ТВОРЧЕСТВО

ПОЗНАНИЕ

А  Б  В  Г  Д  Е  Ж  З  И  Й  К  Л  М  Н  О  П  Р  С  Т  У  Ф  Х  Ц  Ч  Ш  Щ  Э  Ю  Я  AZ

 


— Так чего, Копейкин, пойдешь за пивом?
— Сам ты — Копейкин, — сказал Андрей. — Ты зачем труп в комоде держишь?
— От трупа слышу, — Мелодий зло блеснул глазами. — Это жена моя, Марианна. Понял?! Старухе ее трупом назови — она тебе быстро зенки повыцарапывает.
— Какая жена? — Андрей смотрел на него, как на идиота.
— Жена! Она в летаргическом сне. Бабка сказала, что, если я ее в интернат для инвалидов сплавлю, она мне коляску не даст никогда и еще квартиру подожжет. Это она может! А Марианна чего, Марианна тихонько лежит себе. Кормлю ее иногда, через специальный зонд, иногда врач приходит, тоже наблюдает… А в интернате ее б точно голодом заморили. Да и старуха мне бы жизни не дала, такая стерва!
— Давно спит? — Андрей не верил Мелодию, ему казалось, что он морочит ему голову.
— Лет пятнадцать.
— А можно посмотреть еще раз? — попросил Андрей.
— Да смотри сколько угодно, подумаешь, добра-то. — Мелодий открыл помещение для тела. — Смотри, сколько хочешь… Видишь, я состарился, а она все молодая. У меня мавзолей бесплатный! Слушай, Копейкин, а ты за пивом идти собираешься, тут тебе не музей восковых фигур?!
— Сейчас, сейчас, подожди, — Андрей присел на корточки и стал смотреть на спящую женщину… Нет, хоть тресни, не была она похожа на спящую! Труп трупом. Андрей потрогал холоднющие руки, нос, даже приподнял веко, открыв голубой, как небо, глаз… Трудно было допустить, что где-то в глубине этого тела текла слабая жизнь.
— Красивая, — сказал он, — я таких красивых не видел никогда.
— Да, Марьяша у меня точно — красавица. Мне все пацаны завидовали, когда она за меня замуж выходила. Ну, ты идешь в магазин, Копейкин!
— Слушай, а может, она того… Умерла уже, больно холодная.
— Сам ты того! Ты мою Марьяшу не обижай, я за ее бабский счет живу… А ты говоришь, того. — Мелодий захлопнул крышку. — Ну все, просмотр закончен, мавзолей закрыт на просушку, давай в магазин вали, одна нога здесь — другая там.
Серенький, неприметный человек продолжал сидеть, покуривая на свежем воздухе. Андрей вошел в парадную, где жила старуха, неслышно поднялся до ее двери и, оглянувшись, приложил к ней ухо.
Из квартиры донеслись до него женские голоса. Один булькающий, старухин, он признал сразу, второй, как ему показалось, принадлежал Кристине. Он поменял ухо, вслушиваясь… нет, слов было не разобрать. Замок в двери внезапно щелкнул. Андрей, двумя громадными прыжками преодолев лестничный пролет, оказался на площадке второго этажа. Из квартиры вышла женщина в мешковатом пальто, глухо завязанном платке и темных очках. Она мало походила на Кристину, но это была она, должно быть, ей зачем-то нужно было изменить внешность.
— Выходи, Андрей, — сказала она, захлопнув дверь в квартиру. — Нечего за мной шпионить.
— Да я и не шпионил, — пробурчал он, спускаясь к ней, — ты же не сказала, где тебя искать, пришлось по своим каналам выяснять.
— По рекам и каналам, — сказала она и ухмыльнулась какой-то своей мысли.
Между тем они вышли из подворотни и повернули в сторону Невы. Кристина крепко держала его под руку и шла очень быстро, Андрей еле поспевал.
— Куда мы мчимся?
Он попробовал приостановить стремительное движение, но Кристина насильно повела его дальше, не меняя темпа.
— Иди, не оглядывайся, — сказала она сердито. — Нам нужно уйти от слежки.
— А кто за нами следит-то, твой муж, что ли?
— Не он сам, конечно. Своего идиота прислал — каждый день у нас во дворе пасется, мразь такая.
Андрей тем не менее исподтишка все-таки поглядывал назад: то вполоборота повернув голову и сильно скосив глаза, то используя старый шпионский метод, которому обучился в детстве, — через витрины магазинов. Они дошли до набережной, свернули на небольшой деревянный мостик к Петропавловской крепости.
— Этот тип в сереньком пальтишке? — догадался он. — Этот плюгавый придурок?
— Юра подсылает ко мне своих лучших людей.
Серенький тип, однако, вида был достаточно паршивого, хотя, по словам Кристины, один из лучших Юриных людей, а по наблюдениям Андрея — еще и глуп. Иногда он вел себя как законченный придурок: вдруг бросался к стене дома или, остановившись, глядел в другую сторону, прикидываясь приезжим зевакой, делая все это настолько старательно и бездарно, что возникало подозрение, в своем ли он уме. Они вошли в ворота Петропавловской крепости, здесь было мало людей. Кристина, нахально повернувшись к серенькому типу, покрутила указательным пальцем у виска. Мол, придурок. Андрей был с этим согласен.
— Ну, а теперь давай драпалять от него. Ты только меня слушайся.
— С удовольствием, — ответил Андрей, сквозь пальто чувствуя ее тело, и это было ему приятно. — С удовольствием…
— Он все равно сделать ничего не посмеет.
Почему ничего сделать не посмеет, Андрей спрашивать не стал.
Зайдя в ворота крепости, они повернули за угол направо и бегом бросились в дальний угол двора к двухэтажному зданию.
— Теперь вон к тому дому, — скомандовала Кристина.
Они добежали до следующего здания.
Кристина бегала здорово, Андрей еле за ней поспевал.
— Пусть нас поищет, придурок, — с насмешкой сказала она, опершись спиной о стену и снимая темные очки.
Кристина дала время отдышаться.
— А теперь дальше пойдем. Пока они выходы обложат, нам отсюда уйти нужно.
— Мы куда-то не туда идем.
— Эх, зря ты, Андрей, в это дело ввязался, предупреждала я тебя… — не обратив внимания на его замечание, проговорила Кристина задумчиво. — Теперь иди, куда ведут, хоть и не всегда захочешь.
Они вышли через ворота к Неве. Летом здесь располагался пляж, и песок вдоль стены усеивали тела загорающих, теперь же не было ни души. Лед на Неве потемнел и, несмотря на пасмурный и ветреный день, было видно, что он здесь ненадолго и скоро придет весна. Кристина решительно зашагала по мерзлому песку вдоль стены. Она знала здесь все ходы и выходы, через двести метров они дошли до ворот, а через них снова оказались за крепостными стенами.
Они проделали обратный путь до Петроградской, так и не встретив серенького типа.
— Все-таки позволь узнать, что это за тайны, кто за тобой следит, да и вообще…
— Я, честно говоря, поначалу не хотела тебе ничего говорить, но раз уж ты сам напросился, раз ты такой бестолковый и тебе не терпится влезть в это дело… То ты уж сам на себя пеняй.
— Конечно, на себя пенять буду, а на кого же еще…
— К бабушке не пойдем, она тебя не любит… она вообще мужиков всех не любит… Обидел ее один… Сволочь! Ну, ладно, давай найдем местечко, расскажу тебе.
Манера говорить у Кристины иногда становилась, как у ее бабушки, она, как бабушка, путала слова местами.
— Поехали уж тогда ко мне, — предложил Андрей, с немалым удовольствием, даже через пальто, чувствуя ее грудь.
1 2 3 4 5 6 7 8 9 10 11 12 13 14 15 16 17 18 19 20 21 22 23 24 25 26 27 28 29 30 31 32 33 34 35 36 37 38 39 40 41 42 43 44 45 46 47 48 49