ТВОРЧЕСТВО

ПОЗНАНИЕ


А  Б  В  Г  Д  Е  Ж  З  И  Й  К  Л  М  Н  О  П  Р  С  Т  У  Ф  Х  Ц  Ч  Ш  Щ  Э  Ю  Я  AZ

 

Джапоника пристально посмотрела женщине в глаза, но ничего, кроме искреннего сожаления, в них не увидела.— Это очень запутанная и деликатная история, — начала было Джапоника, но модистка перебила ее, заверив, что в Лондоне таких сложных и запутанных историй больше, чем можно представить.— Какие только тайны не становятся известны модисткам, — сказала она, — но мы умеем их хранить, чтобы быть достойными доверия своих клиентов.Джапоника прикусила губу. Теперь ей оставалось лишь положиться на порядочность этой женщины.Пока ее затягивали в корсет, Джапоника ругала себя за дурацкое тщеславие на чем свет стоит. Ей никогда не приходило в голову, что тело может ее предать. Если бы не желание покрасоваться в новом наряде, никто ничего бы не узнал. А теперь тайна оказалась известна той, у которой не было никакого резона хранить ее. Джапоника подумала было предложить модистке денег, но боялась оскорбить ее. Мадам Соти и так ясно дала понять, что не станет никому ничего говорить о своей догадке. Но если держать язык за зубами было не в ее правилах, никакие деньги тут не помогут.К тому моменту, как ее облачили в платье, настроение Джапоники испортилось настолько, что ей уже было все равно, как она выглядит.— Платье действительно очень милое, — сказала Джапоника, даже не взглянув в зеркало. — Но не для меня.— Но мадам должна преподать своим приемным дочерям… так сказать… урок.— Конечно. — Девушка еще не успела забыть, что двигало ею, когда она согласилась примерить наряд, и потому решительно направилась к выходу из примерочной.— Подождите! — остановила ее модистка, и одна из помощниц поставила перед Джапоникой пару золотистых бальных туфелек. Мадам Соти хлопнула в ладоши, и в примерочную влетели еще две помощницы с гребнями и заколками. У одной в руках были горячие щипцы для завивки. Не дав Джапонике и слова сказать, они распустили ее волосы и принялись трудиться над непослушной шевелюрой. Работа в четыре руки спорилась, и прическа была готова минут за десять, не больше. В довершение всего на уложенную голову водрузили диадему. Еще одна помощница принесла длинные, по локоть, бальные перчатки и натянула их Джапонике на руки. Никогда в жизни Джапоника не румянила щеки, но не стала возражать, когда ее щек коснулась бархатка с пудрой, а губ — помада. Может, мадам Соти и считалась служанкой у английских аристократок, зато в пределах своего магазина она была настоящей генеральшей, строгой и требовательной, привыкшей к безусловному подчинению. И даже ее клиентки порой терялись под таким жестким напором. Впрочем, результат всегда оправдывал средства.Работая над клиенткой, мадам Соти раздумывала над тем, какими словами станет описывать виконтессу тем привилегированным покупательницам, которые вскоре заскочат к ней за покупками. Она прекрасно понимала, как много от нее зависит. Ведь это ее суждение, суждение модистки, будут потом на все лады повторять роскошные лондонские дамы в светских салонах, естественно, не называя автора.«Виконтесса словно создана для нарядов, которые только я одна и могу для нее создавать. Хрупкая, даже слишком худенькая — это верно. Но какие плечи и какая грудь! Многие юные девушки могут позавидовать. В моих руках она расцветет! Такая молодая, а уже вдова. Но чувствуется, во вдовах ей ходить долго не придется. Ибо кто может устоять перед рыжими кудрями самой лисе на зависть!»Наконец мадам Соти отступила с довольным видом:— Voila! Вот теперь, виконтесса, вы готовы к выходу! Когда Джапоника вышла в общий зал, все головы повернулись в ее сторону.— Надо же! — Некий джентльмен, сидевший в углу, даже привстал.Дамы забыли про свои покупки и, раскрыв рты, смотрели на Джапонику.— Но вы красивая! — воскликнула Бегония так, будто до сих пор никогда не видела мачеху.— Мадам, вы — само совершенство, — сказала модистка у нее за спиной. Джапоника никогда в жизни не получала столько комплиментов, и, что было всего приятнее, — эти комплименты, судя по всему, делались совершенно искренне.Раскрасневшись от смущения, она огляделась и поймала взглядом свое отражение в зеркале. Увидела и обомлела. Она сама себя не узнавала. Да, это было ее лицо, несколько преображенное прической и косметикой. Впервые в жизни ей открылось то, что она никак не считала возможным. Она могла быть красивой!Пиона подошла к мачехе, глядя на нее с изумленным восторгом, словно видела перед собой фею из волшебной сказки.— О, мисс, вы самая красивая женщина в Лондоне!— Я бы так не сказала. — Лорел надеялась, что наряд поможет выставить мачеху на посмешище, но каким-то чудом произошло прямо противоположное. Платье преобразило ненавистную родственницу, сделав поразительно, шокирующе привлекательной.В чем было дело: в хитром крое декольте, таком, что грудь мачехи неожиданно стала казаться пышной, или в прическе, благодаря которой волосы вдруг стали блестящими и яркими? Лорел не могла понять и от этого страшно злилась.— Она выглядит совсем неплохо для простолюдинки.— Она выглядит как сказочная принцесса! — воскликнула Пиона.Цинния и Бегония согласно кивнули. Только Гиацинта фыркнула и отвернулась, такая же недовольная и раздосадованная, как и ее ближайшая по возрасту сестра.— Я заверну его для виконтессы, — сказала модистка.— Да, я его беру, — словно издалека услышала свой голос Джапоника, а ведь минуту назад она решила, что не станет покупать платье.— Вы же сказали, что у вас не будет случая его надеть, — напомнила ей Лорел.— Возможно, это и так, но я буду чувствовать себя лучше, зная, что у меня есть такой наряд. Итак, вы уже сделали свой выбор?— Вы хотите сказать, что у вас еще осталось несколько пенни на нас? — Гиацинта повысила голос до визга. — А я уже было подумала, что вы все наше содержание решили потратить себе на наряды!Мадам Соти задохнулась от возмущения. Она повидала всякое, но с такой дерзостью встречалась впервые.— Отродье лавочника! — прошипела Лорел так, чтобы ее могла слышать лишь одна Джапоника.Но мачеха не осталась в долгу. Она крепко взяла Лорел под локоток и сказала тихо, но внятно:— Ты можешь думать обо мне все, что угодно, но если ты хоть раз позволишь себе что-то сказать о моих родителях, я прилюдно дам тебе пощечину. А теперь, — Джапоника подошла к Гиацинте, — ты передо мной извинишься.— Никогда, — раздувая ноздри, сказала девушка.— Хорошо, тогда по возвращении ты отправишься прямо к себе в комнату и будешь сидеть там до тех пор, пока тебе не станет за себя стыдно.Гиацинта вспыхнула, но у нее хватило ума попридержать язык.Больше никто не сказал ни слова. Вернувшись в примерочную, Джапоника вся дрожала от гнева.Модистка, помогая снимать ей платье, шепнула:— Виконтесса, может, и похожа внешне на ягненка, но у нее сердце льва. Браво, мадам!Несколько минут спустя «букет Шрусбери» правда, весьма поникший, уже мок под дождем в ожидании, пока многочисленные пакеты и свертки укладывали на багажник кареты.По настоянию мадам Соти Джапоника приобрела накидку из легкой шелковой тафты глубокого зеленого цвета. Модистка сказала, что не допустит, чтобы ее клиентка выходила из ее салона, одетая в невзрачное повседневное платье. Зеленый цвет, слишком смелый оттенок для той, у которой волосы рыжие, как поспешила заметить Лорел, напоминая о веселой зелени лета и, о чудо, в разгар зимней непогоды подарил ей весеннее настроение.Подойдя к карете, Джапоника услышача отдаленный гул толпы и с любопытством огляделась.— Что происходит? — спросила она у первого встречного.Молодой человек был явно удивлен тем, что дама, вышедшая из дорогого французского салона, вот так запросто обратилась к нему, но не растерялся и сказал:— Вы не знаете? Персидский посол в городе. Говорят, он из каждого своего появления на улице делает настоящее представление.Последние слова паренька потонули в нараставшем шуме толпы. Все повернули головы в ту сторону, откуда доносились приветственные крики. Джапоника отчего-то разволновалась. Персия! Какое сладкое слово! Она впервые по-настоящему затосковала по дому, по солнцу, по теплу.— Толпа движется в нашу сторону, миледи. Нам лучше поторопиться, — напомнил лакей.— Я хочу увидеть перса, — заныла Пиона. — Пожалуйста, давайте подождем и посмотрим на процессию.— Да, пожалуйста, — подхватили ее просьбу еще три сестры. Только Гиацинта молчала, разобиженная и надутая, как мокрая кошка.— Пожалуй, — согласилась Джапоника, хотя ее не слишком радовала перспектива торчать под дождем. — Я буду ждать вас в карете в конце улицы. — Подождав, пока девушки выйдут, она махнула вознице, и карета тронулась.Возница свернул с Оксфорд-стрит на маленькую улочку под названием Мэнсфилд-стрит и остановил лошадей. Когда шум толпы приблизился, Джапоника не совладала с любопытством и высунулась из окна.Мимо нее на большой скорости проехала карета, колеса которой, казалось, собрали всю дорожную грязь. Черная жижа летела во все стороны. Карета притормозила возле элегантного особняка в неоклассическом стиле, получившего название по имени одного из братьев Адам — шотландских архитекторов. Слуги, которые, вне всякого сомнения, уже ждали прибытия важной персоны, сбежали вниз с украшенного колоннами портика с зонтиками наготове.Джапоника увидела, как моложавый мужчина приятной наружности сошел со ступеней кареты.Он был высок. Из-под парчового тюрбана на плечи ниспадали длинные блестящие черные волосы. Черная густая борода перса была весьма живописна, но еще более живописным казался наряд — богато расшитый яркий халат, переливами цвета спорящий с оперением павлина. Прожив немало лет в Бушире, Джапоника ничего подобного не видела. Впрочем, женщины во дворец персидского шаха не допускались. Джапоника могла лишь довольствоваться рассказами отца. Но мирза, как ей показалось, сошел со страниц сказок «Тысяча и одна ночь».И вдруг, словно по волшебству, на улочку хлынула толпа — люди бежали следом за каретой. Посла приветствовали так, будто он был членом королевской семьи или по крайней мере прославленным героем войны. Словно из ниоткуда в руках людей появились стяги и платки восточной расцветки. Привязанные к древкам, они развевались над морем голов.Джапоника вглядывалась в лица других людей, выходивших из экипажа мирзы, в надежде увидеть кого-то из знакомых. Но кажется, никого из буширских знакомых в сопровождении посла не было. Впрочем, она не была в этом абсолютно уверена. Двое мужчин носили форму лейб-гвардейского конного полка, а с военными британского гарнизона судьба сводила ее не раз. Людей, одетых в гражданское платье, Джапоника не знала. Все, кроме самого мирзы, казались весьма довольными оказанным приемом. Перс довольным не выглядел — с каменным лицом он постоял немного перед толпой, после чего позволил увести себя в дом.Теперь Джапоника имела возможность получше рассмотреть тех, кто сопровождал индийского посла. Внимание ее привлек высокий, очень худой мужчина с черными волосами и ястребиным взором. Взгляд его беспокойно скользил по толпе зрителей. Словно почувствовав на себе взгляд девушки, он обернулся, и Джапоника, ошеломленная, поспешила спрятаться в глубине кареты.Лорд Синклер оправился от болезни и разъезжал по Лондону в компании мирзы Абул Хасана. Нет, она не ошиблась: лорд Синклер, он же Хинд-Див, сопровождал персидского вельможу.Голова закружилась, стало трудно дышать. Джапоника сделала над собой усилие и глубоко вдохнула. Она понимала, что долго не сможет выдержать этой нервотрепки. Она должна сделать первый шаг, каким бы трудным он ни казался. Если лорд Синклер затеял с ней игру, смысл которой оставался ей непонятен, пусть играет в свои игры в одиночестве. Она, Джапоника Фортнам, не желала принимать участия в чужих играх. Да будет так, сказала она себе. Раз ей выпало на долю брать льва в его пристанище, так тому и быть. Если ей суждено быть съеденной хищником, то по крайней мере она может утешиться тем, что сама вызвала льва на поединок.— Но когда? — пробормотала она вслух.И в этот момент дверца кареты открылась. Пятеро девиц забрались внутрь.Ровно в четверть четвертого следующего дня лорд Синклер принимал дома гостей. Вообще-то Девлин Синклер последнее время предпочитал одиночество любой компании, но, раз уж гости явились без приглашения, он счел себя обязанным принять их.
1 2 3 4 5 6 7 8 9 10 11 12 13 14 15 16 17 18 19 20 21 22 23 24 25 26 27 28 29 30 31 32 33 34 35 36 37 38 39 40 41 42 43 44 45 46 47 48 49 50 51

Загрузка...

загрузка...