ТВОРЧЕСТВО

ПОЗНАНИЕ

А  Б  В  Г  Д  Е  Ж  З  И  Й  К  Л  М  Н  О  П  Р  С  Т  У  Ф  Х  Ц  Ч  Ш  Щ  Э  Ю  Я  AZ

 

– Но я не хочу снова выходить замуж.
Они сидели у камина, он держал ее за руку и уже третий раз за прошедший год просил хорошенько подумать.
– Я не хочу торопить вас, – говорил он. – Но вам следует подумать о будущем мальчика, ведь ему нужен отец. Я очень привязан к нему, да и он ко мне тоже. Я хочу одного: чтобы вы были счастливы, Анжела.
Это был честный человек, доброй души. Отец ее уже оставил практику из-за больного сердца, и Джим Халберт работал теперь с младшим партнером, у которого была жена и ребенок. Мужчина он хоть куда, несмотря на возраст. Многие женщины были бы с ним очень счастливы.
А ведь я могла бы обосноваться здесь, думала Анжела, стать хорошей женой врача, провела бы всю жизнь в поселке, где родилась, воспитывала бы детей так же, как была воспитана сама. Если бы не повстречала Стивена Фалькони. Если бы он не смотрел на меня глазами моего сына.
– Я знаю, Джим, – сказала она. – Но зачем притворяться, будто я передумаю? Я не передумаю. Я знаю все аргументы против этого, но знаю и то, что смогу воспитать Чарли и сама. Собственно, я вас позвала сегодня, потому что хочу кое-что вам сказать.
У него был несчастный вид. Ей не хотелось обижать его отказом, разрушать надежды. Но продолжать в том же духе и позволить ему надеяться было бы нечестно.
– Вы уезжаете, – сказал он.
– Да. Откуда вы знаете?
– Ваша мать говорила что-то такое.
Миссис Драммонд, бестактная, как обычно, была слишком взволнована, чтобы говорить обиняками.
– Вам бы лучше предпринять что-нибудь, Джим, прежде чем она уедет и найдет себе работу, к которой так рвется. Пойдите, предложите ей еще раз, хорошо? Заставьте ее передумать.
Родители желали этого брака. Благодаря ему можно будет не беспокоиться за практику, Анжела получит свой дом и мужа, которого они любили и которому доверяли. И прежде всего, это заполнило бы пробел в биографии мальчика.
Они по-своему любили Чарли, хотя их огорчало, что он не похож на англичанина. «В нем нет ни капли крови Драммондов, – жаловался жене отец Анжелы, а потом виноватым тоном добавлял: – Но он все равно чудесный мальчишка».
– Я устроилась на работу в лондонскую фирму, – сказала Анжела. – Им нужен инспектор по кадрам. Звучит внушительно, и платят там неплохо. Я прошла собеседование, и меня приняли. Помогла профессия медсестры.
Не только это, подумал он. Неужели непонятно, что им нужна именно такая привлекательная, умная женщина? Вслух он сказал:
– А как же Чарли?
– Ему восемь лет, – ответила Анжела. – Пора отправляться в школу. До сих пор годилась и сельская, но теперь надо учиться всерьез. Папа оплатил полис на все время обучения в государственной школе. Очень щедро с его стороны. Так что через две недели я переезжаю в Лондон.
Минуту он молчал. Достал трубку, набил ее, примял табак, закурил, затянулся. На это ушло время.
– Ну хорошо, дорогая, – сказал он. – Наверное, вам виднее. Я люблю вас и всегда буду любить. Если вы передумаете и Лондон вам надоест – я буду здесь. Нам порой бывало очень хорошо вместе. Поцелуйте меня на прощание, ладно?
– Ну конечно, – ответила она. – Не знаю, что бы я делала без вас, Джим. Вы были так добры к нам обоим. Спасибо за все. – Они обнялись и поцеловались.
– Ну, желаю удачи, – сказал он. – Сейчас я ухожу. Но перед вашим отъездом мы могли бы вместе пообедать.
– С удовольствием, – сказала Анжела.
Когда он ушел, она поворошила кочергой дрова в камине, налила стакан вина перед сном. Грустно, но в то же время гора с плеч. Она не хочет замуж ни за него, ни за кого-то другого. Ей нужно изменить свою жизнь, оторваться от сына, прежде чем он слишком привяжется к ней, и надеяться, что когда-нибудь она обретет личное счастье. Мысль о работе все больше и больше занимала ее, тем более что сын подрос и уже не нуждался в постоянном надзоре.
У меня полно сил, решила она. И они во мне пропадают, а ведь их можно применить с пользой. Честно говоря, мне еще и скучно. Я не готова к жизни, ограниченной рамками поселка и поселковой деятельности. Если бы у меня был любимый человек, если бы что-то получилось с Джимом, – тогда другое дело, но лишь тогда. Пока еще не стало слишком поздно, я должна узнать, что может предложить мне внешний мир.
Она поставила экран перед пламенем камина и заперла дверь. Родители давно легли. Она открыла дверь в комнату сына и заглянула туда. Он спал, разметавшись почти поперек кровати, подсунув под себя скомканную подушку. Анжела осторожно вытянула ее и уложила сына как следует.
Он что-то пробормотал; она нагнулась и поцеловала его. На миг его руки обхватили ее шею.
– Мама? – послышался сонный шепот.
– Да, милый. Спи. Спокойной ночи.
– Спокойной... – повторил он и мгновенно заснул.
Из полуоткрытой двери на кровать падал свет, и несколько минут она смотрела на сына. Хотела бы я знать, где твой отец, думала она. Интересно, как бы ты понравился ему. Он, наверное, о нас позабыл. Мужчины долго не страдают. Не то что дуры женщины вроде меня.
Она крепко закрыла дверь и пошла в свою комнату.
* * *
Она сняла маленькую квартиру в Челси. На последнем этаже в доме без лифта, кое-как обставленную, но это было все, что она могла себе позволить. Чарли остался с дедом и бабкой, и каждые выходные она ездила домой повидаться с ним. С осени он начнет ходить в приготовительную школу. Анжела старалась не думать о разлуке. В первый же месяц она чуть было не сдалась и не вернулась домой.
Она работала в большой фирме медицинского оборудования на Уигмор-стрит. Работа была интересная. Ей нравились люди и ее все любили. Но Лондон показался вновь прибывшей холодным и негостеприимным. Соседи по дому бормотали «доброе утро» и спешили мимо. Каждый вечер она возвращалась в пустую квартиру; от отчаяния она начала одна ходить в ближайший кинотеатр и совершать долгие прогулки по набережной.
Выходные омрачались необходимостью уезжать в воскресенье вечером и болью расставания с Чарли. У него были глубокие черные глаза его отца, и они наполнялись слезами, когда она целовала его на прощание. Мать никак не облегчала положения.
– Ты похудела! – заявила она, рассматривая Анжелу в ее второй приезд домой. – И у тебя такой усталый вид. Я уверена, что ты питаешься кое-как!
– Мама, я прекрасно себя чувствую. Я очень хорошо обедаю, а по вечерам готовлю себе.
Джой не обратила внимания на намек прекратить этот разговор и продолжала:
– Готовишь себе? Боже мой, неужели ты не завела друзей? Только не говори мне, что ты все вечера сидишь одна! – Она вздохнула и проговорила: – Не понимаю, зачем тебе это надо, душенька. Ей-богу, не понимаю. Мы все скучаем по тебе, особенно Чарли, правда, малыш? Почему бы тебе не бросить все это и не вернуться домой?
Анжела сдержалась. Мать желала ей добра, вот в чем беда.
1 2 3 4 5 6 7 8 9 10 11 12 13 14 15 16 17 18 19 20 21 22 23 24 25 26 27 28 29 30 31 32 33 34 35 36 37 38 39 40 41 42 43 44 45 46 47 48 49 50 51 52 53 54 55 56 57 58 59 60 61 62 63 64 65 66 67 68 69 70 71 72 73 74 75 76 77 78 79 80 81 82 83 84 85 86 87 88 89 90 91 92 93 94 95 96 97 98 99 100 101 102 103 104 105 106 107 108 109