Не дай Бог, хозяйка войдет!
– Что вам нужно, мадемуазель? – повернулся он к девице, пытаясь хоть что-то втолковать строптивице. – Месье Гастон никак не может с вами встретиться. Он… занят…
– Гости из России! – взвизгнула девица. – Прошу позвать!
Выговор у нее был уморительный. Видно, тоже издалека, явно не француженка.
– Гости из России уехали утром! – четче, чем обычно, произнес мажордом.
– Тогда Гастон! Я говорить с Гастон! Я – Барбара! Я люблю Гастон!
Этого еще не хватало! У мажордома заныло под сердцем. Оказывается, у Гастона была возлюбленная. Что ж, у каждого человека, убитого во благо этого проклятого Общества, были и матери, и братья, и возлюбленные…
Господи, но ведь Гастон – не каждый! Это его Гастон! Мажордому вдруг стало плохо. Закололо сердце, перед глазами замелькали мушки.
Да что же он наделал?! Да как же он мог пожертвовать собственным сыном ради какого-то проклятого Общества?! Он ведь один раз уже бросил ребенка во имя высшей цели… Или это было сделано во имя простой жадности?..
Общество искало драгоценности маркизы де Помпадур. И обещало всем, кто помогает, выделить долю. А доля должна была быть не маленькой, ведь драгоценности стоили миллионы!
Или он бросил малыша Гастона ради любви?.. Впрочем, какая к черту любовь – похоть! Все эта мерзкая хозяйка! Тогда она была юна и прелестна, как ангел. Кто бы мог предположить, что душа у нее сатанинская? И вот теперь не она, эта ведьма, а его сын станет ангелом на Небесах…
– Я хочу месье Гастон Леду! – Девица снова вцепилась в мажордома.
– Гастон не может поговорить с вами, – промямлил мажордом. – Он с ангелами…
– Ангел?.. – прошептала девица и вдруг залилась слезами.
Дождалась, домедлила! Гастон женился и сейчас играет со своим сыном-ангелочком!.. От такого известия слезы у Вари полились в три ручья. Понятно, почему Гастон не хочет ее видеть…
Мажордом застонал. До чего же он, подлец, докатился! Незнакомая девица плачет, убивается о его сыне, а он сам сидит тут, как старый пень. Может, он и вправду постарел? Живя с этой вечно молодой и энергичной дьяволицей, и не заметишь, как постареешь. Недаром же Слуги шепчутся, что она из своих любовников кровь выпивает…
Вот и он, Филипп Леду, пришел сюда тридцатилетним красавцем, полным сил и надежд. Было это лет двадцать назад. Филипп гордился, что красавица-хозяйка выбрала именно его, ведь вокруг нее крутились только мужчины ее Общества. А его род ни к каким знатным фамилиям не принадлежал. Зато, в отличие от всех этих гнилых аристократов, он мог по пять раз за ночь ублажать свою хозяйку, а теперь – что?! И на раз не способен!
А ненасытная ведьма, забыв все ночи страсти, что между ними были, нашла себе нового любовника. И кого?! Хиленького, сладенького льстеца Мориса, ханжу, который вечно рядится в черное. Его так и прозвали – Черныш. Но этот Черныш теперь – самый доверенный слуга, от которого другие слуги шарахаются…
– Я опоздать… опоздать… – заливалась слезами девица.
Мажордом вздрогнул. А вдруг нет? Может, еще не поздно?! Вдруг Гастон не разбился насмерть при падении? Бывало же и такое! Бывало!.. Тогда бедняг добивали… Но вдруг Гастон еще жив? Добивать-то вроде некому. Морис еще вчерашним вечером отправился шпионить за русскими в Большой дворец, но пока не вернулся. Сама дьяволица была занята. Готовилась к какому-то очередному сатанинскому опыту в своей жуткой лаборатории.
Вдруг Гастон еще жив?! Видит Бог, его отец – чудовище, но ведь бедный юноша ничем не прогневил Небеса. Вдруг они пришли ему на помощь, и он не разбился, падая?..
– Господи, помоги нам! – взмолился мажордом, трясущимися пальцами снимая с тайного гвоздя за шкафом заветные ключи от подземелий.
Варя не поняла его фразы. Поняла только слово «помоги».
– Я помогу! – воскликнула она.
Мажордом внимательно взглянул на девушку: рост высокий, руки сильные. Хорошо, что в далекой России родятся такие смелые и сильные девушки. Она любит Гастона, она проехала к нему через всю Европу, она поможет…
И в эту минуту раздался оглушительный стук в дверь. Не стук – гром!
«Все! – пронеслось в голове мажордома. – Проклятый Морис… Явился, чтобы взять ключи от подземелья…»
Что делать? Прикинуться ничего не знающим? Спасать свою шкуру? Потом жить, ждать свою долю сокровищ?..
Да провались они пропадом! Вместе с дьяволицей проклятой! Если уж отцы перестанут спасать своих сыновей, на что же надеяться в этом мире? На девчонок, которые поедут на край света, чтобы спасти свою любовь?! Нет уж, он – отец! Иначе этот мир проклят…
– Открывай, скотина! Я знаю, что ты не один! Открывай, а то дверь снесу!
Мажордом вскрикнул – да это же не Морис, это русский!
И тут Варвара кинулась на дверь и затарабанила, крича по-русски:
– Виктор! Виктор! Я здесь!
Дверь задрожала и упала. Услышав крики девушки, неистовый русский снес ее напрочь. Варя кинулась в объятия брата:
– Виктор! Как я рада!
Но Грандов отстранил сестрицу, рыча:
– Ты?! А где Соня?! – И вдруг он заорал благим матом: – Почему и ты тут?! Да вы что, обе сговорились с этим мерзавцем?!
И Виктор со всей силы врезал мажордому по уху. Тот охнул и упал ровнехонько в кресло. Варя кинулась к Виктору:
– Что ты делаешь? Он же обещал отвести меня к Гастону!
– И ты туда же!
– Да! Я люблю Гастона! – закричала Варя. – И ты не можешь мне запретить! Даже Соня сказала, что я должна решиться и поговорить с Гастоном!
– При чем тут Соня?!
– Я рассказала ей, а она сказала мне… – затараторила Варя.
– Так это правда? Ты, а не Соня, влюблена в Гастона? – Виктор ошарашено потер сбитый мизинец. – И я должен верить всей этой вашей галиматье?..
– Не смей называть так мою чистую любовь! – взвилась Варвара:
Через пару минут пришедший в себя мажордом наблюдал с кресла за тем, как оба сумасшедших русских орут друг на друга и машут руками. Ну точно варвары – недаром девчонку и зовут Барбара! Но сколько страсти и силы. Они помогут Гастону.
– Хватит кричать! – застонал мажордом. – Лучше помогите! Гастон в каменном мешке, а ваша Софи в тайной лаборатории в подземелье! – Старик, кряхтя, поднялся. – Надо поспешить. Ваш крик, наверное, поднял на ноги весь дом.
– Что он говорит? – Варя схватила Виктора за рукав.
– Варя и твой Гастон попали в подземелье!
– Как?! Он же только что убеждал меня, что Гастон разговаривает с ангелом!
– Это французская идиома. Так говорят, когда человек попадает на Небеса.
Варя вскрикнула.
– Хватит говорильни! – Мажордом поднял с пола упавшие ключи на железном кольце. – Хотите мне помочь, идемте!
И, взяв фонарь, старик затрусил вперед.
– Куда он ведет нас? – зашептала Варя брату.
– В Черную приемную! – процедил тот и тряхнул мажордома за плечо. – Верно?
Мажордом вздохнул:
1 2 3 4 5 6 7 8 9 10 11 12 13 14 15 16 17 18 19 20 21 22 23 24 25 26 27 28 29 30 31 32 33 34 35 36 37 38 39 40 41 42 43 44 45 46 47 48 49 50 51 52 53 54 55 56 57 58 59 60 61 62 63
– Что вам нужно, мадемуазель? – повернулся он к девице, пытаясь хоть что-то втолковать строптивице. – Месье Гастон никак не может с вами встретиться. Он… занят…
– Гости из России! – взвизгнула девица. – Прошу позвать!
Выговор у нее был уморительный. Видно, тоже издалека, явно не француженка.
– Гости из России уехали утром! – четче, чем обычно, произнес мажордом.
– Тогда Гастон! Я говорить с Гастон! Я – Барбара! Я люблю Гастон!
Этого еще не хватало! У мажордома заныло под сердцем. Оказывается, у Гастона была возлюбленная. Что ж, у каждого человека, убитого во благо этого проклятого Общества, были и матери, и братья, и возлюбленные…
Господи, но ведь Гастон – не каждый! Это его Гастон! Мажордому вдруг стало плохо. Закололо сердце, перед глазами замелькали мушки.
Да что же он наделал?! Да как же он мог пожертвовать собственным сыном ради какого-то проклятого Общества?! Он ведь один раз уже бросил ребенка во имя высшей цели… Или это было сделано во имя простой жадности?..
Общество искало драгоценности маркизы де Помпадур. И обещало всем, кто помогает, выделить долю. А доля должна была быть не маленькой, ведь драгоценности стоили миллионы!
Или он бросил малыша Гастона ради любви?.. Впрочем, какая к черту любовь – похоть! Все эта мерзкая хозяйка! Тогда она была юна и прелестна, как ангел. Кто бы мог предположить, что душа у нее сатанинская? И вот теперь не она, эта ведьма, а его сын станет ангелом на Небесах…
– Я хочу месье Гастон Леду! – Девица снова вцепилась в мажордома.
– Гастон не может поговорить с вами, – промямлил мажордом. – Он с ангелами…
– Ангел?.. – прошептала девица и вдруг залилась слезами.
Дождалась, домедлила! Гастон женился и сейчас играет со своим сыном-ангелочком!.. От такого известия слезы у Вари полились в три ручья. Понятно, почему Гастон не хочет ее видеть…
Мажордом застонал. До чего же он, подлец, докатился! Незнакомая девица плачет, убивается о его сыне, а он сам сидит тут, как старый пень. Может, он и вправду постарел? Живя с этой вечно молодой и энергичной дьяволицей, и не заметишь, как постареешь. Недаром же Слуги шепчутся, что она из своих любовников кровь выпивает…
Вот и он, Филипп Леду, пришел сюда тридцатилетним красавцем, полным сил и надежд. Было это лет двадцать назад. Филипп гордился, что красавица-хозяйка выбрала именно его, ведь вокруг нее крутились только мужчины ее Общества. А его род ни к каким знатным фамилиям не принадлежал. Зато, в отличие от всех этих гнилых аристократов, он мог по пять раз за ночь ублажать свою хозяйку, а теперь – что?! И на раз не способен!
А ненасытная ведьма, забыв все ночи страсти, что между ними были, нашла себе нового любовника. И кого?! Хиленького, сладенького льстеца Мориса, ханжу, который вечно рядится в черное. Его так и прозвали – Черныш. Но этот Черныш теперь – самый доверенный слуга, от которого другие слуги шарахаются…
– Я опоздать… опоздать… – заливалась слезами девица.
Мажордом вздрогнул. А вдруг нет? Может, еще не поздно?! Вдруг Гастон не разбился насмерть при падении? Бывало же и такое! Бывало!.. Тогда бедняг добивали… Но вдруг Гастон еще жив? Добивать-то вроде некому. Морис еще вчерашним вечером отправился шпионить за русскими в Большой дворец, но пока не вернулся. Сама дьяволица была занята. Готовилась к какому-то очередному сатанинскому опыту в своей жуткой лаборатории.
Вдруг Гастон еще жив?! Видит Бог, его отец – чудовище, но ведь бедный юноша ничем не прогневил Небеса. Вдруг они пришли ему на помощь, и он не разбился, падая?..
– Господи, помоги нам! – взмолился мажордом, трясущимися пальцами снимая с тайного гвоздя за шкафом заветные ключи от подземелий.
Варя не поняла его фразы. Поняла только слово «помоги».
– Я помогу! – воскликнула она.
Мажордом внимательно взглянул на девушку: рост высокий, руки сильные. Хорошо, что в далекой России родятся такие смелые и сильные девушки. Она любит Гастона, она проехала к нему через всю Европу, она поможет…
И в эту минуту раздался оглушительный стук в дверь. Не стук – гром!
«Все! – пронеслось в голове мажордома. – Проклятый Морис… Явился, чтобы взять ключи от подземелья…»
Что делать? Прикинуться ничего не знающим? Спасать свою шкуру? Потом жить, ждать свою долю сокровищ?..
Да провались они пропадом! Вместе с дьяволицей проклятой! Если уж отцы перестанут спасать своих сыновей, на что же надеяться в этом мире? На девчонок, которые поедут на край света, чтобы спасти свою любовь?! Нет уж, он – отец! Иначе этот мир проклят…
– Открывай, скотина! Я знаю, что ты не один! Открывай, а то дверь снесу!
Мажордом вскрикнул – да это же не Морис, это русский!
И тут Варвара кинулась на дверь и затарабанила, крича по-русски:
– Виктор! Виктор! Я здесь!
Дверь задрожала и упала. Услышав крики девушки, неистовый русский снес ее напрочь. Варя кинулась в объятия брата:
– Виктор! Как я рада!
Но Грандов отстранил сестрицу, рыча:
– Ты?! А где Соня?! – И вдруг он заорал благим матом: – Почему и ты тут?! Да вы что, обе сговорились с этим мерзавцем?!
И Виктор со всей силы врезал мажордому по уху. Тот охнул и упал ровнехонько в кресло. Варя кинулась к Виктору:
– Что ты делаешь? Он же обещал отвести меня к Гастону!
– И ты туда же!
– Да! Я люблю Гастона! – закричала Варя. – И ты не можешь мне запретить! Даже Соня сказала, что я должна решиться и поговорить с Гастоном!
– При чем тут Соня?!
– Я рассказала ей, а она сказала мне… – затараторила Варя.
– Так это правда? Ты, а не Соня, влюблена в Гастона? – Виктор ошарашено потер сбитый мизинец. – И я должен верить всей этой вашей галиматье?..
– Не смей называть так мою чистую любовь! – взвилась Варвара:
Через пару минут пришедший в себя мажордом наблюдал с кресла за тем, как оба сумасшедших русских орут друг на друга и машут руками. Ну точно варвары – недаром девчонку и зовут Барбара! Но сколько страсти и силы. Они помогут Гастону.
– Хватит кричать! – застонал мажордом. – Лучше помогите! Гастон в каменном мешке, а ваша Софи в тайной лаборатории в подземелье! – Старик, кряхтя, поднялся. – Надо поспешить. Ваш крик, наверное, поднял на ноги весь дом.
– Что он говорит? – Варя схватила Виктора за рукав.
– Варя и твой Гастон попали в подземелье!
– Как?! Он же только что убеждал меня, что Гастон разговаривает с ангелом!
– Это французская идиома. Так говорят, когда человек попадает на Небеса.
Варя вскрикнула.
– Хватит говорильни! – Мажордом поднял с пола упавшие ключи на железном кольце. – Хотите мне помочь, идемте!
И, взяв фонарь, старик затрусил вперед.
– Куда он ведет нас? – зашептала Варя брату.
– В Черную приемную! – процедил тот и тряхнул мажордома за плечо. – Верно?
Мажордом вздохнул:
1 2 3 4 5 6 7 8 9 10 11 12 13 14 15 16 17 18 19 20 21 22 23 24 25 26 27 28 29 30 31 32 33 34 35 36 37 38 39 40 41 42 43 44 45 46 47 48 49 50 51 52 53 54 55 56 57 58 59 60 61 62 63