ТВОРЧЕСТВО

ПОЗНАНИЕ

А  Б  В  Г  Д  Е  Ж  З  И  Й  К  Л  М  Н  О  П  Р  С  Т  У  Ф  Х  Ц  Ч  Ш  Щ  Э  Ю  Я  AZ

 

Он испугался, что рассердил ее, и ему показалось, что еще никогда и ни с кем он не чувствовал себя таким одиноким. Широкий полукруг площади, казавшейся враждебной, мертвой и несоразмерно большой декорацией, как будто символизировал его одиночество.
— Как с вами сложно, — сказал он вполголоса. — Вы ведете себя так, словно у нас впереди целая вечность, а мы, может статься, видимся в первый и последний раз. Мне больше не хочется искать ресторан. Пойдемте, я провожу вас.
Она присела на ступеньку у подножия одной из колонн.
— Не обижайтесь, что я отказала во втором поцелуе тому… кому не должна была дарить ни одного, — во-первых, потому, что знакома с ним меньше часа, и во-вторых, до сих пор не знаю его имени!
— Как, я не представился? Мне показалось, что вы слышали, как мою фамилию назвал генерал или его гнусный адъютант.
Он замер по стойке «смирно».
— Пол Прескот, офицер Службы охраны памятников при Пятой американской армии. В мои обязанности входит эта странная миссия, которая только что дала мне возможность…
— …прилететь мне на помощь. Благодарю вас, господин Прескот. Я не слышала вашего имени, так как предусмотрительно отошла в сторонку, — сказала она.
Они рассмеялись, смех получился немного нервным, как бывает, когда люди встречаются в первый раз и юмор представляется самым доступным полем для согласия. У Пола к этому примешивалось чувство облегчения, что придало его походке стремительность и веселость, а просторную площадь, еще недавно столь враждебную, превратило в очаровательную уютную весеннюю пьяцетту.
— Такой вы мне нравитесь еще больше! — воскликнул он. — Нам не часто приходится теперь целоваться, простите мою неловкость…
— Правда? Напротив, я оценила ваше очарование, капитан. Неужели вы думаете, что я часто совершаю такие… сентиментальные прогулки? Хотя кое-кто, наверное, думает иначе.
Отстраненный, слегка ироничный и почти печальный тон, которым это было сказано, отбил у Пола желание снова обнять ее. Он не знал, что можно себе позволить, а что нет, опасался нового отказа и ограничился тем, что прижался лбом к ее лбу.
— Ну, давай, Джо! Она только того и ждет, и мы тоже! — услышал он крики на итальянском.
Из глубины колоннады донесся раскатистый хохот. Пол резко поднял голову и стал всматриваться в темноту.
— Вы понимаете, что они говорят? — спросил он.
— Предпочитаю не понимать, — ответила молодая женщина.
Он оставил ее и бросился к колоннам. Он сумел рассмотреть группу подростков, которые стояли на ступенях, плотно прижавшись друг к другу, как зловредный рой.
— А комендантский час? — рявкнул он. — Прочь отсюда, или я буду стрелять.
В ответ послышались смешки:
— Вместо того чтобы доставать оружие, достань лучше свой…
Не дослушав, он вынул пистолет, передернул затвор и без предупреждения нажал на спусковой крючок. Звук выстрела бесконечное множество раз отразился от стен колоннады, сопровождаемый испуганными криками и топотом убегающих ног. Прежде чем вернуться к своей спутнице, Пол несколько минут слушал, как в панике убегают мальчишки. Сабина сидела на ступеньке и удивленно смотрела на него.
— Как вы их! — воскликнула она.
— Они делали неприличные жесты, и я думаю, что слова были такими же непристойными. Не волнуйтесь, я стрелял поверх их голов, но пойдемте-ка отсюда, чтобы не пришлось объясняться с патрулем,
Он взял ее под руку и потянул за собой. Они не торопясь пошли в сторону узких улочек, выходивших на площадь, и остановились у небольшого фонтана, который, казалось, давно иссяк.
— Я плохо знаю вас, но у меня создалось впечатление, что сегодня вечером вы в ударе, — сказала она, когда они снова остановились. — В театре мне показалось, что вы готовы вцепиться в горло этому маленькому лысому капитану!
— А следовало бы, — ответил он с сожалением.
— Вы всегда такой дерганый, словно под напряжением в сто тысяч вольт?
Он удрученно вздохнул:
— Да нет… Я сам себя не узнаю… Обычно я человек спокойный, и дело не в двух бокалах пива, которые я выпил перед концертом…
Он посмотрел на нее:
— Мне кажется, это известие об исчезновении моего друга Ларри выбило меня из колеи.
— Какого друга? Того, о котором вы мне рассказывали? Которого встретили благодаря мне? Он исчез!
Она произнесла это слово с таким выражением, что его драматический смысл стал еще более очевиден. Пол кивнул, не в силах произнести ни слова.
— Я чувствую себя ответственной за вашу встречу! — воскликнула она порывисто. — А что случилось?
— Не знаю, — вздохнув, ответил он. — Мне сказал об этом перед самым концертом его начальник. Я надеялся увидеть Ларри, потому что именно ему было поручено подготовить театр к открытию. Он служил в военной контрразведке, и мы собирались работать вместе. Как все это странно и тревожно…
Он снова пошел вперед, не выбирая дороги. Стараясь не поскользнуться, она поспешила за ним.
— По правде сказать, со мной происходят странные вещи с тех пор, как благодаря вам я снова с ним встретился, — добавил он, когда девушка догнала его.
— Снова? — спросила она, не понимая.
— Он уже однажды исчезал по неизвестной мне причине. Мы познакомились в тридцать третьем году, в Оксфорде, и три года прожили в одной квартире. Потом он женился, и наши отношения прекратились, но я так и не понял почему. Может быть, из-за взаимного непонимания, а может, потому, что мне не очень нравилась его жена. Незадолго до моего возвращения в Америку, в тридцать шестом, я узнал, что, когда она ждала ребенка, он на время оставил ее и три недели прожил в Неаполе…
— В Неаполе? — удивилась она.
— Он писал тогда биографию Шелли. Имя Шелли вам о чем-нибудь говорит?
— Конечно! «Ода западному ветру»… На университетском экзамене по английскому языку мне пришлось ее переводить… Меня назначили офицером по взаимодействию войск потому, что я хорошо владею английским. Своей должностью я в какой-то мере обязана и Шелли, — смеясь сказала она.
— Шелли с семьей тоже провел в Неаполе несколько недель, и во время его пребывания здесь в его жизни произошли важные события. Ларри приезжал собирать материал для своей книги… Война вынудила его прервать работу, но он не оставил ее совсем, потому что его нынешняя должность неожиданно позволила ему вернуться к первоисточнику. Я вам не надоел с разговорами о своем приятеле?
— Совсем напротив, капитан.
— Прошу вас, Сабина, зовите меня Пол.
— Я вижу, вы озабочены, Пол.
— Конечно. Ларри разрывался между расследованием различных махинаций и преступлений, совершаемых в самых жутких местах этого города, — поверьте мне, он многим тут мешал, — и неумеренной, необыкновенной страстью к своему поэту, которой пытается заразить и меня. До такой степени, что, когда я здесь, с ним, я не понимаю, в каком веке живу:
1 2 3 4 5 6 7 8 9 10 11 12 13 14 15 16 17 18 19 20 21 22 23 24 25 26 27 28 29 30 31 32 33 34 35 36 37 38 39 40 41 42 43 44 45 46 47 48 49 50 51 52 53 54 55 56 57 58 59 60 61 62 63 64 65 66 67 68 69 70 71 72 73 74 75 76 77 78 79 80 81 82 83 84 85 86 87 88 89 90 91 92 93 94 95 96 97 98 99 100 101 102 103 104 105 106 107 108 109 110 111 112 113 114 115 116 117 118 119 120 121