ТВОРЧЕСТВО

ПОЗНАНИЕ


ПОИСК КНИГ    ТОП лучших авторов книг Либока   

научные статьи:   пассионарно-этническое описание русских и других народов мира,   конфликты в Сирии и на Украине по теории гражданских войн,   действующие идеологии России, Украины, ЕС и США  
А  Б  В  Г  Д  Е  Ж  З  И  Й  К  Л  М  Н  О  П  Р  С  Т  У  Ф  Х  Ц  Ч  Ш  Щ  Э  Ю  Я  AZ

 

– Что ты делал в Плэйсиде?– Купался в дерьме, Паула… Он был так набит дерьмом… доверху…И Грэхем добавил еще пару грубых слов. Он не стеснялся. Наоборот, он гордился собой. Он улыбнулся – широко, самодовольно, а Паула внезапно ощутила позыв к рвоте и поднесла руку ко рту.– Я вспорол его. За то, что он сделал с тобой и с малышами. И подыхал он не скажешь что красиво, поверь мне. Я устроил все по высшему разряду.Грэхем сел на диван, оперся на спинку, раскинув руки, и уставился на Паулу в ожидании ее реакции на преподнесенный подарок.– Ты прикончил его? Ты убил Сета Бейкера?– Ему не полагалось быть на одной планете с тобой, любимая моя.Смысл того, что случилось, дошел до нее мгновенно. В своем безумии Грэхем посчитал, что она теперь у него в долгу. Он ждет благодарности и награды.Ни малейшей радости Паула не ощутила, узнав о смерти Сета, хотя долгими бессонными ночами часто грезила о том, что такой момент настанет. Она не питала никаких надежд на то, что мщение может осуществиться законным путем. Она не была до такой степени наивна, но известие об убийстве, сопровождаемое намеками на какие-то жуткие детали и обстоятельства этого убийства, вызвало у нее отвращение и к тому же напугало.Любовь к Роберту вылечила ее истерзанное ненавистью сердце. Прошлое отступило перед натиском лучезарных картин будущего. Раньше ей нечего было терять. Теперь же все ее счастье подвергалось риску, причем вполне реальному.Грэхем ради нее совершил убийство. По меньшей мере, ее можно счесть соучастницей преступления. Если убийство раскроют, ей также предъявят обвинение.Грэхем догадывался, о чем она думает.– Успокойся. Они не повесят это на меня… на нас с тобой, Паула.В его заверениях заключалась, однако, и явная угроза ей в случае, если он не получит должного вознаграждения.– Зачем? Зачем ты убил его? – Вопрос был смешон, и неудивительно, что Грэхем в ответ лишь улыбнулся.Но Пауле требовалось что-то говорить, о чем-то спрашивать, чтобы оттянуть момент, когда чек будет предъявлен к оплате.– Я сделал это ради тебя, Паула. Ради нас…Снова «нас». Слезы отчаяния подступили к глазам. Он убил, чтобы получить ее. Он считает, что заслужил на это право.– Ты сумасшедший. Ты свихнулся, Грэхем! Где твои мозги? Ты растерял их! – Она говорила и говорила, агрессивно, запальчиво, так как только словами могла защитить себя от его упрямой воли. – Я выхожу замуж. Я люблю Роберта. Да, я говорила, что ненавижу Сета, но не хотела, чтобы ты убивал его. Ты не должен был…Нелепо было произносить эти заклинания, когда дело уже сделано. Поэтому он и отмел их сразу.– Я люблю тебя, детка. И ты научишься меня любить.– Я… не смогу. Не надейся. Я люблю Роберта. Мы скоро поженимся. Ты можешь это понять? – Она уже кричала на него. Голос ее разносился по пустому бунгало.Его лицо исказилось. Грэхем вскочил, схватил ее руки, крепко сжал их.– Забудь про этого ублюдка Хартфорда. Хватит тыкать мне им в глаза. Поговори о нем еще, и я ему тоже выпущу кишки. Не он на тебе женится, а я. Выбирай! Или живи со мной, или сгори… со мною. Слышала, дорогая? Уверен, что слышала и уже сообразила, что к чему.Паула ужаснулась. Это был не ее прежний приятель и даже не влюбленный в нее чудак, а заразившийся манией убийства психопат. Придя к такому страшному выводу, она вдруг перестала паниковать. Раз она более разумна, чем он, значит, ей легче выбраться из петли, в которую он затягивает их обоих.– Да, Грэхем, я все поняла. Только не делай мне больно. Я просто испугалась поначалу, – заговорила она осторожно, тщательно взвешивая каждое слово. Пусть он подумает, что перед ним слабая женщина, растерявшаяся от его натиска, которая больше всего боится, что над ней учинят насилие.– Разве я могу причинить тебе боль, куколка? Я же люблю тебя. Будь послушной, и все обойдется.Он освободил ее руки от своей стальной хватки. На ее коже остались следы. Грэхем увидел их, и на мгновение его ледяные глаза потеплели. В нем проснулась жалость к ней, и это, как она надеялась, могло пробить броню его безумия.Он сел обратно на диван. Она опустилась рядом.– Мы можем поговорить спокойно? – спросила Паула.– Попробуем, – согласился он.Самое важное и самое трудное – это избавиться от него. Но как повлиять на Грэхема, чтобы он оставил ее одну, хоть ненадолго? Что он должен услышать такое, чтобы удалиться успокоенным?Только ложь могла спасти ее.Обращаясь к Грэхему, она старалась сыграть как раз на том, что привело его к безумию.– Я все еще не верю, что ты сделал это… Я ведь его так ненавидела. Сет сломал мне жизнь…Как она хотела казаться искренне благодарной ему. Она даже дала волю слезам. Но Грэхем смотрел на нее с сомнением.– Но скажи, как я могу так сразу перестать любить Роберта и начать любить тебя? Мы же не дети, Грэхем. Ты мне нравишься, но это еще не любовь. И этот твой поступок… Он был для меня совсем неожиданным. Я очень испугалась. И не смогла справиться с собой.Она сваливала все на свой испуг и на удивление его рыцарским поступком, но, хотя и призналась, что не любит его, все же намекала, что какая-то основа будущей любви заложена. Значит, есть надежда.– Просто это займет некоторое время, девочка. Вот и все.Паула страшилась этого решения, пыталась сбить его с мысли, запутать.– Ты прав, Грэхем, – ухватилась она за ниточку, которую он сам неосторожно вытянул для нее из клубка. – Мне именно понадобится время… Время, чтобы подумать. Сейчас уже поздно…– Уйдем отсюда вместе. Ко мне. А за вещами пришлешь кого-нибудь утром.Хоть он и безумен, в логике ему не откажешь. И в настойчивости.– Нет! Мне надо побыть одной. Я должна собраться с мыслями. Ведь это такой шаг… Ты обязан меня понять.Грэхем впился в нее тяжелым взглядом. Сомнения одолевали его. Если он покинет сейчас этот дом, его могут уже и не впустить сюда вторично. А если она вздумает рассказать все Роберту, тот наверняка начнет действовать, причем жестко и без оглядки. Богатый красавчик найдет способ, как выгородить Паулу и расправиться с шофером без неприятных для себя последствий.Нет. Доверять ей нельзя. Она лишь тянет время и кормит его пустыми обещаниями.– Пойдешь со мной, – сказал он.У Паулы мгновенно пересохло в горле. Этого она никак не ожидала. Если она уйдет с ним, то может случиться все, что угодно. Он способен убить ее, когда убедится, что она никогда не будет принадлежать ему. Он может явиться в полицию, признаться в убийстве и показать на Паулу, как на сообщницу. Он может просто изнасиловать ее.Грэхем перехватил ее взгляд, брошенный на телефонный аппарат, и вмиг разгадал ее мысли.– Пошли, – скомандовал он, вставая.В самом безнадежном состоянии женщина вспоминает всегда о последнем своем оружии. Оно старо, как мир. Им пользовались еще в первобытную эпоху женщины, сражаясь с мужчинами. Это оружие – ее тело.– Грэхем, – глухо, с придыханием произнесла она.Он застыл. Мозг его сразу отметил смену интонаций в ее голосе. Неужели Паула готова отдаться ему – пусть не по любви, но хотя бы в знак благодарности. А возможно, он вызвал у нее прилив похоти. Это была победа, о которой он не смел и мечтать.Грэхем улыбнулся ей улыбкой победителя и чуть подался к ней телом, желая получить подтверждение первого уловленного им сигнала.Паула проглотила комок, застрявший в горле. Был ли этот путь к спасению единственным? Если она позволит ему овладеть ею, то добьется ли она его доверия? В блаженной прострации после удовлетворения похоти согласится ли он покинуть бунгало без нее? Только бы он шагнул за порог. Она сразу же преградит ему доступ назад. Она будет так же безжалостна, как и он. Она поведет себя подло. Она поднимет тревогу, заявит, что он угрожал ей, обвинит его в изнасиловании, выдаст его полиции, как убийцу, а сама отдаст себя на милость Роберту. Так или иначе, с Грэхемом будет покончено, если… она переживет эту ночь.– Возьми меня, – предложила она, уговаривая свое тело не подвести ее.Грэхем рассмеялся. Все они одинаковы, куколки, что здесь, что в Лондоне. Только там траханье было лекарством для забвения, а в Беверли-Хиллз – это орудие мести. Сету Бейкеру он мстил за Паулу, Хартфорду он отомстит за себя. О, если б первый любовник Голливуда позаботился разместить в своей спальне видеокамеры. Наверное, их нет. Жаль. Но будем надеяться, что у парня достаточно развитое воображение, и некоторые картинки он сможет потом себе представить.– Разденься!Он повел себя грубо, и это, как ни странно, помогло Пауле смириться с неизбежным. Она начала стягивать с себя тонкий свитер, но он приказал:– Сначала юбку.Она повиновалась торопливо, демонстрируя наигранный энтузиазм. Легкая юбочка упала к ее ногам, словно скомканный голубой платочек.– Вот так-то лучше, дорогая.Она закрыла глаза, когда его жадная рука протянулась к ней. Он сдернул с нее трусики, стреножив ей лодыжки, потянулся к холмику волос, запустил палец вглубь и…– Паула!Крик Роберта прозвучал, как взрыв. С побелевшим лицом он стоял в дверях, а дюжина алых роз валялась у его ног.Паула окаменела. Нагота ее была красноречивее всех слов. Бесстыдно спущенные трусики, сброшенная юбка, рука Грэхема, нарочито медленно покидающая интимную область ее тела, – все складывалось в точную картинку пошлого адюльтера. На лице Роберта она не увидела боли, но ту боль, которую он почувствовал, ощутила и она.Грэхем отступил на шаг. Удивление его быстро прошло.– Роберт? Мы не ожидали тебя так скоро.Инстинктивно ее руки потянулись вниз, чтобы прикрыться.– Роберт… – начала она и осеклась. Запас слов на этом исчерпался. Что она может сказать ему?Роберт наконец отвел взгляд от позорного зрелища с участием своей будущей жены, но запечатленную в памяти картинку он унес с собой. Сцена нелепого, гнусного предательства упорно маячила перед его внутренним зрением. Проснувшаяся в нем ярость сосредоточилась на этом мужчине, пришельце, занесенном сюда каким-то злым ветром, укравшем у Роберта любовь и надежду на семейное счастье. Он, конечно, узнал Грэхема, но ему было все равно. Он решил его убить.Прежний опыт уличного драчуна подсказал Грэхему верный ответ еще до того, как противник ринулся в атаку. Он наклонился, и кулак Роберта пролетел у него над головой. Затем он ударил Роберта снизу, ударил сильно, жестоко, метя и попав точно в солнечное сплетение. У того остановилось дыхание. Он застыл, нанизанный на кулак Грэхема, будто на острие копья.– Не трогай его, Грэхем! – крикнула Паула.Но было уже поздно.Грэхем избивал Роберта расчетливо и жестоко, Роберт сильно ударился позвоночником об угол стола, стол опрокинулся, выскользнув из-под него. Роберт завалился на спину, пластиковая корзинка для мусора, оказавшаяся под ним, смялась под его тяжестью, как банка из-под пива.Грэхем уже отвернулся от своего поверженного врага. Он сбросил его со счетов. Киногерой больше не в состоянии атаковать. Он побит и унижен. Все, что ему остается, так это наблюдать забавный спектакль, какой Грэхем собрался устроить.Цепляясь за опрокинутый столик, Роберт поднялся на ноги. Комната вращалась вокруг него под аккомпанемент воплей Паулы. В животе поселилась, казалось навечно, нестерпимая боль. Оттуда, из этой боли, родился звериный рев, и он с ревом устремился на ненавистного противника.Грэхем сделал лишь пол-оборота в его сторону, и с томной улыбочкой, небрежно хлестнул его по лицу.Но с Робертом произошла странная метаморфоза.Бешеная энергия сорвала его с места, мышцы обрели силу. Он выставил руки вперед, как два копья, и бросился на противника. Грэхем пошатнулся, потерял равновесие. Он зацепился ногой за край ковра и наткнулся на низкий кофейный столик у камина. Его голени ударились о край трехдюймовой толщины стекла, и омерзительный треск от этого столкновения прорезал воздух.Но это не задержало падение Грэхема. Он скользил по стеклу, как по катку, смел головой сперва стопку сценариев в голубых переплетах, толстые фолианты книг по искусству, а затем, по пути следования, строй африканских божков.В торце стола на гидравлическом управляемом постаменте размещался телевизор. Громадный, черный, великолепный по дизайну, смахивающий на творение скульптора-абстракциониста, он смутно вырисовывался в обрамлении полированных панелей из черного дерева. Этот аппарат был гордостью и любимой забавой Роберта.
1 2 3 4 5 6 7 8 9 10 11 12 13 14 15 16 17 18 19 20 21 22 23 24 25 26 27 28 29 30 31 32 33 34 35 36 37 38 39 40 41 42 43 44 45 46 47 48 49 50 51 52 53
Загрузка...

научные статьи:   расчет возраста выхода на пенсию в России,   схема идеальной школы и ВУЗа,   циклы национализма и патриотизма  
загрузка...