ТВОРЧЕСТВО

ПОЗНАНИЕ

А  Б  В  Г  Д  Е  Ж  З  И  Й  К  Л  М  Н  О  П  Р  С  Т  У  Ф  Х  Ц  Ч  Ш  Щ  Э  Ю  Я  AZ

 


– Я просто подумал, что потом вы захотите еще и чаю.
– Захочу. Но сначала, вместе с джином, я хотел бы услышать о ваших первых практических ангельских шагах по спасению человечества...
– Ну уж дудки! Некоторые Ангелы тоже имеют право на отдых. Вы думаете, мне так уж легко вытаскивать все эти истории из Прошлого и показывать вам? Одновременно – сотворяя для вас джин, яблоки, чай и бутерброды с севрюгой, – сказал Ангел.
– Нашли чем попрекнуть! Подумаешь – пара паршивеньких бутербродиков...
– «Паршивеньких»! То-то вы их стрескали в одну секунду!
– Ангел! Не торгуйтесь. Завлекли меня в эту историю, а теперь торгуетесь, как старая киевская эмигрантка на мюнхенском субботнем фломаркте!
– Я не торгуюсь, – сказал Ангел. – Я пытаюсь отстаивать свои конституционные права на отдых. Ваши перемещения из Сегодняшнего в Прошлое и из Прошлого обратно в Сегодня даются мне не так уж легко. Имею я право на передышку?
– Имеете, имеете, – проворчал В.В. и отхлебнул немного из стакана.
Посмотрел на плавающие в стакане кубики льда и улыбнулся:
– Много лет назад читал повесть в модном тогда журнале «Юность». Там было одно забавное описание. В то время виски, как, впрочем, и джин, считалось напитком отрицательных персонажей. И вот один из таких зарубежных гадов в той повестухе пил... Вслушайтесь, Ангел! Цитирую дословно: «...пил желтое, мутноватое виски из стакана, на дне которого плавали кубики льда...»
– Ничего себе! – удивился Ангел. – Оригинально...
– Я допускаю, что автор этого сочинения мог не знать, что такое виски. Эта гадость в советские времена была положена только заграничным мерзавцам. Поэтому правоверный автор и обозвал виски – «мутноватым». Это мы ему простим. Но вот каким образом кубики льда у него «плавали на дне стакана» – ума не приложу! Нанести такой силы удар по начальной физике шестого класса средней школы даже тогда дано было не всякому!
– Действительно, очень мужественный литератор, – чуточку устало проговорил Ангел.
В.В. вгляделся в Ангела, бодро спросил:
– Отдохнули?
– Не совсем, – признался Ангел.
– Ну, знаете ли!.. – возмутился В.В. – Я тут, можно сказать, выступаю в роли коверного клоуна – заполняю паузы разными баечками, даю вам возможность передохнуть, а вы, понимаете ли...
– Не склочничайте. Не превращайте купе спальиого вагона фирменного поезда в филиал коммуналки!
– Вам-то откуда известно про коммуналки?! – удивился В.В.
– Нам еще в Школе ангелов читали курс истории нашего быта. Давайте сделаем так: я пока кое-что расскажу вам своими словами, а когда очухаюсь окончательно, покажу вам, как все это происходило в дальнейшем. Хорошо?
– Вещайте, – милостиво разрешил В.В. и немного выпил.
– Начну сразу с признания. Я был готов почти ко всему, кроме Лешкиного пьянства! А известие о гибели деда, о самоубийстве Вани Лепехина и то, что ближайшие годы младший брат Толик будет отбывать срок заключения в колонии усиленного режима, – подействовали на Лешку буквально разрушительно. Он стал пить много и безобразно... А мы этого никогда в Школе ангелов-хранителей и не проходили! Наверное, «Спасение от алкоголизма» входило в программу старших классов. Я был в отчаянии! Естественно, никто не запрещал мне консультироваться с Небесами, но... Сами понимаете – один раз запросишь наш «Отдел Человеческих Пороков», другой, третий... Никто не откажет в совете и помощи. Но после третьего запроса меня попросту отзовут Наверх и пришлют на мое место другого. Или вообще не пришлют никого. И тогда Лешка погибнет... А я из века в век буду влачить жалкое Заоблачное существование. В лучшем случае – дежурным ангелом на подсмотровых мониторах, а в худшем... Короче. Я пытался оградить Лешку по мелочам, а сам мучительно искал возможности хоть как-то вывести его из этого чудовищного состояния. Не скрою, мне очень помогал Гриша Гаврилиди – сам того не ведая...
– Стоп, Ангел... Вы сказали, что помогали Лешке по мелочам. Как это выглядело? В чем заключалась именно ваша помощь?.. – спросил В.В.
– Как бы вам это объяснить, Владим Владимыч... Ну, например... Ай, на фиг я вам буду все это рассказывать?! Смотрите сами!
СТРОИТЕЛЬНАЯ ПЛОЩАДКА – ДЕНЬ, СОЛНЦЕ
Строится большой западногерманский город. Но прежде чем строить новое – ломают старое, уродливое, поспешное, послевоенное.
Разгребаются горы мусора, отправляются на свалки обломки перекрытий, стен, битая черепица, сгнившие доски бывших полов, изъеденные ржавчиной водопроводные трубы...
Вручную грузятся самосвалы, расчищается будущая строительная площадка.
Тридцать поляков, албанцев, югославов, турок, русских и евреев вламывают под палящим солнцем. Измученные, грязные, измочаленные дикой усталостью люди...
Лешка и Гриша Гаврилиди грузят «свой» самосвал.
– Чтой-то я немцев не вижу промежду здесь... – задыхаясь говорит Лешка. – Одни беженцы.
Теперь весь диалог будет идти под грохот и лязг не прекращающейся ни на секунду работы.
– Немцы стоят в четыре раза дороже... – хрипит от тяжести фановой трубы Гриша. – А так нам бросили по двенадцать марок в час и... привет! «По-черному» и без налогов.
– Ну, автопогрузчик бы наняли... Быстрее расчистили бы площадку.
– А автопогрузчик в два раза дороже немцев! Помоги-ка... Заноси с того конца! Молодец!..
Они забрасывают какой-то хлам в кузов – и вдруг!..
И вдруг Лешка замечает, что на крыше кабины «их» самосвала...
...сидит белокурый, голубоглазый мальчишка лет две-надцати-тринадцати.
На мальчишке – кроссовки, джинсы, на пару размеров больше, чем нужно, спортивная курточка и майка, выпущенная наружу.
А за спиной у мальчишки – потертый, как у всех, рюкзачок.
Это наш маленький Ангел-практикант.
– Ну, ты посмотри, куда залез, засранец! – с испугом восклицает Лешка. – Машина дернется – и он под колеса... Эй, юнге! Форзихт!.. (Осторожно!) Вег! Вег оттуда, тебе говорят! Раус!..
Мальчишка улыбнулся Лешке, сделал успокаивающий жест рукой.
– Где? Кто?.. – не сразу сообразил Гриша.
– Да вон, пацан на кабине самосвала!.. – прокричал Лешка.
Гришка перевел взгляд на кабину самосвала......но там никого не было!
– Где пацан?! – переспросил Гриша, глядя на пустую крышу кабины.
– Вот только что... на крыше сидел... – растерянно говорит Лешка.
Гриша внимательно разглядывает Лешку.
– Чего уставился? Правда, был пацан... Был! – Лешка растерян.
– Все. Приехали. Пора тебе завязывать, Леха. Так и до психушки допиться можно... – грустно качает головой Гриша.
– Он еще чем-то был немножко похож на Толика, – упавшим голосом говорит Лешка. – На братишку моего младшего.
Большой автомобильный подъемный кран, зацепив тремя толстыми тросами трехтонную старую бетонную плиту от бывших перекрытий, поднимает ее и начинает переносить по воздуху в кузов самосвала, у которого работают Лешка и Гриша.
1 2 3 4 5 6 7 8 9 10 11 12 13 14 15 16 17 18 19 20 21 22 23 24 25 26 27 28 29 30 31 32 33 34 35 36 37 38 39 40 41 42 43 44 45 46 47 48 49 50 51 52 53 54 55 56 57 58 59 60 61 62 63 64 65 66 67 68 69 70 71 72 73 74 75 76 77 78 79 80 81 82 83 84 85 86 87