая Мисси – собачка тоже тревожилась за хозяйку. – А врач… он сделал все, что нужно; говорит – обычные последствия перенесенной травмы, единственное, что ей необходимо, – это отдых.
По особому желанию Анны Ди держала в секрете детали участия Ворда в том, что с ней произошло, по крайней мере насколько возможно. Беф и Келли знали, что Ворд – незнакомец, который помог ей, когда она пострадала от удара граблями и впоследствии, когда потеряла память. Этакий добрый самаритянин (хотя Ди думала о нем иначе).
– А сказала она, почему уезжала, куда? – с любопытством осведомилась Келли.
– О, просто ей хотелось проветриться.
Ди надеялась, этого достаточно, чтобы усыпить бдительность Келли. Вообще она старалась вести себя – ради Анны – так, будто все уже прошло. Но сама Ди просто места себе не находила от возмущения. Как решился этот Ворд сотворить такое с Анной? Как смел и подумать, что она относится к тому типу женщин, которые имеют дело с субъектами вроде Джулиана Кокса! Да Анна переживает, даже если не может получить парковочный талон для машины, и обычно оставляет записку и чек для смотрителя. И будь она какой угодно, ему-то кто позволил поступить с ней так?!
Почему в жизни всегда вот так получается? Такие мужчины, как ее отец и Бру, наперечет, зато тех, кто может с легкостью обидеть женщину, – десятки… нет, сотни. Ди и сама заработала немало шрамов в войне, бушевавшей между полами, но это уже другая история.
1 2 3 4 5 6 7 8 9 10 11 12 13 14 15 16 17 18 19

загрузка...