ТВОРЧЕСТВО

ПОЗНАНИЕ

А  Б  В  Г  Д  Е  Ж  З  И  Й  К  Л  М  Н  О  П  Р  С  Т  У  Ф  Х  Ц  Ч  Ш  Щ  Э  Ю  Я  AZ

 


— Пора возвращаться в редакцию. — Она бросила быстрый взгляд на Дэйна, стремительно спустилась по ступенькам и завернула за угол.
Я услышал, как отъезжает машина.
— Я собирался сообщить тебе побольше о Бетти. — Дэйн нахмурился. — Но не успел. Она была помолвлена с солдатом, погибшим в Корее. Это случилось полтора года назад, а она так и не может прийти в себя. С тех пор она практически не общается с мужчинами. У нее развилось нечто вроде фобии к оружию, к любому проявлению насилия. Не здорово, но ее не переубедишь. Слов не хватит. Она должна справиться с этим сама. Однако чертовски неприятно.
Помолчав с минуту, он спросил:
— Ну, что ты думаешь теперь о моих сумасбродных догадках?
— Не такие уж они и сумасбродные.
Он посмотрел на часы:
— Хочу познакомить тебя с Бароном и мисс Мэннинг. Мы уже опаздываем.
Раньше я слышал о Лилит Мэннинг, вернее о Мэннингах. Что-то вроде местных Рокфеллеров или Морганов, верхушка общественной пирамиды в Сиклиффе. Старшие Мэннинги, ныне покойные, были возмутительно богаты и оставили большую часть своей собственности городу: больницу «Мэннинг-мемориал», упомянутый Дэйном городской пляж, культурный центр, даже музей.
Кроме собственности, завещанной Сиклиффу, много земли и недвижимости было оставлено фонду Лилит Мэннинг, созданному ее родителями незадолго до смерти. В этой благотворительной организации Дэйн, как я знал, был членом совета директоров.
— Лилит странновата, Шелл, — начал, рассказывать Дэйн па дороге. — Она училась в частных школах на Востоке, и Сиклифф почему-то никогда ей не нравился. Обретается она в основном в Нью-Йорке или за границей. Но сейчас она здесь. Я познакомился с ней несколько дней назад — вместе с Бароном завтракали у нее, обсуждая нынешний бардак. Нужно было такому приключиться, когда она наконец появилась в городе.
— Ты говорил, что им обоим, как и тебе, предложили продать собственность. Что же их удержит от этого? Сам говорил, что девице Мэннинг не нравится Сиклифф.
— Во-первых, им предложили только половину настоящей цены. Меня самого это беспокоит, Шелл. Барон-то меня не очень тревожит. Здесь его дом, у него положение: он активист общественных организаций, член коллегии адвокатов и вместе со мной входит в совет директоров фонда Лилит Мэннинг. К тому же он прекрасный человек, с твердым характером, и, как и я, жаждет не пустить сюда банду. Мисс Мэннинг уверяет, по крайней мере пока, что и не подумает ничего продавать чертовой «Сико». Однако трудно сказать, как она поступит, если ей предложат большую сумму. На женщину легче надавить. — Он помолчал, потом медленно проговорил: — Знаешь, если они уступят «Сико», я останусь едва ли не единственным крупным владельцем недвижимости. В руках мазуриков окажется почти все. Как это тебе, Шелл? Целый город в руках гангстеров?
— Таков, пожалуй, их следующий логичный шаг, Эм.
Он посерьезнел еще больше:
— Если такое происходит в Сиклиффе, это же может случиться где угодно. Где угодно!
Загородное поместье Мэннингов находилось в трех-четырех милях от города и в полумиле от океана. Большая вилла одиноко торчала на склоне холма, чуть в стороне от Винсент-стрит, словно белое чудовище или, скорее, шрам на зеленом, усыпанном редкими деревьями откосе. Мы въехали на подъездную аллею, образующую как бы дугу перед особняком на просторном, но слегка заросшем газоне. Да и сам особняк явно нуждался в покраске и обновлении.
— Однако усадьба хиреет, — заметил я.
— Так здесь же никто не живет. Всего несколько дней, как вернулась Лилит. Смотритель бывает примерно раз в неделю, но и он не очень-то за домом присматривает. А вот и Барон.
Я припарковался на ответвлении подъездной аллеи, у боковой стены особняка. От его тыльной стены к нам направлялся высокий мужчина. Он махнул рукой и, приблизившись к машине, сказал:
— Привет, Эмметт. Мы уже заждались.
Я выбрался из-за руля и обошел машину, пока Дэйн объяснял:
— Случилась небольшая задержка. Сейчас все расскажу. Клайд, это Шелл Скотт.
Барон повернулся и протянул мне руку:
— Как поживаете, мистер Скотт? Рад, что вы с нами.
Лет сорока пяти, с тщательно причесанными, чуть поседевшими волосами, красивый мужчина с правильными, слегка мясистыми чертами лица и голубыми глазами. Широкоплечий, но немного полноватый.
— Лилит в доме? — спросил Дэйн.
— За домом, у бассейна, приготовила стол с сандвичами. — Он ухмыльнулся. — Не очень-то они аппетитны. Лилит не научилась готовить, и даже сандвичи у нее не получаются. Зато есть пиво.
По дороге, когда мы шли к тыльной стороне особняка, Барон сказал мне:
— У бассейна мы можем расслабиться. Несмотря на все свое богатство, Лилит ведет себя отнюдь не формально.
И тут я узрел Лилит.
— Эм, черт, почему ты меня не предупредил?
Глава 4
Не знаю уж почему, но у меня сложился некий образ мисс Мэннинг, а мое предвзятое мнение о ней сыграло со мной злую шутку. Я знал, что она жутко богата, воспитана в частных школах, не любит Сиклифф и, значит, «слишком хороша» для городка. Словом, я представлял ее эдакой солидной сорокалетней дамой с тяжелым клинообразным лицом-колуном.
И я оказался не прав. Ей предстояло прожить еще лет пятнадцать до возраста, который я ей положил, а лицо ее отнюдь не походило на страшный колун. В первую очередь, мне бросилось в глаза, как ее обтягивает купальник и как обольстительно он выпячивает кое-что. Высокая блондинка, примерно пяти футов восьми дюймов ростом, с чудесно скомпонованными плотью и костями так, что чудилось, будто костей нет вовсе — тела лучше быть не может!
Она выбралась из бассейна и расслабленно ожидала нас, положив руки на бедра.
Когда мы приблизились, она произнесла:
— Привет, Эмметт! — Потом перевела свои ясные голубые глаза на меня: — Вы, должно быть, Шелл Скотт?
— Привет! Ага. Как поживаете? — залепетал я.
— Я знала, что Эмметт пригласил сыщика, — проговорила она приятным грудным голосом, — но, боюсь, была предубеждена против вас. Почему-то я представляла себе эдакого маленького человечка, который посыпает все вокруг порошком, ищет отпечатки пальцев, крадется тенью за людьми, надвинув шляпу на брови. Знаете ли, иными словами уцененный Шерлок Холмс. — Она улыбнулась. — Уж точно не думала, что вы такой большой.
— Если откровенно, мисс Мэннинг, я тоже не ожидал... э... ну... в общем, вы превзошли мои ожидания.
— Не желаете ли сандвич? — спросила она.
— Лилит, — встрял Барон, — у тебя паршивые сандвичи.
— Я с удовольствием съем сандвич, — ответил я.
Она рассмеялась, да и Барон хохотнул и сказал:
— Помните, я вас предупредил.
Мы все последовали за ней к маленькому столику рядом с бассейном и перекусили. Сандвичи были ужасны, но я мужественно съел целых четыре.
Пока мы их поглощали и запивали пивом, Дэйн рассказал о случившемся в его доме.
— Буду искренен, — вмешался Барон. — Меня они пугают. Не нравится мне общаться с людьми, которые размахивают «пушками». — Он повернулся ко мне. — Естественно, я не имею в виду вас, мистер Скотт. Очень рад, что вы на нашей стороне. Я говорю о тех, других. Разговаривавший со мной парень вел себя весьма воинственно, я и представить себе такого не мог. — Он сделал паузу. — Какая-то фантастика! Не понимаю, как у нас может происходить подобное?
— Как я и говорил Шеллу, Клайд, — заговорил Дэйн, — в городе пока не понимают, что происходит. До сих пор речь шла о серии изолированных сделок. Едва ли кто слышал о «Сиклиффской компании развития», кроме тех, кому были сделаны предложения о продаже участков. Но и они не знают о других сделках и что за ними стоит.
— Боюсь, и я не понимаю, что там за всем этим? — признался Барон.
Дэйн привез свою карту и разложил ее так, чтобы Барон и Лилит увидели общую картину.
— Я отметил усадьбы, проданные в последнее время, — те, о которых я знаю. Почти все они расположены на берегу, поблизости от делового центра, а некоторые в самом центре. Береговые участки по обе стороны города оценены сегодня около двух миллионов долларов, а может, больше. Более половины из них принадлежит вам, Лилит, и мне. Помните, пару лет назад некоторые из нас, владельцев, попытались приспособить участки для коммерческих целей? И как нам грубо отказали?
Я заметил, что Барон чуть не выронил вставленные челюсти — так он был напуган, а Лилит открыла рот от изумления.
— В чем дело-то? — спросил я.
Дэйн посмотрел на меня и вновь заговорил:
— У меня не было времени объяснить тебе, Шелл. Как прекрасно понимают Барон и Лилит, если прибрежные участки превратить в доходные кварталы, их цена сразу же подскочит вдвое, а то и впятеро.
— Ты хочешь сказать, что они будут стоить уже не два, а, к примеру, восемь миллионов? — спросил я.
— Вполне возможно. Теперь ты сам видишь, почему банда «Сико» жаждет заполучить здесь землю.
— Ага, причина — в нескольких миллионах, — подтвердил я.
Барон подключился к разговору:
— Идея коммерциализации вполне правдоподобна, Эмметт, должен признать. — Он криво усмехнулся. — Если превратить побережье в доходные кварталы, землевладельцы получат колоссальные сверхприбыли. Тем более нам следует удержать наши владения.
— Разумеется, — согласился Дэйн. — Однако не это главное. Мы не можем позволить гангстерам отобрать силой наши владения. Даже если мы лично извлечем из этого выгоду, ее ненадолго хватит. Вы прекрасно знаете, что у нас не будет ни малейшего шанса переиграть преступный синдикат. Если только мы позволим им окопаться, укрепиться. Мы должны — если удастся — остановить их сейчас, пока они еще слабы.
Барон кивнул, и Дэйн продолжил:
— У тебя, Клайд, больше возможностей проверить идею коммерциализации. Ты хорошо знаешь мэра и шефа полиции и пользуешься большим, чем я, влиянием. Вместе с Лилит ты можешь развернуть широкое расследование.
— Верно, — откликнулся Барон. — Сегодня же постараюсь разузнать все, что можно. — Он взглянул на Лилит. — Вы знаете, где зарыты некоторые из тел, Лилит. Поможете мне откопать их?
— С радостью.
Однако, судя по ее виду, ее не очень-то привлекала мысль о том, что ей придется прилагать усилия. В самом деле, что там для нее какой-то миллион долларов? Она взглянула на меня с легкой усмешкой:
— А вы, мистер Скотт, почему так мрачно молчите? Что скажете?
— Все это не совсем по моей линии. Я ведь думаю как сыщик. — Я взглянул на Барона. — Что за копы в вашем городе? Каков ваш мэр? Любая банда, пытающаяся проникнуть в город, захватить его, нуждается в местной поддержке, в чьей-то протекции.
Барон задумчиво потер подбородок:
— Тут я мало чем помогу. Я хорошо знаю шефа полиции Турмонда и могу поручиться за него. Может, он и не идеальный полицейский, но, во всяком случае, он абсолютно честен. Если бы он знал о жульничестве и коррупции, то искоренил бы их. Однако я плохо знаю других офицеров.
— Ну что ж, я разнюхаю в округе, что смогу, — сказал я. — И повидаю этого Джима Норриса. Вы что-нибудь знаете о нем?
Лилит отрицательно покачала головой, а Барон заметил:
— Только то, что он связан с отвратительными типами, возможно преступниками. Слышал, что некоторые его партнеры по коктейль-бару «У Бродяги» с уголовным прошлым.
Мы беседовали еще минут пятнадцать, то взвинчивая себя, то настраивая на энтузиазм и надежды. Действительно, исходя из того, что мы знали, мы прикидывали, что нам будет нетрудно положить конец происходящим неприятностям. Жульничество было столь очевидно, что казалось вполне возможным упрятать всех мазуриков за решетку. Что ж, и я могу ошибаться.
Наконец мы все встали и направились в сторону моего «кадиллака». Мы с Лилит шли сзади, она положила руку на мое плечо и, когда Барон и Дэйн приблизились к машине, просто сказала:
— Сожалею, что мы встретились при таких неблагоприятных обстоятельствах, мистер Скотт, но очень рада нашему знакомству. Надеюсь, в следующую нашу встречу происходящее будет менее гнетущим.
— И я надеюсь, что мы еще пообщаемся.
— Странная фраза. Я имею в виду это «пообщаемся». Мы говорим столько вещей, которые не подразумевают буквально ничего, не правда ли?
1 2 3 4 5 6 7 8 9 10 11 12 13 14 15 16 17 18 19 20 21 22 23 24 25 26

загрузка...