ТВОРЧЕСТВО

ПОЗНАНИЕ


А  Б  В  Г  Д  Е  Ж  З  И  Й  К  Л  М  Н  О  П  Р  С  Т  У  Ф  Х  Ц  Ч  Ш  Щ  Э  Ю  Я  AZ

 

А на самом деле?..Люсинда еще хмурилась, размышляя над случившимся, когда, войдя в полутемный холл своего подъезда и не заметив упавший зонт, споткнулась об него. Попытавшись встать, охнула, села на пол и стала растирать лодыжку. Было очень больно. Она со злостью посмотрела на проклятый зонт.Наконец ей удалось медленно подняться, и, цепляясь за перила, Синди осторожно заковыляла к своей квартире.На некоторое время девушка отвлеклась от тяжелых мыслей. Целый час ушел на то, чтобы приготовить ужин, и, закончив дела, она чувствовала себя совершенно разбитой.В восемь часов вечера Синди позвонила врачу, старому другу их семьи, который после подробных расспросов сообщил, что она, видимо, растянула лодыжку, боль скоро пройдет, а для облегчения можно принять таблетку аспирина.— Большое спасибо, — поблагодарила Люсинда, — мне уже гораздо лучше.Врач, пожелав спокойной ночи, пообещал позвонить на следующий день.Но наутро боль не утихла, и, вздохнув, девушка позвонила в офис. Ее мгновенно соединили с Райсом.— Видимо, не смогу прийти сегодня, — терзая телефонный шнур, проговорила Синди, даже на расстоянии ощущая присутствие Томаса.— Почему? — В голосе не было ни беспокойства, ни сочувствия.А чего она, собственно, ожидала?— Я растянула лодыжку и еле передвигаюсь, — объяснила Синди.— Плохо, — кратко отозвался босс. — Ведь нам необходимо закончить работу над документами.— Я виновата, мистер Райс, — сказала, притворяясь смущенной, Люсинда. — В дальнейшем обещаю планировать неприятные происшествия на более подходящее время.— Буду вам благодарен, — согласился босс, и Люсинда стиснула зубы. — Если не возражаете, я зайду к вам после работы, скажем, в половине седьмого.— Зайдете? — испугалась девушка, но босс уже положил трубку. Несколько секунд она с раздражением слушала гудки…Остаток дня она провела в нервозном ожидании. Неожиданный визит Алана, который приехал к ней не предупредив, ничего, кроме раздражения, у Люсинды не вызвал. Он показался ей совсем неинтересным. Алан старался развлечь девушку, не понимая, что ей не до того. Для него жизнь оставалась непрекращающимся праздником, но ее начинало утомлять его неутомимое веселье.Люсинда несколько раз нетерпеливо посмотрела на часы. Поняв намек, Алан довольно резко, что не вязалось с его обычной манерой, произнес:— Извини за несвоевременный визит. В офисе мне сообщили про твой вывих, и я подумал, что тебе, вероятно, скучно.— Прости, Алан, — девушка чувствовала себя неловко, — но у меня голова занята другими проблемами.— И у меня тоже, — неожиданно сказал гость и замолчал. Видимо, он хотел чем-то поделиться, но не решался. Впервые Люсинда видела его столь серьезным, и ей стало стыдно, что она слушала Алена невнимательно.— Так ты о чем-то намеревался поговорить? — Люсинда вложила в вопрос вежливую заинтересованность, но Чарльз только неуверенно пожал плечами.— Да нет, — наконец ответил он. — Так, обычные неурядицы с женщинами.— Обычные? Алан, да ты всегда ладил с ними.Он засмеялся, и только теперь Люсинда заметила, что он действительно озабочен.— Да, — кивнул Чарльз, соглашаясь. — Даже стыдно, что я открыл простую истину только теперь, в моем-то возрасте!Но больше Люсинда ничего не узнала и вскоре забыла о разговоре, как только Алан ушел.Как девушка и ожидала, Томас появился в начале восьмого. И к тому времени ее напряжение вылилось в злость. Он, вероятно, решил прийти ко мне домой, думала Люсинда с возмущением, потому что необходимо доделать работу, и к тому же, видимо, считает, что может нанести визит в любое время. Поэтому, когда она наконец услышала стук, то, допрыгав до двери, резко распахнула ее и встретила Райса суровым взглядом.Он очень медленно оглядел Люсинду с головы до распухшей лодыжки, подхватил на руки и, не обращая внимания на протесты, отнес в комнату и опустил на стул.— Лучше сидите, — сказал он, снимая плащ. На улице шел дождь, крупные капли барабанили по окнам. — Я принес еду. — Девушка заметила коричневый бумажный пакет. — Китайские деликатесы. Надеюсь, вам понравятся.Что-то в поведении босса смущало ее, но тревожное ощущение ускользало, оставляя в душе смутное беспокойство. Просто начинает сказываться напряжение последних дней, подумала Люсинда.— Спасибо за заботу, — сказала она, тушуясь. Из головы не выходил его первый визит.— Возможно, вам трудно приготовить самой, — заметил Томас и отправился на кухню.Вскоре он вернулся с тарелками и столовыми приборами. Девушка молча наблюдала, как он достает из пакета небольшие коробки из фольги, открывает крышки.— Выглядит не очень привлекательно, правда? — сказал Райс, передавая еду, и Люсинда улыбнулась.— Но пахнет вкусно. — Она пристально смотрела на босса, не в состоянии оторвать глаз от его мужественного привлекательного лица.Сейчас, когда Синди призналась себе, что влюблена, все в Томасе восхищало ее: и сильное тело, и завитки черных волос на шее, и прямой нос. К его облику она добавляла свои впечатления. Поглядывая время от времени на Томаса, девушка надеялась, что он этого не заметит.— Как привыкаете к новому дому? — заговорил Райс. — Не жалеете?Люсинда ела и отвечала на его вопросы, уговаривая себя, что главная ее проблема — она сама. Сейчас девушка чувствовала себя с ним легко, что, впрочем, неудивительно: Томас обладал редким даром внимательного слушателя.Почему он сегодня такой милый и обаятельный? — постоянно вертелось в голове у Люсинды, но она старательно отгоняла назойливую мысль.— Вы изучили меня досконально, — сказала Синди, отодвигая тарелку. — Выяснили мое прошлое, настоящее и, благодаря папе, еще какие-то подробности.— Да, — согласился Томас.— Ну что ж, давайте займемся делами, Оставьте посуду в мойке, я ее потом уберу.Гость кивнул. Они принялись за бумаги: Люсинда расшифровывала стенограммы, намечала, чем займется в первую очередь, когда вернется на службу. Проработав около часа, босс наконец отложил документы, откинулся на стуле и объявил:— Вообще-то собственно и пришел сообщить вам, что я уезжаю недели на три.— А, тогда понятно. — Девушка не понимала, обрадовало ее это известие или огорчило.— Но я буду звонить каждый день. Вам придется управляться одной. Справитесь?— А как вы сами считаете? Томас задумчиво посмотрел на нее.— Я не сомневаюсь. — И странно улыбнулся, отчего у девушки побежали по коже мурашки. — Я, наверное, приятно удивлю вас: признаюсь, я ошибался на ваш счет. И хотя и первые впечатления меня не обманывали, думаю, ваша работа выше всех похвал.— Слышу ли я голос пришедшего с повинной? — спросила Синди, и Томас засмеялся.— Я, пожалуй, оставлю вопрос без ответа. Райс поднялся, и Люсинда решила, что он намеревается попрощаться. Но, оказалось, босс пошел на кухню и принес кофе.— Спасибо. — Девушка удивилась. — Никогда не предполагала, что вы такой хозяйственный: ужин, кофе…— Ну, кофе-то я могу сварить, — ответил .Томас, усаживаясь и приглаживая волосы, — Я даже относительно прилично готовлю.— Видимо, вам приходилось часто этим заниматься, когда вы учились, — заметила хозяйка.— И раньше тоже. Моя мать сильно болела. Мне приходилось вести домашние дела, а готовиться к экзаменам ночами. Я научился пылесосить и одновременно проверять статистические отчеты.Девушка засмеялась, мимоходом подумав, как может один и тот же человек быть столь властным, агрессивным боссом и одновременно остроумным собеседником.— Наверное, вам жилось нелегко? — спросила она.— Я быстро научился обходиться без посторонней помощи. — Томас пожал плечами. — Наука неплохая.Вот мы и вернулись к тому, с чего начинали, подумала Люсинда. К критике.— Не думаю, что кто-нибудь станет спорить, — проговорила она. — Тем более, увидев, какого успеха вы добились.— Успех — вещь неоднозначная, — проговорил Томас и задержал на девушке взгляд чуть дольше, чем следовало. — Успех, к сожалению, вызывает подозрение. Чем больше денег, тем уже круг людей, которым можно доверять. Да вы и сами, наверное, замечали.— Нет, — ответила Люсинда, подумав.— Потому что вы жили в мире, далеком от реальной действительности.— Я его не выбирала, — заметила девушка. Ей не хотелось нарушать теплую атмосферу, установившуюся между ними.Синди встала, чтобы размять затекшие ноги и отнести на кухню чашки, и уже наклонилась, начав собирать посуду, но Томас удержал ее руку.— Вам опасно много ходить, — очень мягко проговорил он.У Люсинды бешено заколотилось сердце. Она почувствовала, как знакомое волнение охватило ее, но старалась смотреть на Райса спокойно.— М-моя нога уже почти не б-болит, — заикаясь, пробормотала девушка.Томас нежно притянул ее к себе и усадил на диван рядом.— Позвольте мне взглянуть, — попросил он, и Люсинда почувствовала легкую панику.— Да так, небольшой синяк, — запротестовала она.Томас осторожно положил ее ногу к себе на колено и отодвинул подол длинной юбки, чтобы осмотреть лодыжку. И тут девушка почувствовала себя страшно смущенной, как дама времен королевы Виктории, раздевшаяся на публике. Почему он так ведет себя? Она вспомнила холодные, презрительные слова, брошенные Райсом, когда он впервые появился здесь, и попыталась убрать ногу, но тот ее держал крепко.— Итак? — Он поднял голову, и Люсинде пришлось напрячься, чтобы вспомнить — он спрашивал о том, как случилось несчастье.— Я споткнулась о зонт, — ответила она.— Ну вот. — Снова склонившись над лодыжкой, Томас очень бережно погладил ее.— Что вы делаете? — Девушка не узнала собственный голос, какой-то испуганный писк.Райс не обратил внимания.— Что сказал доктор? — заботливо спросил он.— Завтра будет лучше, а послезавтра — заживет.— Очень хорошо. — Босс улыбнулся чуть насмешливо, и Люсинда наконец поняла, что именно смущает ее: Томас соблазняет ее!От неожиданного открытия она лишилась дара речи. Чувствуя откровенный взгляд, скользящий по ее фигуре, Синди совершенно растерялась. Прежде, когда Томас смотрел в ее сторону, что случалось довольно редко, она понимала, что глубоко безразлична ему. Правда, особой тоски она не испытывала. В тот памятный вечер она бросилась в объятия Томаса с наивностью абсолютно неопытной девушки. Теперь же столкнулась со сложной игрой настоящего вожделения. Она отшатнулась.Совершенно сбитая с толку, Люсинда опять попыталась убрать ногу и услышала низкий голос:— Мне уйти?Наступило молчание. Нечастые капли дождя, попадающие на оконное стекло, казалось, выбивали барабанную дробь. Часы на каминной полке тикали, словно бомба с заведенным механизмом. И для того, чтобы нарушить невыносимую тишину, Люсинда, не придумав ничего лучшего, спросила:— Который час?Томас посмотрел на Синди с легкой иронией.— Время уходить или оставаться. Что выбираете?— Я не понимаю, что происходит, — ровным голосом сказала Люсинда. — Когда вы приходили в прошлый раз…— Вы слишком много выпили… — закончил фразу Томас, но девушка чувствовала, он что-то недоговаривает.Синди наконец опустила ногу на пол и замерла в странном оцепенении. Она так остро ощущала его присутствие, что едва дышала. Волосы закрывали ее лицо, чему она, впрочем, только радовалась — меньше всего Люсинде хотелось встретиться с ним взглядом.— Почему вы на меня не смотрите? — Райс убрал пряди с ее лица, и девушка подняла глаза.Она попробовала беззаботно рассмеяться, но раздались какие-то придушенные звуки. Очень глупо!— Боюсь, я чего-то не понимаю, — прошептала Синди.— Бывает, — пробормотал Томас, но истинный смысл слов опять ускользнул от нее. — Вы боитесь?Девушка не ответила.— Итак, Люсинда Блэр, вы хотите меня? Глава пятая Люсинда не была столь наивной, чтобы не понять, что происходит. Однако, когда слова прозвучали и Томас посмотрел блестящими глазами, здравые мысли вылетели у нее из головы.— Ч-что? — протянула она удивленно.Но Райс не стал повторять, лишь по-прежнему глядел не отрываясь на девушку. Кровь застучала у нее в висках, и Люсинда испугалась, что потеряет сознание.— А как же Реджина? — слабым голосом спросила она.Томас невесело усмехнулся:— Мы решили, что следует все обдумать.— То есть расстаетесь с ней? Но почему?— Почему люди расстаются? — ответил Томас как-то терпеливо, будто они уходили в сторону от важного вопроса.— Но вы же так подходите друг другу. — Люсинда хмурилась, пытаясь понять, почему Райс не желает обсуждать эту тему.
1 2 3 4 5 6 7 8 9 10 11 12 13 14 15 16 17 18 19

Загрузка...

загрузка...