ТВОРЧЕСТВО

ПОЗНАНИЕ

А  Б  В  Г  Д  Е  Ж  З  И  Й  К  Л  М  Н  О  П  Р  С  Т  У  Ф  Х  Ц  Ч  Ш  Щ  Э  Ю  Я  AZ

 


– Давно я не занимался кражами, – с усмешкой признался он, – в основном мне доверяют «мокрые» дела. Ну что ж, начнем с традиционного. Надо бы посмотреть вашу подмосковную квартиру.
– Вас устраивает завтра в десять утра?
– Вполне.
– Я вас буду ждать на Красной Пресне. Ночной клуб «Арлекино» знаете? Спросите меня на клубной автостоянке.
И он протянул Константину свою визитную карточку с двуглавым серебряным орлом.
* * *
Пришлось пожертвовать третьим отделением. Банда «Модо», не на шутку подогретая напитками из бара, наверно, вдоволь поиздевалась над Жаком Брелем и Адамо, над Джо Дассеном и Клодом Франсуа, но писатель этого уже не услышал.
Тоненькая девочка на массивных платформах, с рюкзачком на плече неведомым зверьком вынырнула из тяжелых дверей кинотеатра.
– Я узнала! – крикнула она с порога Полежаеву. – Это не так уж далеко. В Кузьминках. Но предупреждаю: мы можем попасть в смешную ситуацию.
– Думаю, что будет не до смеха.
Антон помнил, каким мрачным было лицо Еремина, когда тот сообщил ему результаты экспертизы после осмотра квартиры Шведенко.
– Тогда едем! – решительно заявила Патрисия. Похоже, ее приводило в восторг все, что исходило от Полежаева.
Он ринулся в сторону Таганки.
– Ты куда? – засмеялась она.
– На метро.
– Боже мой! – воздела она по-театральному руки к небу, а потом, ни слова не говоря, взяла его за мизинец и потащила к машинам, припаркованным возле кинотеатра.
Писатель не поверил своим глазам. Эта пигалица, эта шмакодявка направилась к шикарному, черному с розовым джипу «вранглер», стоявшему у самой дороги. Такие агрегаты под старину, отполированные до зеркального блеска, всегда поднимали ему настроение и ни в коем случае не возбуждали зависти. Он прекрасно понимал, что за такую игрушку надо отбывать каторгу, то есть несколько лет заниматься самоистязанием, немилосердно трудясь за пишущей машинкой. Теперь же Антон почувствовал, как все в нем протестует.
«Что такого сделала, выдумала, изобрела эта французская девчонка? Откуда привалило вдруг счастье? Не угнала же она ее, в самом деле?»
– Алло! Ты едешь или передумал?
Он как во сне опустился на мягкое сиденье и хлопнул дверцей.
– Ты плохо закрыл, – заметила она, выезжая на дорогу, – и пристегни ремень. Да что с тобой? Словно проглотил таракана!
– Не могу прийти в себя от твоей тачки, – честно признался Полежаев.
– Не бери в голову, – посоветовала Патя, – главное, приди в себя, когда мы ворвемся к этим голубчикам. Представляю, как нам обрадуется Констанция! Твой друг женат?
Он утвердительно кивнул.
– Так я и думала! И ты его разыскиваешь по поручению жены?
«А ведь она почти угадала! Неплохо кумекает для своих лет!»
– Ты, наверно, учишься на психолога?
– Нигде я не учусь! – гордо ответила она.
– Тебя содержат родители?
– Для тебя это важно?
– Ты, кажется, собиралась за меня замуж? – «к месту» вспомнил Антон.
– О-ля-ля! По-моему, ты не очень горел ответным чувством, пока не сел в мой джипчик!
– Я и сейчас не особо горю! – фыркнул Полежаев.
– Посмотрим, – самоуверенно подмигнула она.
«Она это серьезно? Так не бывает. Неужели не видит, что я староват для нее, да и бедноват? Восемнадцатилетняя девочка – это мы уже проходили! Ничего путного из этого не получается. У нее, видите ли, первая любовь, а потом она забудет, как тебя звали! Интересно, знает она, кто я такой, или нет?..»
– Как же так, Патя? Ты готова выскочить замуж за первого встречного после двух часов знакомства, не установив даже личность своего нового приятеля? А может, я бандит с большой дороги?
– Не смеши меня – я за рулем! Если хочешь знать, это любовь с первого взгляда. Джульетта тоже сразу не поняла, в кого втрескалась!
– Там все кончилось печально, – со вздохом напомнил Антон и не мог не признать очевидного факта – девочка здорово согрела ему душу своим немного грубоватым признанием.
Он посмотрел на нее по-новому.
«А хороша! Даже очень хороша! С такой, наверно, одно удовольствие барахтаться в постели! Гладкая смуглая кожа, острые грудки, грациозно откинутая попка. Даже за рулем не теряет своей балетной осанки! Что тебе еще, дураку, надо? Бери, пока дают! Ведь такие лапушки всегда были твоей слабостью!»
– Значит, поступим так, – сказала Патрисия, остановив машину. – Ты пойдешь туда один. Мне не очень-то охота светиться перед этой гнилой переводчицей. Заарканила женатого мужика – пусть сама выкручивается! Я подожду тебя в машине.
– Идет. Только дай мне адрес.
Она протянула смятый клочок бумаги, исписанный неровным детским почерком.
Она даже машину предусмотрительно остановила не во дворе, а на проезжей части. Ведь ее «вранглер» сразу бросался в глаза. Даже если та, другая, и не помнила Патю в лицо (но такую яркую внешность трудно не запомнить!), то, во всяком случае, джип сохранился в памяти навечно.
Констанция жила на третьем этаже девятиэтажного панельного дома.
«Интересно, это ее квартира или съемная?» Любопытство бывшего лимитчика время от времени давало себя знать.
Он позвонил смело, порывисто, как будто явилось запоздавшее Возмездие, но вместо ожидаемого набата звонок пролялякал сладенькую, когда-то намертво прилипшую к ушам ламбаду. Никто не открыл. Ламбада заиграла на «бис». Антон прислушался. Судя по всему, Констанция грешила часто, и он мог застать ее врасплох. Была нужда бросаться открывать сломя голову дверь, прикрывая на ходу голый зад, когда никого не ждешь в гости!
И в третий раз латиноамериканские позывные остались невостребованными.
«Не может человеку так долго везти в течение одного дня!» Уж так устроены писатели. Любая неудача заставляет их философствовать.
Опустив голову, Антон стал спускаться вниз, не воспользовавшись услугами лифта. Это был тот самый случай, когда прогресс бессилен.
«Удивительно! Почему я так расстроен? Потому что мне не открыли? Да, это всегда неприятно, когда тебе не открывают. Но если там никого нет? Не было ни звука. Ну и что? Чувство такое, что мне не открыли. И наплевать!»
Так, споря сам с собой, он добрел до лестничной площадки, между вторым и первым этажами. От цветовой несовместимости грязно-бурых стен и свежевыкрашенных серебристых почтовых ящиков на душе стало еще муторней. «Стоп! Это, кажется, идея!» Он нащупал глазами нужный ящик и с удовлетворением отметил, что на нем не висит замок.
«Что там может быть? Письмо, открытка, извещение, счет за телефон? Все сгодится. Но как же я посмею? В чужой ящик. В чужую жизнь. Эх, гнилушка ты, гнилушка, Полежаев! А разве ты не занимаешься тем же самым изо дня в день, когда сидишь за пишущей машинкой? Не дрейфь, паря! Значит, пришло время вскрывать ящики!»
С какой-то неподдельной решимостью он рванул на себя дверку почтового ящика.
1 2 3 4 5 6 7 8 9 10 11 12 13 14 15 16 17 18 19 20 21 22 23 24 25 26 27 28 29 30 31 32 33 34 35 36 37 38 39 40 41 42 43 44 45 46 47 48 49 50 51 52 53 54 55 56 57 58 59 60 61 62 63 64 65 66 67 68 69 70 71 72 73 74 75 76 77 78 79 80 81 82 83 84 85 86 87 88 89 90 91 92 93 94 95 96 97 98 99 100