ТВОРЧЕСТВО

ПОЗНАНИЕ

А  Б  В  Г  Д  Е  Ж  З  И  Й  К  Л  М  Н  О  П  Р  С  Т  У  Ф  Х  Ц  Ч  Ш  Щ  Э  Ю  Я  AZ

 


– А в прошлый понедельник Констанция была здесь?
– Да.
– Вы это утверждаете? А кто-нибудь еще может подтвердить ваши слова?
– Вряд ли. Я в тот вечер была одна.
– И она пришла с журналистом?
– Я не знала, что он журналист. Я вообще впервые видела этого человека. Мне потом Антон показывал его портрет.
– Вы ничего не путаете?
– Барменша тоже подтвердила, что видела в тот вечер Шведенко, – вспомнил писатель.
– Что журналист был в кинотеатре, сомнения у меня не вызывает. Но была ли здесь Констанция?
– Ее трудно с кем-либо спутать, – настаивала на своем Патя.
– Хорошо. Оставим этот вопрос открытым. Теперь поговорим о Саниной.
– Святая дева Мария! Сколько можно? Бывают же такие люди: мало того что при жизни докучают, так еще и после смерти не оставляют в покое!
– О ваших отношениях с Марией Степановной я наслышан.
Патрисия тяжело вздохнула, давая понять, как трудно ей говорить на эту тему.
– Именно она продиктовала вам адрес Лазарчук?
– А кто же еще? Степановна в тот вечер на меня надулась, когда увидела рядом Антона, и мне стоило немалого труда добыть адрес Констанции. Я пообещала Саниной, что на днях ей позвоню, и сердце бедной лесбиянки сразу оттаяло.
– Понятно. Значит, Санина и Лазарчук были знакомы, – задумчиво произнес следователь.
– Знакомы? Да я уверена, что их связывало нечто большее! – Патя полезла в рюкзак, достала пачку сигарет и закурила.
Еремин отметил про себя, что девушка курит «Голуаз». Пачка синего цвета.
– Не угостите сигареткой? – обратилась к ней Ольга, явно до этого скучавшая. – Забыла свои дома, – пояснила она и потянулась к синей пачке.
– Что это у вас, Оленька? – ласково обратился к ней Константин.
– Где? – не поняла гувернантка.
Сыщик перехватил ее руку и повернул ладонью вверх. С нижней фаланги указательного пальца на холм Юпитера спускался неровный шрам.
– Как это вас угораздило?
– Ах, это… – Она выдернула руку и ловко подцепила сигарету. – Порезала на днях кухонным ножом.
«От ножа шрам получился бы поровней, – сразу прикинул опытный детектив. – К тому же она порезала правую руку. Значит, нож должна была держать в левой. А сигарету держит в правой. Не левша».
– Патрисия, вы кому-нибудь говорили о случившемся? – продолжил он допрос.
– Кажется, нет.
– А если точно?
– Мама ничего не знает? – помог ей вспомнить Антон.
– Боже упаси! Я бы тогда не сидела здесь с вами, а была бы прикована к ней наручниками!
– Постарайтесь все-таки вспомнить, – настаивал Еремин. – Вот вам мой телефон. – Он протянул ей визитную карточку.
– Буду стараться! – шутливо откозыряла она.
За пять минут до начала Антон предложил другу спуститься в туалет.
– Молодец, что пришел и привел свою красавицу! – Константин похлопал его по плечу.
– Я набитый дурак! – возразил тот. – Ведь после сеанса меня ждет другое кино! Представляю, что она мне закатит!
– Это просто необходимо – выяснить все до свадьбы. Так что не расстраивайся. Все к лучшему. А девушка очень красивая. Только себе на уме.
– Да-да… – задумчиво произнес писатель.
– Что с тобой?
– Ничего. Устал.
– Да ты, по-моему, не перетрудился!
– Я, к твоему сведению, прямо из конторы рванул к Антонине Лазарчук. Вспомнил, что сегодня похороны. Повидался с тем парнем, который все организовал. Он оказался близким другом Констанции. В такой день я не осмелился его расспрашивать, зато записал домашний телефон. Думаю, что есть смысл встретиться.
– Отлично, – похвалил следователь. – Бери его на себя. Потом доложишь.
Фильм шел с русскими субтитрами, поэтому интимность перевода на ушко не удалась. Еремину с интимом редко везло. Они смотрели черную комедию «Дед Мороз – ублюдок», и Ольга время от времени морщила нос. После того как на экране под непрерывный смех в зале расчленили труп и каждую отдельную часть упаковали на манер новогоднего подарка, Константин заметил, что на лбу гувернантки выступил пот.
Она склонила голову к его плечу и прошептала в ужасе:
– Почему они смеются?
– Может, выйдем на свежий воздух? – предложил он.
Они спустились вниз по Яузскому бульвару и приземлились на одну из скамеек Покровского. Уже стемнело, и движение транспорта стихло. Только редкие трамваи, жавшиеся к ограде, надрывным лязгом нарушали тишину.
– Культпоход, кажется, не удался, – нарушил тягостное молчание следователь.
– Да, не повезло.
– Может, заглянем в какое-нибудь кафе? По рюмке коньяку, а?
– Я не пью крепких напитков. Да и пора мне. Проводите до метро – и все. Никаких хлопот.
– Не родилась еще та женщина, что доставит мне массу хлопот! – то ли похвастался, то ли пожаловался Костя. – Вот Полежаеву женщины вечно доставляют хлопоты. Аж завидно!
– У вас симпатичный друг.
– И вы туда же!
– Мне тоже не везет с мужчинами, – призналась Ольга.
– Были замужем?
– Дважды.
– Никогда бы не подумал!
– Самой не верится. С первым прожила год, а на второго и трех месяцев хватило.
– Чем же они так не угодили?
– Зачем вам знать подробности? Или вы решили стать третьим? – Ольга засмеялась не свойственным ей звонким смехом. – Что, испугались? Дрогнул меч в руках бесстрашного рыцаря?
– Ну почему же?.. – Еремин на самом деле растерялся.
– Ладно, хватит глупостей, – посерьезнела гувернантка. – Вы ведь ждете от меня совсем другого.
– Чего?
– Я звонила по вашей просьбе Зинаиде Ивановне, кухарке Грызунова, – напомнила Ольга. – Она, разумеется, удивилась. Мы ведь с ней почти не общались. На радостях выложила все последние новости. В основном правительственные. Интерес к политике у этой женщины граничит с безумием. Потом сообщила, что хозяин отбыл в США в командировку. На днях ожидается. В загородном доме он почти не бывает. Так что ей теперь приходится обслуживать его в городе. Горничную он не сменил. У Зинаиды Ивановны случайно оказался ее адрес. Она долго у меня выпытывала, что именно я потеряла. Пришлось на ходу придумать нелепую сережку.
– Вы мне здорово помогли.
Он переписал адрес горничной к себе в блокнот.
– На этом наши пути расходятся, – улыбнулась она.
– Зачем же так грустно? Я хотел бы еще с вами встретиться.
– По делу?
– Нет.
– Вряд ли получится.
– Почему?
– Я на днях улетаю в Бельгию.
– Снова нанимаетесь в гувернантки?
– Угадали.
– Виза уже готова?
– Вот-вот должна получить.
– Порезанный палец не помешает обучать детей музыке?
Она вдруг подтянулась и холодно сказала:
– Мне пора.
Теперь уже он не знал, с какой стороны к ней подступиться. Напряжение в общении с Ольгой росло. Порезанный палец не давал ему покоя, хотя все это и могло оказаться нелепой случайностью. Сколько их было в его практике!
Константин не знал толком, что ему от нее надо. Мужчина и сыщик боролись в нем, и бой шел на равных.
1 2 3 4 5 6 7 8 9 10 11 12 13 14 15 16 17 18 19 20 21 22 23 24 25 26 27 28 29 30 31 32 33 34 35 36 37 38 39 40 41 42 43 44 45 46 47 48 49 50 51 52 53 54 55 56 57 58 59 60 61 62 63 64 65 66 67 68 69 70 71 72 73 74 75 76 77 78 79 80 81 82 83 84 85 86 87 88 89 90 91 92 93 94 95 96 97 98 99 100