ТВОРЧЕСТВО

ПОЗНАНИЕ

А  Б  В  Г  Д  Е  Ж  З  И  Й  К  Л  М  Н  О  П  Р  С  Т  У  Ф  Х  Ц  Ч  Ш  Щ  Э  Ю  Я  AZ

 

Они становятся взрослыми чуть ли не с пеленок.
– Да-да, конечно, – поспешил ответить Антон, при этом смущаясь и краснея. Он был сам поражен своей реакцией. Какая-то мелюзга своим невиннейшим вопросом посмела смутить инженера человеческой души, почти классика!
Он отвернулся, но тот же голосок вновь пропел ему в ухо:
– Парле ву франсэ?
Антон сразу же про себя отметил безупречное произношение.
– Да, говорю, но по-русски у меня получается лучше. – Он взял себя в руки и почувствовал, что уже не краснеет.
Девица смотрела на него с обожанием. Для бывшего учителя литературы это не было открытием. И все-таки на него давно так никто не смотрел.
«Может, она читала мои книги?»
Теперь, во время завязавшейся беседы, он получил возможность без стеснения разглядывать ее. Скрупулезный осмотр доставил ему удовольствие.
Девушка была с ним одного роста. Правда, туфли на высокой массивной платформе прибавляли ей росту. Рыжие джинсы и салатная футболка с надписью по-французски, в переводе: «Как рыба в воде» соблазнительно обтягивали ее стройную фигуру с едва наметившимися бугорками груди. Тонкие кисти рук все время находились в движении, жестикулировали, иногда только поправляя висящую на плече сумку-рюкзак. Ее кожа имела смугловатый оттенок, и нежность ее чувствовалась на расстоянии, еще до прикосновения к ней. Пышные каштановые волосы обрамляли симпатичную мордашку. Ангельские, широко раскрытые серо-голубые глаза с поволокой. Замысловатые дуги коричневых бровей. Немного вздернутый, с легкой горбинкой нос. Пухлые губы в бледно-коричневой помаде.
– Вы уже слышали эту банду?
– Какую банду? – не понял Полежаев.
– Группу «Модо». Вы разве не на нее берете билет?
Он даже не посмотрел, что сегодня идет в кинотеатре.
– Так сегодня здесь концерт? – сильно удивился Антон, и лицо его вытянулось.
– Какой вы смешной! – рассмеялась она и захлопала в ладоши. – Даже не посмотрели в афишу?
Это чудо природы с непомерной веселостью потихоньку начинало его раздражать. Бесцеремонные соплячки вряд ли могут нравиться серьезным молодым людям зрелого возраста.
– Билет, наверно, дорого стоит? – озадачился Полежаев.
– Наоборот. Цена символическая. Всего две тысячи рублей.
– Не может быть!
– Вы – прелесть! – Она снова захлопала в ладоши. Создавалось впечатление, что девушка принимает его за какого-то знаменитого комика. Каждое слово, оброненное Антоном, приводило ее в восторг.
– Почему так дешево?
– Потому что здесь все свои.
Действительно, кроме них, никто не говорит по-русски.
«Я, наверно, буду лишним в этой компании. Впрочем, я только сделаю свое дело и отчалю. Мне еще повезло, что такой дешевый билет».
– Только не говорите, что будете здесь лишним! – угадала его мысли веселушка.
«Вот пристала! Вокруг столько молодых парней!»
Ну а если серьезно, ему льстило такое повышенное внимание, почти обожание, со стороны девицы, и в фойе кинотеатра они вошли рука об руку. Вернее, он не успел глазом моргнуть, как та повисла у него на руке.
Когда они приземлились за столиком кафе, Антон понял, что зря радовался дешевизне билета. Концерт ему обойдется куда дороже.
– Давайте знакомиться, – предложила она, когда Полежаев заказал два кофе с коньяком. – Меня зовут Патрисия. Можно просто – Патя.
– А фамилия? – поинтересовался он, потому что хотел окончательно убедиться в ее национальности.
– Ой! Прямо как на допросе! – Опять взрыв хохота. – Патрисия Фабр, если угодно. Знакомая фамилия, не так ли?
Фамилия показалась не очень знакомой. У писателя вообще была плохая память на фамилии, но Патя сама пришла ему на помощь:
– Мой предок – известный драматург восемнадцатого века.
– Кажется, припоминаю. У нас он не очень известен.
– Ну да. Разве что как жертва якобинской диктатуры. Мой бедненький предок окончил дни свои под гильотиной!
Уж тут ее смех и вовсе был неуместен. Полежаев давно замечал, что французы слишком легкомысленно относятся к своей революции. Может, так и надо?
– Вы еще школьница?
– Нет, слава Богу, отмучилась! Мне на днях исполнилось восемнадцать, – с достоинством произнесла она.
Пожилая барменша принесла кофе. Антон вспомнил, что хотел показать барменше фотографию Шведенко, но при юной француженке делать это постеснялся. Пусть принимает его за холостого чудака, которому надо убить время.
– Я слушаю вас, Патрисия, и удивляюсь. Откуда вы так хорошо знаете русский?
– Русский? Но это мой родной язык. Я родилась в Москве. Здесь много таких, как я, – кивнула она в сторону фойе, все больше заполнявшегося ее соотечественниками. – Мы не совсем французы, но и русскими нас не назовешь. Поэтому любой привет с родины греет душу. Банда «Модо» уже не первый раз приезжает сюда. С ними весело.
– А со мной, наверно, скучно?
– Не скажите. Я как увидела тебя, так и обомлела. – Девушка неожиданно перешла на «ты». При этом в ее глазах что-то вспыхнуло, отчего Полежаеву стало не по себе.
– Обомлели? – растерянно повторил он.
– Ну да. Тебе никто не говорил, что ты как две капли воды похож на Марселя Пруста?
Он так совсем не считал. Более того, не находил ничего общего, но подобное сравнение не может не нравиться писателю.
– А вы тут часто бываете, Патрисия? – перевел Антон разговор на другую тему.
– Каждый понедельник. Я вообще-то не люблю, когда меня называют Патрисией, – предупредила она. – И потом, что мы все обо мне и обо мне? Хочешь, отгадаю твою профессию?
«Это нетрудно сделать, моя умница, если ты меня видела в телеящике!»
– Ты – частный детектив! Правильно?
– Как ты догадалась? – Он был ошарашен ее проницательностью.
– Тут нет ничего странного. Просто надо уметь логически рассуждать. Я подумала: зачем человек стоит в очереди за билетом, когда не знает, что там идет? Значит, ему надо просто попасть в кинотеатр. Для чего? Ясное дело – чтобы кого-то выследить.
– А может, человеку просто скучно и ему все равно, где и как убить время?
– Ты не похож на такого. В тебе бьется жилка активности, а те, о которых ты говоришь, обычно люди потерянные.
– Не слишком ли ты наблюдательна для своих лет?
Она ничего на это не ответила. Прозвенел третий звонок, и они направились в зал.
Патя не зря называла их бандой. Трое молодых людей и девушка напоминали бродячую труппу комедиантов, каковыми, возможно, и были. Под аккомпанемент гитары и аккордеона они намеревались совершить музыкальное путешествие от Мулен Руж до наших дней. Все это выглядело довольно провинциально и самодеятельно, но при этом в полупустом зале «Иллюзиона» возникла на удивление дружелюбная атмосфера какого-то семейного праздника.
Солист, похожий на Фернанделя в молодости, без конца одаривал публику своей лошадиной улыбкой.
1 2 3 4 5 6 7 8 9 10 11 12 13 14 15 16 17 18 19 20 21 22 23 24 25 26 27 28 29 30 31 32 33 34 35 36 37 38 39 40 41 42 43 44 45 46 47 48 49 50 51 52 53 54 55 56 57 58 59 60 61 62 63 64 65 66 67 68 69 70 71 72 73 74 75 76 77 78 79 80 81 82 83 84 85 86 87 88 89 90 91 92 93 94 95 96 97 98 99 100