ТВОРЧЕСТВО

ПОЗНАНИЕ


А  Б  В  Г  Д  Е  Ж  З  И  Й  К  Л  М  Н  О  П  Р  С  Т  У  Ф  Х  Ц  Ч  Ш  Щ  Э  Ю  Я  AZ

 

— Верблюд, — сказал я, невинно глядя наверх.— Нет, я вас спрашиваю, что это значит?— А, это… — я пожал плечами. — Это шутка. Это я так шучу. Ха-ха, — подумав, добавил я.— Прекратите ваши идиотские шутки! Мне нужна бочка! Бочка! Ясно вам?!— Ну-ну, не переживайте так. Бросайте веревку и получайте свою бочку.На этот раз Холмс приступил к делу лишь после того, как убедился, что получит желаемое. Веревка натянулась, бочка дрогнула, и в этот момент мне показалось, что один из узлов вот‑вот развяжется.— Подождите, Холмс! — заорал я, хватаясь за веревку. — Не тяните!Последовал мощный рывок, и земля ушла у меня из под ног. Потеряв опору, я вместе с бочкой со всего размаха ударился о стену и завертелся, как рыба на крючке. Холмс, не услышав моего призыва — у него было свойство глохнуть, когда не надо, — продолжал свое дело с неиссякаемой энергией. Обмирая от ужаса, я попытался было крикнуть еще раз, но Холмс не слышал.— Химеры… — доносилось до меня. — Математических таблиц… Эх, ухнем! Ух. Ух.Вцепившись обеими руками в веревку, я с тоской наблюдал, как телега внизу становится все меньше и меньше, а я, с каждым рывком ухающего как обалдевшая сова Холмса, поднимаюсь все выше и выше. Еще несколько рывков и…— Ватсон! Опять вы! — Холмс, мокрый, красный от напряжения, изо всех сил тащил на себя натянутую как струна веревку. — Хватит валять дурака! Влезайте сюда и помогите мне!Я осторожно переполз на крышу. Вдвоем мы быстро выволокли эту треклятую бочку и присели отдохнуть.— Ну, самое трудное уже позади, — провозгласил Холмс, утирая рукавом пот. — Остались пустяки. Давайте закончим с этим побыстрее.Совместными усилиями мы подтащили бочку к слуховому окну и там завалили на бок. В руках великого сыщика появился лом. Повертев его в руках, Холмс подцепил им днище и резким движением выломал его.Поток воды из бочки с шумом хлынул в слуховое окно. Я оторопело уставился на эту Ниагару. Сзади неслышно подошла лошадь и, положив морду мне на плечо, стала грустно смотреть на льющуюся воду.— Ну вот и все, — с удовлетворением сказал Холмс, когда бочка опустела. — Пойдемте вниз, Ватсон.По темной лестнице мы спустились вниз и вышли во двор. Покопавшись в соломе, устилающей дно нашей телеги, Холмс вытащил из нее две поношенные фуражки с твердыми козырьками, огромный ржавый гаечный ключ, две трубы дюймов пяти в диаметре и саквояж. Одну фуражку и трубы он сунул мне.— Одевайте фуражку, — сказал он, нахлобучивая на голову свою, — и вперед. Делайте все как я и не задавайте глупых вопросов.Мы вышли со двора, обошли здание и оказались у парадного подъезда. Это и в самом деле был отель «Нортумберленд». Холмс еще раз придирчиво осмотрел меня.— Не то, Ватсон, — Холмс с сомнением подергал мой галстук. — Не то! — С этими словами он сорвал галстук и отшвырнул в сторону. — Вот теперь в самый раз.Мы поднялись по мраморным ступеням и оказались перед роскошными резными дверями. Дорогу нам преградил важный швейцар в расшитой золотом ливрее.— Это еще куда? — высокомерно спросил он.— Ремонтная бригада, — дерзко ответил Холмс, глядя ему в переносицу. — «Лондонводопровод». Глава 14 Отодвинув в сторону оторопевшего швейцара, великий сыщик гордо прошествовал внутрь. Вспомнив наставления моего друга, я перехватил поудобнее трубы и, зацепив ими швейцара, последовал за Холмсом.Навстречу нам из‑за своей конторки поднялся портье.— Чем могу быть полезен, джен… Эй, Уиллби! — раздраженно крикнул он швейцару. — Ты кого пустил?— «Лондонводопровод», — сурово отчеканил Холмс, со стуком кладя гаечный ключ на конторку. — К нам поступил сигнал, что вас заливает.— Какой сигнал? — оторопело переспросил портье. — Как заливает?— Очень просто, — твердо сказал Холмс. — Прорвало трубу. Вода хлещет со страшной силой. Еще немного — и вы все погибнете! — Холмс сделал страшные глаза.— Какую трубу? — растерялся портье.— Каминную, — пояснил я, пытаясь помочь моему другу. — Обыкновенную каминную трубу.Холмс деревянно рассмеялся, беспокойно озираясь по сторонам. Внезапно взгляд его остановился на водопроводной трубе за спиной у портье, и лицо его осветилось.— Вот она, — Холмс указал на нее пальцем. — Вот она!Портье недоуменно оглянулся:— Но она же цела!— Цела? — Холмс хмыкнул, обошел конторку и, отстранив портье, раскрыл свой саквояж. — Он говорит, она цела, — пояснил Холмс. — Он еще скажет, что там вообще нет воды… — Великий сыщик извлек из саквояжа дрель и за несколько секунд просверлил трубу насквозь. Из отверстия забил фонтан.— Ну вот, — с облегчением сказал Холмс. — Что и требовалось доказать. А он говорит — цела. Младший водопроводчик Ватсон, идите сюда.Я зашел за конторку, и Холмс протянул мне гаечный ключ:— Пошуруйте тут пока, а я поищу прокладки.Так и не поняв толком, что же от меня хочет Холмс, я приставил к отверстию одну из своих труб и некоторое время смотрел, как вода вытекает через нее на пол. Затем я несколько раз ударил по трубе ключом.— Ну как? — озабоченно спросил Холмс, вынимая из саквояжа кувалду.— Мда-а-а… — протянул я. — Дело дрянь.На лестнице скопилось человек восемь‑десять постояльцев, привлеченных шумом текущей воды. Они настороженно следили за нашими действиями.— Спокойно! — провозгласил Холмс. — Для паники нет никаких оснований! Просим всех разойтись по комнатам, взять самое ценное, надеть спасательные пояса и через двадцать минут собраться в вестибюле.Нельзя сказать, что заявление Холмса успокоило окружающих. Раздался истошный крик ужаса, и пожилая леди в красном платье упала в обморок. К ней тут же кинулся швейцар. «Пожар!» — завопил седобородый джентльмен в смокинге. «Тонем!» — откликнулось сразу несколько голосов.Вода тем временем действительно прибывала.— Без паники, господа, без паники! — Холмс постучал кувалдой по конторке. — Прошу тишины. Младший водопроводчик Ватсон, доложите обстановку.Не растерявшись, я вытащил из кармана стетоскоп и стал дюйм за дюймом прослушивать прохудившуюся трубу.— Симптомы опасные, — начал я, тщательно взвешивая каждое слово. — Но не безнадежные. Судя по всему, это типичный случай окклюзии митрального клапана.— Отлично! — воскликнул Холмс. — Я буду ходатайствовать о вашем повышении.— А мы? — в отчаянии спросил портье. — А как же мы?— Что «мы»? — подозрительно спросил Холмс. — Вас тоже повысить? За что, позвольте спросить?— Да нет же! Гостиница! Что будет с гостиницей?— Ну, тут все просто, — уверенно сказал Холмс. — Она обречена.— Боже! Как же…— И не говорите мне ничего.— Но… Но сделайте же что-нибудь!— Если я сделаю вам карманный самовар, это вас удовлетворит? — осведомился Холмс.— Какой еще самовар?!— Какой‑какой… Сами знаете какой! Тульский. И хватит морочить мне голову вашим самоваром. Надеетесь получить страховку? Как же!— Да заделайте же, наконец, эту дыру!— И не подумаю. — Холмс демонстративно скрестил руки на груди. — Вы тут будете все ломать…— Но вы же сами!..— Мы? Сами? — Холмс разозлился. — Да знаете ли вы, что бы тут творилось, не сделай мы вовремя этой дыры? Вы хоть понимаете, что без нее вас уже давно не было бы в живых? И все из‑за этих идиотов! — Холмс кивнул в сторону онемевших от страха постояльцев. — Кого вы пустили в отель? Это же настоящие варвары! Вандалы какие‑то! — Холмс заметил на конторке книгу регистрации проживающих. — Вот, полюбуйтесь! — сказал он, раскрывая книгу. — Мистер Пайпбрейкер — кто додумался пустить его сюда? С такой фамилией! И его наверняка зовут Джон. Ну да! Что я говорил? Конечно, Джон. Или этот — сэр Арнольд Арчибальд Брэндсгрейв, эсквайр. Эсквайр? Ха! Расскажите это моей бабушке. А вот — Альберто Канетти! Тьфу! Да у вас что здесь, притон?..Так, снабжая каждую фамилию подробным и занимательным комментарием, Холмс с головой ушел в зачитывание списка. Вода незаметно дошла мне до щиколоток, и я с ногами залез на стул, который до этого занимал портье.— И, наконец, конечно же, Гюнтер Цуккерман из Ганновера, — переворачивая последнюю страницу, закончил Холмс свой увлекательный обзор. — Ну как мы без него! Чего ему, спрашивается, не сиделось в своем Ганновере? А? Что там у них своего водопровода нет? Отвечайте, отвечайте! — задирал он бледного как мертвец портье. — Молчите? И после этого вы хотите, чтобы я возился с трубой? А завтра эта дикая орда снова захочет немного повеселиться и вообще оторвет стояк ко всем чертям. Почему бы этим гуннам не повеселиться? Вы ведь, по-моему, так рассуждаете?— Нет, нет, что вы! — застонал портье. — Мы! Нет! Никогда! Только…— Что «только»?— Только заделайте, пожалуйста, эту дыру!— Хорошо, — Холмс недобро прищурил глаза и медленно кивнул. — Но учтите, — он сделал долгую паузу, — на самовар после этого можете не рассчитывать.У портье был такой вид, будто его вот-вот хватит удар.— Не упадите, — сказал Холмс. — Вы еще нужны Англии. Плывите сюда… Смелее, смелее. Теперь дайте мне вашу руку. Вот так, хорошо.С этими словами Холмс засунул указательный палец портье в просверленное отверстие. Течь прекратилась.— Если у тебя есть фонтан, — назидательно сказал Холмс, — заткни его. И сам тоже заткнись. Или что-то в этом роде. Я недавно где-то прочитал. Хорошо сказано. И еще. Тут в подвале должен быть вентиль. Большой, черный такой. Заверните его до упора.— Уже можно, — подтвердил я, чтобы хоть что-то сказать. — Кризис миновал.При гробовом молчании окружающих Холмс сложил инструменты в саквояж. По колено в воде мы пересекли холл, вышли на темную улицу и, не торопясь, двинулись вдоль темных витрин и наглухо закрытых ставнями лавок.— Холмс, — сказал я, после непродолжительного молчания. — Можно вам задать один вопрос?— Хоть три, — благодушно ответил Холмс.— Ловлю вас на слове. Тогда, перво-наперво, я хотел бы узнать, какое отношение имели наши сегодняшние действия к расследованию дела Блэквуда?— Самое непосредственное, — важно изрек Холмс. — Ваш второй вопрос, Ватсон.— Второй? М-м… Там, в отеле, вы, ну… Вы хотели что-то узнать?— Да! И ваш последний вопрос…Я помолчал, совершенно сбитый с толку, потом выпалил:— Холмс! Скажите честно: на кой черт вам понадобилось заливать чердак водой, все равно ведь, в конечном итоге, вы просверлили эту несчастную трубу?Великий сыщик замедлил шаг, остановился и его лицо медленно расплылось в широчайшей улыбке.— Мой милый Ватсон, — тепло, с какой-то особой задушевностью проговорил он. — Ну кто же мог знать, что там окажется труба? Нам просто повезло!.. Прошу вас, не стойте под дождем, вы можете простудиться.Откуда-то сверху донеслось одинокое унылое ржание. Глава 15 Утром меня разбудило сдержанное восклицание Холмса. Накинув халат, я вышел в гостиную.Вместо ожидаемого завтрака я с изумлением обнаружил на столе огромную кучу угля. Холмс сидел рядом и, морщась как от зубной боли, засыпал угольной крошкой маленькую детскую пирамиду. Эту пирамидку Холмс приобрел как-то у старьевщика и доставал только в тех случаях, когда жизнь казалась ему особенно противной. Минута-другая созерцания пирамидки помогала ему, ненавидевшему пирамиды всеми фибрами своей души, в максимально короткие сроки прийти к заключению, что жизнь может быть еще противнее, а значит, все не так уж плохо, как кажется. После сеанса он снова прятал пирамидку в шкаф — до худших времен.— Опять хандра? — бодро спросил я.— Ах, отстаньте, Ватсон, без вас тошно! — раздраженно ответил Холмс и, поглядывая на хронометр, стал с нескрываемым отвращением счищать с пирамидки уголь миниатюрной деревянной лопаточкой. Затем он снова засыпал ее и снова очистил, еще раз засыпал и опять очистил, причем ненависть, с которой он проделывал эти манипуляции с каждым разом все возрастала.— Нет, это выше моих сил! — сказал, наконец, Холмс, стиснув зубы. — Какая мерзость! Ватсон, прошу вас, попробуйте вы.Я сел за стол и в точности повторил все действия Холмса, который тем временем отошел в угол и оттуда наблюдал за мной с хронометром в руках.— Отлично, Ватсон, — Холмс одобрительно кивнул. — Давайте еще пару раз. Вот так, хорошо, хорошо… Ну, еще разок… Прекрасно! Прекрасно. А теперь выкиньте эту дрянь. — Холмс указал на пирамидку. — Не могу больше видеть эту гадость. Куда? Куда угодно. На улицу, в окно. Быстрее, Ватсон, меня тошнит.После того, как пирамидка, а за ней и уголь исчезли за окном, Холмс облегченно вздохнул, вооружился счетами и углубился в сложные и запутанные расчеты.
1 2 3 4 5 6 7 8 9 10 11 12 13 14 15 16 17

загрузка...