ТВОРЧЕСТВО

ПОЗНАНИЕ


А  Б  В  Г  Д  Е  Ж  З  И  Й  К  Л  М  Н  О  П  Р  С  Т  У  Ф  Х  Ц  Ч  Ш  Щ  Э  Ю  Я  AZ

 

VadikV


41
Сергей Анисимов: «Вариан
т «Бис»»


Сергей Анисимов
Вариант «Бис»






Аннотация

Итак. Год 1944-й. Советские войска п
обедно вступают в Западную Европу Ц и движутся к Брюсселю.
Вам кажется, что все было НЕ СОВСЕМ ТАК?
Вы, конечно, правы!
Но Ц вы когда-нибудь задумывались, ЧТО БЫЛО БЫ, если бы все вышло ИМЕННО Т
АК?...


Сергей Анисимов
Вариант «Бис»

Моей Наташе


Автор выражает глубокую благ
одарность участникам военно-исторических Интернет-форумов «ВИФ-2НЕ» и
«WWII-L».

Пионер рискованных реконст
рукций

Сразу оговорюсь: с историей в целом и с военной историей в частности я зна
ком довольно поверхностно. Поэтому садился читать роман Сергея Анисимо
ва «Вариант „Бис“» с определенным скепсисом в душе. Ожидалось нечто врод
е опусов Суворова-Резуна, но, в отличие от творений перековавшегося кагэ
бэшника, не притворяющееся правдой.
Действительность превзошла все ожидания. Невзирая на то, что роман изоби
лует техническими и историческими подробностями, читался он на едином д
ыхании. Странно: собственно художественная часть занимает едва ли пятую
часть текста, а вот поди ж ты! Оказывается, что исторические факты можно пр
еподносить «в режиме школьного учебника», и это не будет невыразимой ску
кой, каковой полнились учебники истории в 70-е и 80-е годы прошлого века. Напр
отив! В головокружительную картину альтернативной Второй мировой войн
ы погружаешься с головой, но не вязнешь, как в болоте, в перечислении воинс
ких частей и моделей боевого оружия, а стремглав несешься по сюжету, сопе
реживая героям и замирая в ожидании событий.
А события грандиозны. Осень сорок четвертого по Анисимову вышла удивите
льно непохожей на реальность. Не стану раскрывать замысел автора раньше
времени Ц прочтете сами. Скажу лишь, что Анисимову удалось сплавить в ед
иное целое альтернативную историческую реконструкцию, технотриллер и
подлинно художественное произведения о судьбах многих людей в условия
х безжалостной мясорубки, устроенной лидерами тоталитарных держав в ко
мпании с лидерами так называемых демократических государств. Анисимов
почти не рассуждает о ценностях человеческой жизни Ц он просто показыв
ает, насколько низко чужие жизни ценились в то время, а выводы предоставл
яет делать читателю. Холодно и отстраненно он рисует картины боев, где во
семнадцатилетние юноши и девушки идут в самое пекло, чтобы чаще всего сг
инуть без следа. Где двадцатипятилетние считаются ветеранами. Где разме
нной монетой генералам и маршалам служат целые армии.
Но как-то незаметно сживаешься с этим миром и начинаешь остро сопережив
ать и советским морякам, и танкистам-артиллеристам Ц всем, чьи судьбы пу
нктиром проходят через роман.
В чем-то роман Сергея Анисимова близок по духу произведениям Василия Зв
ягинцева или, скажем, «Реке Хронос» Кира Булычева. Но в «Варианте „Бис“» г
ораздо больший упор сделан не столько на художественную часть, сколько н
а техническую и военно-стратегическую. Тем не менее сам литературный те
кст от этого вовсе не проигрывает. Наоборот, автор дерзнул ворваться в по
ка еще малоосвоенную область фантастики, где грань между правдой и вымыс
лом настолько тонка и размыта, что речь о каких-либо однозначных выводах
и суждениях просто не идет.
Пионерам всегда труднее всех. Но зато их запоминают навеки. Я не очень уди
влюсь, если лет через пятьдесят имя Сергея Анисимова и его роман «Вариан
т „Бис“» будет знать каждый школьник. (При условии, разумеется, что какой-
нибудь умник от образования не включит роман в обязательную школьную пр
ограмму Ц тогда Сергей Анисимов среди школьников будет известен замет
но хуже.)
И напоследок замечу, уважаемые читатели, я вам по-хорошему завидую! Сейча
с вы прочтете «Вариант „Бис“» ВПЕРВЫЕ. Мне этого, увы, уже не дано...
Владимир Васильев,
совершенно искренне аплодирующий автору «Варианта „Бис“» и воскл
ицающий: «Браво, Сергей!»

Конечно, вовсе не каждый русский солдат был убийцей или насильнико
м: просто большинство из них.
Из выступления д-ра Вильяма Пиерса, США, март 1998 года

Узел 1
Июнь-июль 1944 г.

События, развивавшиеся в распадающейся на части Европе, долгое время ни
у кого не ассоциировались с чем-то действительно значительным. Почти до
самого начала этого грандиозного поворота ни один аналитик ни одной из в
оюющих сторон не сумел его предугадать. Позже сам поворот стали называть
«Большой Попыткой» Ц кстати, это название придумал американец, причем
штатский. В советских военных кругах его еще долго называли нейтральным
словом «Вариант» Ц термином, ни к чему не обязывающим и не вызывающим по
бочных ассоциаций.
Факты были. Их было, наверное, даже слишком много, чтобы оставить равнодуш
ными профессиональных прогнозистов, Ц но ни у кого они так и не сложилис
ь в единое целое. Все мы бываем догадливы задним числом, но до определенно
го момента вполне ясное, казалось бы, направление развития событий никог
о не волновало. Чрезвычайно важная военная информация, которая могла бы
привлечь к себе внимание специалистов, просто не была интерпретирована
должным образом Ц если уж выражаться совсем напыщенной терминологией.


В июне сорок четвертого года на аэродром, где базировался 159-й истребител
ьный авиаполк, пришел запечатанный пакет на имя полковника Покрышева Ц
один из многих за день и не сопровождавшийся какими-то из ряда вон выходя
щими мерами секретности или чем-то подобным. Однако, содержание пакета, в
скрытого в течение уставных сорока пяти минут, заставило полковника выр
угаться столь грубо, что даже привыкший к далеко не нежным выражениям де
журный удивленно поднял голову. Командир полка, хромая, выскочил из штаб
ного домика с пробитой осколками крышей, запрыгнул в ожидающий его «додж
», который в полку по привычке называли «трофейным», и помчался на летное
поле, куда один за другим садились «Лавочкины» возвращающейся с задания
эскадрильи. «Додж» был, разумеется, американским, но наглый старшина аэр
одромного батальона еще осенью угнал его у остановившейся неподалеку т
анковой части, и за два часа, прошедших до прибытия разгневанного майора-
танкиста, машину успели перекрасить, намалевать на борту взятый с потолк
а номер, обсыпать пылью и прострелить борт из пистолета Ц придав новень
кому транспортному средству донельзя заслуженный вид. В общем, все получ
илось шито-крыто, и «додж» с тех пор верой и правдой служил самому Покрыше
ву, с чистым сердцем экспроприировавшему его у автороты.
Когда полковник подрулил к зоне рассредоточения, разгоряченные боем ле
тчики уже покинули свои машины и теперь собирались в кучку, обмениваясь
куревом. Подбегающего полковника приветствовали усталыми взмахами рук
Ц после третьего за день вылета сил на хотя бы формальную субординацию
не оставалось совсем.
Ц Ну как? Ц командир ходил в утренний вылет со всеми, но с тех пор обстано
вка успела смениться тридцать три раза, и информация из первых рук не мог
ла быть заменена никаким радио.
Ц А-а... Ц высокий капитан с небритым лицом и запавшими глазами безнадеж
но махнул рукой. Ц Все так же. Клубок.
Фронт находился в подвешенном состоянии Ц ни оборона, ни наступление, д
раться благодаря летней погоде приходилось иногда по четыре раза в день
, и в полную силу. Основная нота в настроении летчиков была: «До каких же по
р, блин!»
Ц Семенова завалили на вираже, я того типа видел. Ни шеврона, ни змейки вр
оде нет, а на хвосте ма-а-ленькая такая зеленая розеточка,
Выдающиеся германские асы
Второй мировой войны обычно обозначали воздушные победы на вертикальн
ом оперении своих истребителей. Находящаяся там небольшого размера роз
етка из зеленых листьев могла заключать «круглую» цифру Ц от пятидесят
и до двухсот пятидесяти и нередко являлась единственным отличительным
признаком крупного аса.
понимаешь?
Ц Что, и розеточку разглядел?
Ц Ну! Я вот на столько его не задел, морду, так переворотом ведь ушел...
Ц Думаешь, опять «желтый» перекрасился? Ц Покрышев невесело усмехнул
ся. Пресловутый «Девятнадцатый Желтый» был, в свое время, бичом Ленингра
дского фронта и приобрел в фольклоре свойства уже почти легендарные
Германский и
стребитель с таким прозвищем действительно действовал в районе Ленинг
рада. После длительной охоты он был сбит, попал в плен и впоследствии служ
ил в ВВС Германской Демократической Республики.
.
Ц А черт его знает... Мог, по идее. Коля вон зато одного ущучил.
Ц Молоток! Ц полковник хлопнул по плечу молодого смущенного парня в ле
йтенантских погонах. Ц Растешь постепенно!
Небритый комэск глубоко затянулся и, плюнув на окурок, бросил его себе по
д ноги.
Ц Так что, командир, нас теперь семеро, да Груня безлошадный ходит. Еще па
ра дней и крантец, становись на профилактику.
Ц А отошли-ка, Петя, поговорим в сторонке... Ц полковник цепко ухватил ег
о за рукав и потянул к своей машине.
Пройдя отделяющие от нее метры и достав по еще одной папиросе, оба разом о
становились, закуривая.
Ц Меня отзывают, Ц просто сказал Покрышев. Ц «В распоряжение штаба ар
мии», мать его... Самое время.
Капитан изумленно посмотрел на него, не нашел что сделать и еще раз сплюн
ул.
Ц Вызывают или все-таки отзывают? Ц наконец переспросил он. Ц Ты увере
н?
Ц Да какое там... Ц Покрышев махнул почти с той же интонацией в жесте, что
и сам комэск две минуты назад. Ц Оставляю тебе полк, пока не утвердят, пот
ом видно будет.
Ц Нет, ну может на дивизию?
Ц Может и так, Ц полковник наклонил голову, словно прислушиваясь к себе
. Ц Да только на нашей первым сезоном командир, так что куда меня дернут
Ц одному богу известно...
Ц Ты, я да ребята Ц мы же всегда вместе... Куда же ты без нас?.. Ц в голосе кап
итана впервые появилась растерянность. Ц Может, можно что-нибудь сдела
ть?..
Ц Брось, Петя, не мальчик. Если сказано... Ц Покрышев глубоко затянулся, п
рищурившись, Ц ...значит, сделано. Пошли.
Он завел автомобиль, рывком подрулил к группе ожидающих летчиков, которы
е один за другим попрыгали на заднее сиденье и раму запасного колеса, и по
гнал по короткой дороге к штабному домику.
За полтора года войны когда-то красивый сельский район провинциального
польского воеводства превратился в развороченную всеми видами оружия
«пересеченную местность», и здешние грунтовки были далеки от идеальног
о состояния. Подъехав к штабу, Покрышев резко затормозил, так что сидящих
и висящих летчиков мотнуло вперед. Ни один человек, однако, не ругнулся. По
лицу командира они понимали, что произошло что-то серьезное.
Часа через два слух об уходе командира распространился по эскадрильям. К
омандирский механик ругался на то и дело подбегавших за новостями безде
льников, отвлекающих его от подготовки «Лавочкина» «бортовой тридцать
три» к вылету, Ц хотя уже стало известно, что Покрышев улетит только завт
ра. Полковник в это время сидел в штабе с офицерами, составлявшими костяк
полка, и мрачно «сдавал дела». Большой бюрократии в полку не было, боевые л
етчики пренебрегали крючкотворством, пока была такая возможность, и сда
ча прошла быстро и формально. В страдную пору, как сейчас, в полку исчезали
флаг-штурман, зам по боевой подготовке и прочие должности мирного време
ни. При составе эскадрилий в семь-восемь машин номинально они как бы сохр
анялись, но на расписание вылетов не влияли.
1 2 3 4 5 6 7 8 9 10 11 12 13 14 15 16 17 18 19 20 21 22 23 24 25 26 27 28 29 30 31 32 33 34 35 36 37 38 39 40 41 42 43 44 45 46 47 48 49 50 51 52 53 54 55 56 57 58 59 60 61 62 63 64 65 66 67 68 69 70 71 72 73 74 75 76 77 78 79 80 81 82 83 84 85 86 87 88 89 90 91 92 93 94 95 96 97 98 99 100 101

загрузка...