ТВОРЧЕСТВО

ПОЗНАНИЕ

А  Б  В  Г  Д  Е  Ж  З  И  Й  К  Л  М  Н  О  П  Р  С  Т  У  Ф  Х  Ц  Ч  Ш  Щ  Э  Ю  Я  AZ

 


— Тогда встретимся где-нибудь еще.
Мы спорили по этому поводу минуты две, пока наконец я не согласился встретиться с ней в ресторане «У Лэнни». Мы поговорили еще пару минут, и она спросила, не могла ли она мне помочь еще чем-нибудь. Полушутливо я сказал, чем именно.
Она рассмеялась и пообещала:
— Я достану для вас бритву и краску для волос. Да и все остальное, кроме лампы Аладдина и танка.
— Ладно, забудьте. Да и обо всем остальном, если хотите.
— Но вы не собираетесь приехать сейчас?
— Нет. Завтра вечером. Скажем, около девяти. В городе для меня будет, вероятно, почти так же жарко, как и сейчас, однако зоркие глаза копов уже чуть устанут. Как бы там ни было, мне придется вернуться. И если мне это вообще удастся, увидимся «У Лэнни» около девяти.
— Шелл...
— Да?
— Я... Нет, ничего. Просто... будьте осторожны.
— Обязательно. — Я повесил трубку, попробовал набрать еще раз номер Крэйн, снова неудачно, расплатился с владельцем заправочной, заставил себя не нервничая дождаться сдачи и уехал к своим зарослям и ко сну.
* * *
Я мягко притормозил, матерясь про себя, развернулся и поехал назад. Чуть не наскочил на передвижной полицейский пост. Я выключил фары, как только заметил свет впереди, и вряд ли они видели, как я разворачивался. Было уже восемь часов вечера, а я все еще находился в пяти милях от Сиклиффа.
За прошлую ночь и на протяжении всего дня не случилось ничего, если не считать, что меня уже тошнило от отвратных сандвичей. Но я здорово отоспался, так что чувствовал себя вполне бодро. Однако, если бы я наткнулся на один из полицейских постов, произошло бы черт-те что. Отъехав с полмили, я остановился и попытался припомнить округу. Еще будучи школьником я объездил здесь все, да и в последние годы не раз бывал тут и поэтому надеялся отыскать хоть одну дорогу, не заблокированную копами.
Мне вспомнился проселок, который подходил почти к самому Сиклиффу. Я нашел его и беспрепятственно проник в город, но на знакомых улицах оказался только в десять вечера. Бетти же я обещал быть в девять. Если сумею пробраться.
На Перечной улице, в пяти кварталах от ресторана «У Лэнни», я сорвал регистрационную карточку с руля моего «кадиллака» и сунул ее под сиденье, потом завернул на хорошо освещенную автостоянку на углу, теперь меня звали Билл Браун, а не «дерьмо», получил у служащего квитанцию и сказал ему, что оставляю машину на час, но могу отсутствовать и день и два. Потом я убрался с яркого света походкой человека с фурункулами на ногах и был весь мокрый от пота, когда дошел до ресторана «У Лэнни».
Остановившись у окна, я внимательно осмотрел тускло освещенный интерьер ресторана. На полудюжине столиков горели свечи, и по крайней мере одна парочка увлеченно поглощала обед. По правой стене располагалось четыре ниши. Однако я не мог разглядеть, заняты ли они или нет.
Мне совсем не улыбалось входить туда одному. Если Бетти все еще ожидала меня, все могло и обойтись. А если произошло непредвиденное и подручные Карвера или Норриса устроили здесь засаду, мне не дожить даже до того момента, когда принесут суп. Моя шляпа была надвинута на глаза, а правая рука крепко сжимала рукоятку кольта в кармане пиджака. Глубоко вздохнув, я вошел.
Глава 12
Мгновение я постоял в дверях, но ничего страшного не произошло. Никто не выстрелил в меня и не стукнул по голове. Я прошел мимо столиков в зале и вдоль ряда ниш, высматривая Бетти. Ее не было.
Я остановился у последней ниши и обернулся. Дверь открылась, кто-то вошел и направился в мою сторону. Бетти! Приблизившись, она присмотрелась к моему лицу, подошла вплотную, вдруг обняла меня и прижалась ко мне всем телом. Потом, смутившись, опустила руки и отступила на шаг.
— Где вы пропадали? — спросила она с придыханием. — Я уже устала волноваться. — Взяв меня за руку, она потянула меня в нишу и села напротив. — Я не выдержала, не могла больше спокойно сидеть и выходила уже несколько раз. Когда вы пришли, у меня даже не было уверенности, что это вы.
Я ухмыльнулся:
— Это точно я, Бетти. Вы просто замечательная. Спасибо. Какие-нибудь неприятности?
— У меня нет. А как у вас? Почему вы запоздали? Я уж подумала, что вас схватили.
— Меня просто задержали. Вы хоть понимаете, что здорово подставляетесь из-за меня?
— Не больше вас. Мне много нужно рассказать вам, Шелл. — Она прикрыла рот рукой, оглянулась и тихо проговорила: — Как мне теперь называть вас?
— Называйте просто дурачком.
— Да будьте же вы серьезным!
— Вы думаете, я шучу? Послушайте, я сгораю от любопытства и уже сыт по горло тошнотворными сандвичами. Давайте закажем побольше чего-нибудь, а за едой вы мне все расскажете.
Мы заказали бифштексы с кровью. Пока их готовили, она присмотрелась ко мне и тихо промолвила:
— Вы кажетесь... э... вы действительно выглядите затравленным человеком.
— Такой я и есть. — Я понял, что она имела в виду.
До сих пор я как-то не задумывался, но мне и в самом деле не мешало бы побриться. А поскольку я спал в одежде, вид у меня еще тот, наверное.
Она ощупала рукой соседнее сиденье и подняла большой бумажный пакет:
— Я достала все, что вы просили.
— Спасибо, милая. Ладно. Какую новую ложь придумали про меня копы?
Она поколебалась, затем протянула мне газету со словами:
— Вот сегодняшняя «Стар». Я постаралась не сгущать краски, но пришлось, чтобы меня не уволили и чтобы Турмонд и остальные не догадались, что все сообщили мне вы. — Нахмурившись, она добавила: — Первый вариант все равно оказался в мусорной корзине, а вторая статья, которую я написала вчера о «Сико», тоже была забракована.
— Опять Джозефсон?
— Угу. Интересно, почему его так занимает все, что бы я ни написала о «Сико», о Норрисе или даже о вас? Гарри — это наш редактор — по секрету сказал мне, что такие материалы он обязан показывать Джозефсону.
— Он ведь издатель «Стар»? — Она кивнула, и я предположил: — Пожалуй, стоит присмотреться к нему поближе.
Я пробежал заголовки в «Стар», потом принялся за заметку о себе, озаглавленную: «Частный детектив разыскивается в связи с убийством полисмена». Бегло прочитав ее, я наткнулся на строчку: «Детектив Карвер заявил, что вместе с Блэйком они намеревались арестовать Скотта по подозрению в убийстве видного местного владельца недвижимостью Эмметта Дэйна и ожидали подозреваемого на улице Винсент».
Когда до меня дошел смысл этой фразы, я взглянул на Бетти:
— Что? В убийстве Дэйна?
Она кивнула:
— Так утверждает шеф полиции. Эти сведения получены непосредственно у него.
Я выругался и спросил:
— Как, черт возьми, они осмелились выдать такое после той идиотской шуточки с его самоубийством?
— Там все сказано. Шеф полиции утверждает, что вас подозревали уже тогда и что «намек на самоубийство» — так он это называл — был сделан специально в печати, чтобы не встревожить вас, пока они продолжали расследование.
Вытаращив от изумления глаза, я медленно проговорил:
— Но у меня нет мотива. Не придумали же они мотив, почему я убил Дэйна?
— Дочитайте до конца.
Я так и сделал. Читая, я припомнил, как Карвер заверял, что им не составит труда найти мотив, если в нем будет нужда. Может, он тогда уже пытался откопать его? Все связывалось с тем, первым расследованием, которое я проводил для Дэйна, когда я снял с него — так мне казалось — подозрение в убийстве и помог засадить истинного убийцу в тюрьму Сан-Квентин. Тот парень, Уильям Йорти, сознался в убийстве, но потом отказался в суде от своего признания и получил лишь пожизненное заключение. За это-то и ухватились копы. По их версии, изложенной в основном в форме намеков и инсинуаций, а не голых фактов, мы с Дэйном засадили Йорти ради обеления Дэйна. Подбрасывалась мысль, что Дэйн-то и был виновен. И вот знание Дэйном моей роли в подтасовке фактов, а может быть, даже в подкупе присяжных — а по этому вопросу было начато дополнительное расследование — вполне могло быть одним из мотивов для убийства мною Дэйна. Однако шеф полиции утверждал, что располагает и другими уликами.
Тут нам подали наши бифштексы. Я, правда, почти совсем потерял аппетит, но воспоминание об отвратных сандвичах помогло мне восстановить его. И, как только я закончил читать статью, мы принялись за бифштексы.
Я молча размышлял о прочитанном, когда Бетти вдруг заговорила:
— Я сегодня вкалывала вовсю, проверяя разные сведения. И мне пришла в голову одна мысль. Может быть, и не блестящая, но все же...
— Давайте ее сюда!
— Относительно фонда Лилит Мэннинг. Я просмотрела копию завещания матери мисс Мэннинг. Она завещала много собственной недвижимости городу.
— Знаю. Парк, городской пляж...
— Угу. Она оставила недвижимость городу, но при одном условии, что она будет использована только в соответствии с ее завещанием. В противном случае право на эту собственность должно перейти от города к фонду Лилит Мэннинг.
— Каковы ее условия?
— Не давать никаких концессий на пляже, то есть не допускать появления на нем сосисочных, баров, аттракционов и прочего. По ее завещанию — это просто приятный, спокойный общественный пляж, предназначенный только для купания. Однако несколько месяцев назад дирекция парка дала разрешение открыть два киоска для продажи сандвичей и безалкогольных напитков. Один уже построен, и там вовсю торгуют.
— Вроде ничего особенного. Но этого может оказаться достаточно для передачи права собственности фонду, не так ли?
— То-то и оно, что достаточно. Адвокат, с которым я беседовала, считает это вполне законным. Он совсем забыл об указанном условии завещательницы. Уже несколько лет ничего не говорилось и не писалось о наследстве Мэннингов, а завещание она составила за год до своей смерти. Вполне вероятно, что почти все забыли о его условиях.
Я встряхнул головой — слишком о многом приходилось думать одновременно. Взглянув еще раз на «Стар», я сказал:
— Сейчас меня больше всего беспокоит моя история. Шеф полиции и его подручные крепко меня прихватили. За исключением, разве что, одного — мотива убийства, он неубедителен.
— Есть еще кое-что. — Прикусив губу, она продолжала: — Я наконец разузнала о содержании завещания Эмметта, по крайней мере о его части. Довольно важная, по-моему, часть. Шеф Турмонд тоже знает про нее.
— Так, значит, есть завещание? Оно должно помочь.
— Оно не поможет.
— Он наверняка оставил все бывшей жене и дочери.
Она покачала головой:
— Нет. Только небольшая часть наследства предназначена им. Дом же с участком в южном районе города, оцениваемый примерно в двадцать пять тысяч долларов, завещан... — Она замолчала и взглянула на меня, покусывая губы.
У меня отвисла челюсть, и я едва вымолвил:
— Погодите минуту. Уж не хотите ли вы сказать...
— Именно. Вам. Полагаю, шеф полиции Турмонд как раз это имел в виду, говоря о наличии дополнительной улики, свидетельствующей о вашем преступлении. — После короткой паузы она добавила: — Вся остальная собственность, включая все земли на побережье, оставлены Дороти Крэйг.
Я вытаращился на нее:
— Что? Это еще что за чепуха?
— Я разговаривала с шефом Турмондом, с адвокатом Дэйна и с мисс Крэйг. Сама я не видела завещания, но все они в один голос подтверждают содержание завещания.
Целую минуту я размышлял, потом высказался:
— Завещание, конечно, подделано. Ставлю сто против одного, что Дэйн даже никогда не слышал о девице Крэйг. Сам этот факт означает, что она замешана в происках Норриса. — Я замолчал и чуть не выпрыгнул из ниши. — О Боже! Как там Лилит? Если эта Крэйг вась-вась с Норрисом, значит, и с подручными Карвера. Вы упоминали при ней Лилит?
Она кивнула:
— Я спросила, знакома ли она с Лилит Мэннинг? Она была поражена моим вопросом, но признала, что знакома. Однако заверила меня, что не видела ее целую вечность.
У меня бешено забилось сердце. Если Лилит добралась до дома Дороти Крэйг в надежде обрести там убежище, она могла уже упокоиться, лежа мертвая лицом в грязи в каком-нибудь укромном местечке. Я выбрался из ниши и направился в дальний конец ресторана, где находилась телефонная кабина, нашел в телефонном справочнике номер Дороти Крэйг и набрал его.
1 2 3 4 5 6 7 8 9 10 11 12 13 14 15 16 17 18 19 20 21 22 23 24 25 26

загрузка...