ТВОРЧЕСТВО

ПОЗНАНИЕ


А  Б  В  Г  Д  Е  Ж  З  И  Й  К  Л  М  Н  О  П  Р  С  Т  У  Ф  Х  Ц  Ч  Ш  Щ  Э  Ю  Я  AZ

 

Про умершего
на берегу моряка сказали бы «went to Fiddler's Green» («отправился на морские небеса») Ана
логичное выражение в русском военном сленге первой половины XX века Ц «в
ведомство генерала Духонина» или «в штаб Духонина», в американском Ц «
к толстяку Сэму» (т. е. к гробовщику).
.
Ц Что? А Пэйдж?
Ц Спекся В а
нглийском армейском сленге выражение «Used Up» («выдохся, спекся») (имеет боле
е кардинальный оттенок, чем в русском, и фактически означает «убит». Это, о
днако, нехарактерно для моряка. Употребление одним и тем же человеком и а
рмейского, и морского сленга может быть объяснено общей системой подгот
овки в Британии летчиков для армейских и морских ВВС (RAF и FAA).
, Ц голос майора приобрел меланхоличный оттенок, что на фоне прежн
ей бесцветности было большим прогрессом.
Ц Лейтенанты? Дэррил Алленби?
Ц Лишился места в кают-компании
Lost the number of his mess Ц убит (сленг Королевского флота), а
рмеец сказал бы «Out of Mess».
. Я сам видел.
Ц Уотсон?
Ц Бролли-хоп
Brolly-hop Ц прыжок с парашютом (сленг Королевских ВВС).
. Не повезло парню.
Ц Кромвелл, Пилкингтон, Фелпс, кто-нибудь?
Ц Все ушли на закат
Went West Ц «отправился на запад» (или «на закат») Ц убит; это выражение
считается «поэтическим», хотя произошло из криминальной среды и имело с
мысл «повешен».
. Видел, как Джилмор в конце пытался приводниться. Стал землевладель
цем Became a landowner Ц у
мер и похоронен.
.
Ц Дьявол... Черт его... Бедные ребята. Кто-нибудь еще?
Ц Фитцпатрик. Видел, как он падал. Джерри кончили его в конце концов.
Ц Они не джерри, Аллан!!! Ц голос сорвался на крик. Ц Это не джерри! Это че
ртовы Иваны!!! Как это могло быть?!
Ц Я не знаю, как это могло быть. Поверь мне, мы сделали все возможное, Ц ин
тонации выжившего снова стали ровными и спокойными. Ц Но от моей эскадр
ильи остались три человека. Три. И я, старый пес. И я не знаю, кто еще из моих р
ебят плавает в пробковом жилете, дожидаясь помощи, которая не придет. Ты в
идел нас в деле... Какой была эскадрилья, что мы могли... Нас разорвали на час
ти.
Он с болью посмотрел в лицо командиру своей авиагруппы.
Ц Они просто оказались лучше, вот и все. Как на «Индефатигейбл», кто там у
целел? Я видел, несколько «сифайров» отходили с боем...
Ц Не знаю пока. Надо запросить их. Латунные шляпы
Brass hats Ц полупрезрительное н
аименование штабных офицеров и вообще генералитета.
пока даже нами не поинтересовались.
Ц Может, ждут, что еще кто-то сядет?
Ц Я тоже жду...
Они, не сговариваясь, посмотрели в сторону севера, куда продолжали идти о
ба корабля.
Ц А ведь это все... Ц вдруг произнес командир. Ц Русские прорвались, и вт
орой волны не будет. И второго Ян-Майена тоже...
Ц Надо разворачиваться и уходить.
Ц Да, и послать пару эсминцев в тот район...
Ц Адмирал не позволит. Да и смысла особого уже нет.
Ц Верно...
Оба помолчали. Остальные летчики, издалека прислушивающиеся к разговор
у, никак не проявили свое отношение к происходящему. Да и вообще близкий р
азговор с командиром не был обычной нормой для британцев, особенно из са
мой Метрополии. В таком духе их воспитывали годами.

Советских людей тоже воспитывали, но война у них была несколько иная, чем
у англичан, американцев или немцев. Больше всего советский стиль ведения
войны напоминал японский. Жизнь человека не стоила почти ничего. Огорче
ние генералов по поводу гибели солдат было вполне искренним Ц но почти
всегда из-за того, что теперь нужно перевозить, вооружать и обучать новых
. Редкие исключения были любимы солдатами, но большинству было все равно.

К середине дня 25 ноября погода над Европой оставалась все такой же беспро
светно мрачной, и авиация была прикована к земле. Самоходные орудия майо
ра Китаева начали движение только в час дня, когда вернулась конная разв
едка дивизии. Гнедой конь гарцевал под веселым скуластым парнишкой лет д
евятнадцати, который поигрывал ножнами шашки, разглядывая остатки полк
а.
Ц Эй! Пластун! Ходь суды!
Командир второй батареи высунулся из верхнего люка почти по пояс, цепко
держась руками «на крокодиле» и балансируя на раскачивающемся краю. Раз
ведчик толкнул коня пятками, и тот в два удара копыт поравнялся с его маши
ной. Красивая коняшка. И к лязгу привычная. «Купыли хлопцу коныка...»
Ц Чего надо?
На парне распахнулся как бы невзначай не застегнутый кожух, блеснув из н
утра серебром и эмалью.
Ц Курить будешь?
Борис оперся задницей на кромку люка и одной рукой вытащил из нагрудного
кармана початую пачку «Мотора», метнул коннику. Тот, дернув коня вбок, лов
ко поймал ее в воздухе. Сам Борис накурился, пока ждали приказа, да и не буд
ешь же курить в люке. Муса висел совсем рядом, вцепившись в скобу обеими сц
епленными в «замок» руками, нагруженный подсумками, запасными дисками к
автомату, ножами, флягами: все это хозяйство бренькало о броню, переклика
ясь с таким же хозяйством остальных десантников. Разведчик издал призыв
ный свист, помахал в воздухе пачкой. Комбат ответил ему понятным всем кур
ильщикам жестом: «Оставь себе». Командир батареи... Из себя и Леньки. Курев
о почему-то продолжали присылать на убитых, что-то там нашалили в ведомос
ти, и его оказалось куда больше, чем ртов. Да и папиросы были хреновые.
Полк прошел по разбитой в усмерть дороге километров пять, когда к ней при
мкнула еще одна Ц прямо перед остатками сгоревшего домика, обозначающе
го переезд через ведущую из ниоткуда в никуда железнодорожную ветку. Тро
нутая ржавчиной колея уходила в даль светлую, никому не нужная, поскольк
у на одном ее конце сидели наши, на другом «не наши», а посередине кто толь
ко не лежал. По примкнувшей дороге продвигалась немаленькая колонна сов
етских танков, изредка разбавленных самоходными «браунингами» с конус
ообразными насадками на кончиках тонких зенитных стволов. Немало брони
Ц а он вообще-то думал, что почти никого и не осталось. Столько горелых ви
дел за это время, столько побитых... Вроде бы всего одна танковая армия на ф
ронте была, и ее за первые дни съели...
Самоходка командира полка остановилась перед трехрогим перекрестком.
За ней, держа дистанцию, встали остальные четыре машины. Танки ходко грох
отали мимо, выбрасывая густой дизельный дым, тоже облепленные десантом.
Очень хорошо. Сплошь «тридцатьчетверки», железная кавалерия. На борту од
ной он увидел надпись: «Памяти Героя Советского Союза гв. капитана Колес
ина», на следующей за ней полустертое «На Берлин!» было жирно зачеркнуто
и поверх размашисто написано «На Брюссель!». Веселая часть. И, похоже, дост
аточно полнокровная. Впрочем, полнокровная для бригады Ц а если это вес
ь корпус, то тогда совсем нет.
Батя, рванув с места, пристроился между замыкающим танком и короткой кол
онной буксируемых ЗИСов
ЗИС-2 Ц 57-миллиметровая противотанковая пушка.
. Танкист, обернувшись, замахал кулаком, разевая рот Ц неслышно за л
язганьем и ревом дизелей. Ругается, наверное. А зря, между прочим, их полк
Ц это сейчас всего пять машин, а график движения у всех имеется. И регулир
овщика на перекрестке нет, значит, все по-честному. Да и если это бригада, т
о своя батарея им по штату не положена, приданная, видимо.
Ц Эй, мухгейер
Идущий сзади (иврит), также «стоящий на стреме» (арго).
! Ц в шлемофоне рявкнуло голосом командира. Ц Не лови ворон, держи
место!
Они один за другим перевалили через железнодорожную колею: бетонную зал
ивку давно раскрошило, и траками рельсы вдавило в мерзлый грунт почти за
подлицо, «сушку» едва качнуло на невысокой насыпи. За танками они держал
ись минут десять, потом встали, снова в каком-то лесочке, красивом и тихом
Ц только стволы елок ободраны осколками и залиты оплывающей темной смо
лой. К командирской машине подбежал кто-то из офицеров-танкистов, и через
несколько секунд майор, свистнув Борису и показав жестом, чтобы глядел в
оба, пока его нет, побежал за офицером вперед, к танкам. Поворот дороги скр
ывал выход из леса, но впереди светлело, да и по карте комбат-два знал, что з
а ним должна быть равнина с очередным фольварком. Пастораль!
Майор вернулся через пять минут, распаренный бегом.
Ц Боря, быстро. Впереди панцеры и, похоже, эсэсы. Сейчас по фольварку и опу
шке вдарят «Катюшами», и мы на полной скорости попытаемся пройти через п
оле. Задача Ц взять подходы к просеке через следующий лес, километра два
отсюда, продавить ее и оседлать шоссе Оснабрюк-Белефельд. Дело туго, немц
ы прорываются навстречу Паттону, и эсэсы, похоже, у них на острие. Прочувст
вовал?
Ц Да уж...
Ц А ты? Ц майор обернулся к пехотинцу-татарину, разминавшему ноги на кр
ыле машины. Тот ничего не ответил, только кивнул, и он снова повернулся к Б
орису.
Ц Ты мой заместитель, после тебя Антонов. Сейчас уже начнется.
В подтверждение его слов над головами с суровым, мужского оттенка визгом
прошли ракетные снаряды, выпущенные какой-то оставшейся позади батарее
й. Потом еще. Майор запрыгнул на крышу своей машины, махнул Борису рукой и
захлопнул за собой люк. Мотор самоходки взвыл, и вся масса бронированных
машин устремилась вперед почти одновременно, растекаясь из устья дорог
и по промерзшей пустоши, чуть выгибающейся посередине легким горбом. Дал
еко впереди опадали столбы снарядных разрывов, фольварк справа горел, ка
к ему и было положено Ц сразу весь. Полдюжины амбаров, каких-то сараев, ку
хонек, пристроек, добротный дом, полыхающий рыжим пламенем. Плохо быть хо
зяином в том месте, где идет война. Сбежал, может Ц хотя куда? Сто километр
ов западнее уже Голландия, то-то его там ждут...
Танковая бригада развернулась широким фронтом, за которым потерялись н
емногочисленные самоходки остатков полка. Гвардейцы шли на максимальн
ой скорости, четко удерживая строй, не стреляя. Майор поставил пять их СУ ч
уть позади командирской «тридцатьчетверки», сформировавшей вместе с н
ими и штабным взводом что-то вроде подвижного резерва. Радио успели наст
роить на бригадную волну, и было слышно, как перекликаются командиры рот,
вытягивая своих в прорезающую равнину струну танковой лавы.
Ветер свистел в ушах. Борис не закрыл люк, чтобы лучше видеть окружающее, и
ледяной воздух пробирался в подшлемник, обжигая истекающую потом шею. Б
ригада успела развернуться почти полностью, когда за рыже-черной пустош
ью, на краю дальнего леса замигали вспышки выстрелов и разрывы кучно про
резали строй танков, выбивая бронированные машины, как выбивает кавалер
истов из седла широко прошедшаяся по строю пулеметная очередь. Из леса в
ырывались черные коробки танков, устремившихся навстречу лаве, и наши та
нки еще больше прибавили ходу, стреляя на ходу и стремясь поскорее сблиз
иться с врагом. Гвардейцы потому и назывались гвардейцами: они перли впе
ред, не обращая внимания на потери, десант кубарем сыпался с танков, котор
ые не могли сбросить ход ни на километр скорости.
Ц Леня, слышишь меня? Ц Борис, с трудом удерживая микрофон и ежесекундн
о ударяясь о края раскачивающегося купола, оскалил зубы по-волчьи, чувст
вуя, что другого боя у них уже не будет.
Ц Слышу, брат.
Он не называл его так ни разу с тех пор, как пришел в часть. Или по имени, или
по званию.
Ц Ленька, это последний наш... Если повезет, то... Ц Он не знал, как закончит
ь фразу, просто сказал: «Держись» и отключился.
Стреляя друг в друга, оба танковых строя столкнулись на середине поля, вр
езавшись один в другого сквозными зубьями, как деревенская драка стенка
на стенку. Борис выбрал громадный, выкрашенный черным танк, и они успели в
ыстрелить по нему раза два или три, пока «Двести двадцать вторая» вместе
со всеми остальными не вонзилась в карусель танкового ближнего боя.
1 2 3 4 5 6 7 8 9 10 11 12 13 14 15 16 17 18 19 20 21 22 23 24 25 26 27 28 29 30 31 32 33 34 35 36 37 38 39 40 41 42 43 44 45 46 47 48 49 50 51 52 53 54 55 56 57 58 59 60 61 62 63 64 65 66 67 68 69 70 71 72 73 74 75 76 77 78 79 80 81 82 83 84 85 86 87 88 89 90 91 92 93 94 95 96 97 98 99 100 101

загрузка...