ТВОРЧЕСТВО

ПОЗНАНИЕ


А  Б  В  Г  Д  Е  Ж  З  И  Й  К  Л  М  Н  О  П  Р  С  Т  У  Ф  Х  Ц  Ч  Ш  Щ  Э  Ю  Я  AZ

 

Некоторые оставались на глубине больше часа!
Узнал Гук и зачем выходили в море на лодках со связками верёвок и острыми гарпунами непонятные люди. Они сначала ранили, а потом убивали кашалотов. В жестокой борьбе изматывали силы этих гигантов океана и оттаскивали их к берегу. Это внушало дельфину чувство отвращения и страха. Он старался понять, как такие маленькие существа одолевают гигантов, не имеющих себе равных по силе в море.
Вскоре Гук отлично разбирался в тонкостях охоты на кашалотов. Вот гарпунёр на носу лодки застывает с поднятым гарпуном, а гребцы изо всех сил начинают грести туда, где должен вынырнуть кашалот, которому припасён этот ужасный острый гарпун. Он не мог объяснить кашалотам, что отсюда надо уходить подальше, не хватало понятных для них слов, да и не хотели они разговаривать с какой-то мелюзгой. Гук пробовал научиться их языку: это оказалось ему не под силу. И Гук решил покинуть эти кровавые места, тем более что здесь появилось множество акул, пожирающих остатки убитых китов.
Это случилось в один из последних дней пребывания Гука у острова Фаял. Рано утром, наевшись рыбы и нежась в спокойном океане, Гук издалека заметил китобойную шлюпку с гарпунёром впереди. Это была та самая шлюпка, которая впервые познакомила Гука с острым гарпуном. Не обгоняя и не отставая от неё, Гук внимательно наблюдал за происходящим. Как и тогда, шлюпка была полна связок верёвок и поплавков. Как и тогда, в шлюпке находились четыре человека, и тот, которого звали Родригесом, внимательно осматривал горизонт в видавший виды бинокль.
- Моби Дик! Белый Кашалот! - вдруг подпрыгнул от волнения Родригес. - Ставлю бочку лучшего прошлогоднего вина, если мы на этот раз не почешем ему спину нашим гарпунам. Вперёд!
- Слушай, Родригес, может, не будем трогать Моби Дика? - немедленно отозвался Санчес. - Мало, что ли, других кашалотов вокруг! Пускай себе плавает Белый Кашалот!
- Пока я гарпунёр, я распоряжаюсь на шлюпке! - вспылил Родригес. - Будете делать, что я требую! Вперёд!
Гук слышал всю эту перепалку, но понял только одно страшное слово «Вперёд!», которое всегда произносилось на шлюпках перед броском гарпуна. То, что произошло дальше, не раз приходилось потом вспоминать Гуку во всех подробностях.
Желая предупредить кита об опасности, Гук начал посылать тревожные сигналы, понятные всем разумным существам. «Тревога! Опасность! Тревога! Опасность!» - неслись щелчки, перемежающиеся с треском.
Гук поворачивал голову из стороны в сторону, напрягал и расслаблял мягкий выступ на голове впереди черепа, и звуки неслись то широким веером, то узким пучком, пронизывая воду далеко впереди. Но, вероятно, кашалотов впереди не было: никто, не откликался, да и локатор, который Гук включал время от времени, не показывал впереди ничего крупного.
- Стой! - раздался голос Родригеса на шлюпке. - Спаси нас, пресвятая Мария!
Застывшие на своих местах рыбаки увидели в прозрачной глубине моря сбоку от шлюпки беловатое огромное пятно, поднимавшееся к поверхности. Гук раньше людей обнаружил огромного кашалота. Моби Дик - а это был именно он, тот самый огромный белый самец-кашалот, - не обращал внимания на тревожные сигналы дельфина и медленно поднимался к поверхности, где его поджидал Родригес с гарпуном наперевес.
Размышлять было некогда. Закон предков, требующий выручать друга всегда и везде, сработал независимо от его сознания. Бешено заработал Гук хвостом. Никогда ещё он не мчался с такой скоростью. Пронырнуть под лодкой и выскочить на поверхность прямо перед остолбеневшим Родригесом было делом нескольких секунд.
- А-а-а! - застонал Родригес от ярости. - Тот же проклятый дельфин! Я его насквозь прошью гарпуном и убью вместе с Моби Диком!
Педро и Санчес в ужасе привстали, но бешеный взгляд Родригеса бросил их обратно на скамьи. И в тот самый момент, когда Моби Дик появился на поверхности и шумно выдохнул, выпуская отработанный воздух, Гук собрал все силы и стрелой взметнулся в воздух. Со страшной силой своего сто пятидесятикилограммового тела ударил он хвостом по руке Родригеса, занесённой уже для броска гарпуна. Родригес как подкошенный свалился за борт от неожиданного толчка, покалеченная рука плетью повисла в рукаве рубахи.
Глазами, полными ужаса, смотрели рыбаки па эту сцену, оцепенев от неожиданности и не в силах сдвинуться с места. Первым опомнился Санчес.
- Весло! Весло Родригесу! - закричал он Педро, который был у того борта, за которым барахтался несчастный гарпунёр.
Но весло теперь было бесполезно, так как Родригес, потерявший сознание от боли, не приходя в себя, тонул. А рядом уже замаячил треугольник спинного плавника акулы, одной из тех, которые всегда сопровождают шлюпки китобоев в надежде поживиться кусками убитого кашалота. Акулу заметили и в шлюпке. Эти суровые и простые люди знали, что теперь спасения Родригесу нет. Даже если кто-то из них прыгнет за борт, чтобы вытащить тонущего гарпунёра, дело кончится тем, что погибнут двое.
Со слезами на глазах, трясущимися руками мелко крестились рыбаки, шепча слова молитвы. И тут во второй раз у борта шлюпки появился дельфин со шрамом, идущим через всю спину позади плавника. Подплыв под безжизненное тело Родригеса, он осторожно подтолкнул его вверх, ещё раз, ещё… Вот гарпунёр уже у поверхности. От прикосновения дельфина или по другой причине он очнулся, попытался плыть к лодке, но боль в сломанной руке заставила его закричать, и он снова потерял сознание. А дельфин тем временем медленно толкал его к шлюпке. Вот Родригес уже совсем близко от шершавого смолистого борта. Только тут очнулись рыбаки и, перегнувшись за борт, втащили бесчувственное тело в шлюпку.
В тот момент, когда Гук ударил гарпунера и шлепнулся в воду, Моби Дик почувствовал, что что-то неладное происходит рядом. Прочистив легкие и быстро сделав два-три вдоха, он понял, что тут оставаться не стоит. Медленно отплыл он от шлюпки и хотел было направиться ещё дальше, как услышал слабое попискивание, складывающееся в слова:
- Я дельфин Гук из рода Эрр! Здравствуй, друг! Опасность прошла! Всё спокойно!
- Здравствуй, здравствуй, Гук! На глубине здесь такие вкусные кальмары! Но что-то неспокойно наверху, и я хочу уплыть отсюда в другие моря! - пробасил Моби Дик, даже не подозревая, какую опасность только что отвёл от него своим телом Гук.
Гук из этого ответа понял только, что Моби Дик узнал его и хочет куда-то уплыть подальше от этого места.
«Это как раз то, чего мне давно хотелось, - подумал Гук, - попробую-ка я двинуться вслед за ним в путешествие. Надоело болтаться около одного и того же места!»
А в идущей под всеми парусами к берегу шлюпке в это время только что очнулся и заново переживал всё случившееся Родригес. Он говорил прерывающимся голосом и почему-то шепотом, время от времени оглядываясь вокруг:
- Понимаете, когда я увидел, что дельфин мешает убить кашалота, я решил убить их обоих сразу. В меня вселился какой-то дьявол. И я бы сделал это, клянусь девой Марией, если бы не этот сумасшедший дельфин. Но знаете, что я увидел, когда очнулся в воде? Глаза! Широко раскрытые глаза дельфина около моего лица! Они были как человеческие… - Родригес умолк, погрузился в какие-то далекие мысли. Прошло несколько минут, и вдруг он приподнялся, опираясь на здоровую руку, и торжественно прошептал: - Клянусь своей жизнью, что больше никогда не возьму в руки гарпун!..
Солнце достигло зенита. Верхние слои воды были горячими. Глубоко и надолго ныряя, Гук плыл следом за громадным Моби Диком на юг, навстречу новым приключениям и опасностям.
ЗА МОБИ ДИКОМ
В течение первых нескольких дней плавания за Моби Диком Гуку пришлось немало поволноваться. Он то и дело терял своего приятеля. Приходилось искать его по басистому голосу или по знакомым пахнущим следам.
Странные отношения установились между ними. Моби Дик был флегматичным увальнем и ужасным обжорой и, конечно, постоянно занят своими делами и поэтому был плохим собеседником. Моби Дик давно уже покинул свое стадо, которое он возглавлял на протяжении десятков лет. Последние годы жизни он проводил, странствуя по хорошо знакомым океанским просторам, не нуждаясь ни в чьей помощи, не боясь никого в своем одиночестве. Да и маршруты его были уже постоянны: с наступлением тёплых летних месяцев в южных полярных морях он покидал тропики и направлялся на юг, где проводил время в поисках кальмаров, в беспощадных схватках с самыми крупными из них - археотевтисами. Вот и сейчас Моби Дик отправился в Антарктику тысячелетиями известным всем кашалотам маршрутом: с водами Канарского, а потом Северного экваториального течения через Атлантический океан, затем к югу вдоль берегов Южной Америки с водами Бразильского течения.
Моби Дик столько повидал в своей жизни, столько узнал от своих родителей и друзей, что всё в океане было ему знакомо и ко всему, что бы ни случилось, он относился очень спокойно. Теперь он так же спокойно отнёсся к настойчивому сопровождению Гука.
Зато как было интересно Гуку плыть с кашалотом! День за днём наблюдал он за гигантом, и многое стало ему понятным. За это время Гук, например, выучился нырять так глубоко, что ни один дельфин из рода Эрр не смог бы теперь потягаться с ним. А всё началось с любопытства.
«На какую же глубину опускается кашалот? Как он умудряется так долго оставаться под водой?» - спрашивал себя Гук.
Сначала дельфин попробовал нырнуть вслед за Моби Диком, но не смог опуститься глубже ста двадцати своих длин. На этой глубине свет самого яркого дня исчезал и в чёрно-синей темноте без локатора ничего нельзя было разобрать. Все здешние морские жители днём уходили глубже: даже то ничтожное количество света, которое достигало этих глубин, раздражало их чувствительные органы, приспособленные к вечной тьме.
С первой встречи с Моби Диком Гук понял, что тот хватает на глубине кальмаров. До этого Гук никогда не ел кальмаров, но однажды вечером, погрузившись, как обычно, на глубину в сто длин, Гук решил их попробовать. Большого труда стоило ему схватить самого маленького кальмарчика: его сигналы никак не действовали на этих подвижных моллюсков. Через несколько минут, после того как он проглотил кальмара, Гук почувствовал прилив бодрости и сил. Гук чувствовал, что вдох можно отложить еще на несколько минут, он плыл легко и свободно. Так Гук открыл, сам того не ведая, один из секретов Дика: добыча на глубине влекла. Можно было дольше нырять.
Вскоре Гук понял, какими звуками лучше всего останавливать кальмаров и на каком расстоянии надо включать свой ультразвуковой прожектор, чтобы ошеломить моллюска. Дело пошло было на лад. Но оказалось, что некоторые виды кальмаров могли обнаруживать его присутствие издалека. Гук не знал, что у кальмаров есть «глаза», устроенные таким образом, что могут воспринимать невидимые тепловые лучи, расходящиеся от всякого теплокровного животного. Этих «глаз» иногда бывает несколько десятков, и расположены они на поверхности плавников кальмара. Особенно развиты эти тепловые «глаза» у кальмаров-мастиго, и Гуку редко-редко удается подплыть к этим созданиям близко.
Теперь Гук отставал от Моби Дика только на глубине двухсот - двухсот пятидесяти длин, а однажды ему удалось нырнуть не меньше чем на триста длин. В тот раз он пробыл под водой столько, что можно было не меньше двух тысяч раз повторить интернациональный призыв. А Гук, как и все дельфины, отсчитывал время не минутами и секундами, а длиной ультразвуковых сигналов. Для самого короткого из них требовались тысячные доли секунды. Вся фраза приветствия: «Кто ты, друг? И нужна ли тебе моя помощь?» - занимала меньше полутысячи таких сигналов и, по-нашему, приближалась к половине секунды. Повторенный две тысячи раз, этот призыв занимал время не меньше чем семнадцать минут! Вот как долго Гук пробыл под водой!
Чем глубже нырял Гук за Моби Диком, тем больше разных кальмаров встречалось ему. Были в океане места, где кальмары властвовали полностью. На глубине ста - ста пятидесяти длин обычно встречались гистиотевтисы со своими рядами разноцветных огоньков. Здесь же и выше встречались и другие кальмары, тоже всегда объединенные в стаи.
1 2 3 4 5 6 7 8 9 10 11 12 13 14 15 16 17 18 19 20 21 22 23 24 25 26 27 28 29 30 31 32 33 34 35 36 37 38

загрузка...