ТВОРЧЕСТВО

ПОЗНАНИЕ

А  Б  В  Г  Д  Е  Ж  З  И  Й  К  Л  М  Н  О  П  Р  С  Т  У  Ф  Х  Ц  Ч  Ш  Щ  Э  Ю  Я  AZ

 

Каким образом полиция вышла на них? С этим еще предстоит разбираться… Кравцов купил таксофонную карту и зашел в кабину телефона. Со своим собеседником он разговаривал около минуты.
— Понял, — ответил знакомый голос. С этим же человеком Валентин общался в девяносто первом, когда прилетал ликвидировать Банкира. — Понял. Ты где сейчас?
— На станции Баденбергштрассе.
— Понял. Там прямо напротив есть кафе. Жди. Я буду минут через двадцать. Подъеду на синем «ауди-100». Выйдешь.
Валентин вошел в кафе, заказал черный кофе с ромом. Молоденькая официантка принесла кофе и обязательный стакан воды. В ее речи Кравцов уловил славянский акцент. Он зафиксировал это машинально. Мозг капитана спецслужбы работал над решением другой задачи: почему они провалились? И что можно теперь предпринять?
Мимо витрины медленно проехал полицейский автомобиль. Валентин пил кофе, курил сигарету и ждал… Через двадцать три минуты у кафе остановился темно-синий «ауди-100». Кравцов положил на столик деньги и вышел на улицу. Он прошел мимо машины и свернул в переулок. «Ауди» притормозил рядом, консультант нырнул в салон.
…Сейчас Натан Когль сидел в салоне прокатного «фольксвагена» и ждал появления Гончарова. Он уже знал о причинах провала, знал и о том, что Гончаров нашелся. В той пачке фотографий, которую они отсняли накануне, удалось четко идентифицировать Вадима Петровича. Невероятно состарившегося за шесть лет, почти неузнаваемого. При традиционных в криминалистике методах фотопортретной идентификации эксперты используют двенадцать-четырнадцать топографо-анатомических точек лица фас-профиль. При этом желательно использовать аналогичные по ракурсу и масштабу фотоснимки… Кравцов пользовался новой, высокоэффективной методикой, разработанной в недрах научно-исследовательской базы КГБ СССР. Вадим Петрович Гончаров был опознан стопроцентно. Накануне, в четверг восьмого сентября, он посетил банк «Австрийский кредит». Провел там всего шесть минут. За такое короткое время серьезные документы не подписывают. Это означало, что Гончаров появится вновь. Двадцать минут назад Вадим Петрович вошел в банк вместе с очень красивой блондинкой. Дождались!
Натан Когль сообщил об этом двум консультантам, которые мирно попивали кофеек в салоне минивэна «шевроле». Они прибыли в Австрию только вчера поездом через Чехию. Это позволило доставить в Вену некоторый груз, который невозможно протащить самолетом… Рано Резо посчитал конкурентов неопасными. Профессионалы опасны всегда.
Старый адвокат Фегельзанг сидел в открытом уличном кафе. Он снял и положил на стол свою шляпу. Было тепло. Легкий ветерок слегка шевелил седые волосы. Герр Фегельзанг заказал двойной эфиопский кофе, заваренный с невозможно малым количеством воды. Ему бы не стоило пить этот зверской крепости напиток. Но он решил — сегодня можно. Он вспомнил, как тосковал по кофе в Сибири… Давно это было. Тогда еще казалось, что вся жизнь впереди. И вот она уже прошла… И — что?
Напротив гостиницы, неподалеку от входа в банк, прогуливались и не спеша беседовали двое каких-то кавказцев. Деловые костюмы, галстуки, кейсы… Видимо — кого-то ожидают. Через улицу вход в торговый пассаж. Оттуда изредка выходят люди, входят люди… Цены в старой части Вены высоки. Венцы редко покупают здесь. Дитер Фегельзанг контролировал вход в пассаж поверх газеты. Он не стал надевать очки и, когда смотрел на газетный лист, видел только серые слившиеся полоски строк. Эфиопский кофе обжигал гортань.
Адвокат бросил взгляд на свой «Лонжин». Вадим выйдет через несколько минут.
Вадим Петрович Гончаров, он же гражданин Канады Пьер Даллет, встал и протянул руку управляющему банком. Он с отвращением ощущал следы дактилоскопической краски — эти банковские крысы затеяли повторную проверку. Ощущение было ложным — после сличения дактилокарты он тщательно вымыл руки.
— Благодарю вас, господин Зелински, — сказал Пьер Даллет на приличном немецком.
— Напротив, херр Даллет, для нас была честь работать со столь солидным клиентом. Уже сегодня ваш вклад и вклад господина Фегельзанга будут оформлены и в Канаде, и в Швейцарии. Нам, право, жаль, что вы не можете далее продолжать сотрудничество с нами. Тем не менее банк «Австрийский кредит» всегда к вашим услугам.
Управляющий обернулся к Кате:
— Фрау Даллет…
Катя улыбнулась. «Сказочно красивая женщина», — подумал управляющий. — «Кем ей приходится этот старик: муж или отец?»
— Благодарю вас, господин Зелински, — сказала Катя.
Пьер Даллет подхватил кейс, в котором лежали пять миллионов австрийских шиллингов.
— Вы уверены что вам не нужна охрана? Фирма предоставит ее бесплатно.
— Нет, — сухо ответил Пьер. — Нам не нужна охрана.
Управляющий покачал головой. Клиент казался ему безумцем. Сопровождаемый управляющим, Вадим Петрович пересек холл и вышел из вращающейся двери банка «Австрийский кредит». Дитер сидел в кафе с непокрытой головой… порядок!
— Двадцать пять, — негромко сказал в салоне «фольксвагена» капитан Кравцов. И тут же услышал в небольшом микрофончике, вставленном в правое ухо:
— Плюс пять.
Резо увидел седого пожилого человека в дверях банка. Светло-серый костюм, кейс в левой руке. Человек посмотрел по сторонам и поправил узел галстука. Кавказец стиснул зубы: он узнал этот жест! Гончаров повернулся направо и пошел в сторону пассажа. Резо узнал эту походку!
Он взял с подоконника черную мыльницу радиостанции.
— Вадым вышел, — сказал он напряженно. — Идет к пассажу… Двое — за ним. Не вздумайте его упустить. Один ждет Катьку.
Вадим Петрович поправил узел галстука, повернул направо и пошел в сторону пассажа. Ноги в мягких кожаных туфлях легко ступали по красноватой брусчатке. Он ощущал вес кейса с миллионом долларов в руке. А еще он ощущал, что помолодел на десять лет. А может быть — на двадцать. Вадим — Пьер Гончаров — Даллет вошел в пассаж. На противоположной улице — осталось пройти всего какие-то шестьдесят метров — его уже ждет загодя заказанное такси. Через минуту он подъедет к дверям банка, заберет Катю и…
Кате было зябко. Она обхватила ладонями, локти и подошла к огромному стеклу в холле банка. Элегантная, стального цвета сумочка с договорами — их и Дитера — висела на левой руке. Солидная, с водяными знаками бумага стоила пятьдесят миллионов долларов. Там стояло ее имя и имя Вадима — Пьера Даллета. Второй, десятимиллионный счет, открыт на имя Дитера Фегельзанга. Почти невесомая сумочка оттягивала руку. Катя ощущала легкий озноб. За поляризованным бронестеклом шли по улице люди. На противоположной стороне стояла надменная, респектабельная гостиница «Роза и лев». Катя подняла глаза к окнам номера, в котором она встретила погибшего шесть лет назад мужа… Катя подняла глаза и ощутила странное беспокойство.
1 2 3 4 5 6 7 8 9 10 11 12 13 14 15 16 17 18 19 20 21 22 23 24 25 26 27 28 29 30 31 32 33 34 35 36 37 38 39 40 41 42 43 44 45 46 47 48 49 50 51 52 53 54 55 56 57 58 59 60 61 62 63 64 65 66 67 68 69 70 71 72 73 74 75 76 77 78 79 80 81 82 83 84 85 86 87 88 89 90 91 92 93 94 95 96 97 98 99 100 101 102