ТВОРЧЕСТВО

ПОЗНАНИЕ



науч. статьи:   пассионарно-этническое описание русских и др. народов мира --- циклы национализма и патриотизма --- три суперцивилизации --- принципы для улучшения брака: 1 и 3 - женщинам, а 4 и 6 - мужчинам
А  Б  В  Г  Д  Е  Ж  З  И  Й  К  Л  М  Н  О  П  Р  С  Т  У  Ф  Х  Ц  Ч  Ш  Щ  Э  Ю  Я  AZ

 

Роберт с рассеянным видом положил руки ей на плечи, приглашая сесть, но она осталась на ногах.– Рузвельт ушел, – коротко объявила она. – Вчера. Он сказал, что у него личный конфликт с тобой.– Уж он бы молчал! Гребаное ничтожество! – заорал Роберт.Кристина невольно отвела от него взгляд. Ее смутила и встревожила его реакция. Все проблемы «Сансет-отеля» сводились к одной личности – ее отцу.– Может быть, мы обсудим, что нам делать в связи с его уходом.Она наконец согласилась присесть.– Послушай меня, Кристина. Веришь или нет, но я здесь пытаюсь сделать кино. Мне пришлось вышвырнуть отсюда людей из моей команды, чтобы освободить место для тебя и «Сансета» с его проблемами. Так дальше продолжаться не может. Я актер! Я должен играть. Это, кстати, не так легко, как может показаться со стороны.– Возможно, тебе следовало вспомнить об этом до того, как ты начал битву за «Сансет».Роберту нечего было возразить на это. Кристина права. Навязчивая идея, возникшая еще в детстве, реализовавшись, обратилась кошмаром.– И что мы предпримем? Дадим объявление?– Нашими объявлениями о свободных вакансиях в «Сансет-отеле» уже полны все колонки объявлений. И это снижает наш рейтинг. Все понимают, что раз люди уходят, – это уже симптом, па. Инфекцию не изгонишь из организма простым переливанием крови.– А я и есть та инфекция?Кристина долго ничего не отвечала.– Па, может быть, мы пригласим компанию менеджеров, чтобы они нас вытащили? Мы уже почти опустились на дно.– Я не разрешу посторонним играть первую скрипку в моем бизнесе, – взорвался он.– Мы обязаны решиться на что-то, – сказала Кристина.Он посмотрел на нее таким взглядом, что она испугалась. Но его вдруг осенила идея.– Управляй им ты, Кристина. Бери все на себя, а я оставлю за собой только совещательный голос.– Совещательный голос? – переспросила Кристина. Сердце ее забилось чаще. Идея не была для нее новой. Она сама ее пестовала, но предложение должно было исходить от отца. – Если я возьмусь за дело, мне потребуются голоса. – Тон Кристины был решительным.Она не хотела, чтобы отец в будущем критиковал ее, возражал, поучал. По крайней мере, сейчас всю ответственность за навалившиеся беды он возлагает на себя, а не на нее.Роберт нахмурился.– Ты имеешь в виду акции? Контрольный пакет?– Именно это.На лице Кристины появилось упрямое выражение. В этот момент сходство ее с отцом было разительным. Если предстоит бой, так лучше начать его сейчас. Ее отец губит отель, который она, его дочь, пытается удержать на плаву. Неуверенность в будущем отравляет всю атмосферу в «Сансете». Существует лишь единственный шанс к спасению. Роберт должен уйти со сцены, пока еще не поздно.Он был удивлен, но совсем не рассержен ее притязаниями. Он любил Кристину, несмотря на ее мистические завихрения и тенденцию парить в облаках высоко над грешной землей. Теперь она дала ему повод отнестись к ней с уважением. Ее стоило похвалить за смелость и за прямоту, с которой она выдвинула свои условия.Когда Роберт заговорил, голос его был задумчиво-печален.– Если я отдам тебе пятьдесят один процент акций, какие гарантии я буду иметь, что в будущем ты не используешь их против меня в каких-либо непредвиденных обстоятельствах?– Я никогда не доставлю тебе неприятностей. Ты же знаешь, как я тебя люблю, – искренне сказала Кристина.– А, любовь! – сказал он. – От нее отрезвляются гораздо быстрее, чем от хереса…Но, несмотря на цинизм своих слов, Роберт был настроен на одну волну с дочерью. Психологически он был готов освободиться от «Сансета», но все же хотел, чтобы пирог оставался на тарелке уже после того, как он с ним покончил. Отель, в конце концов, был ему подарен, и кому он должен перейти со временем, как не в руки его единственной дочери. Передавая ей контроль сейчас, он избавится от ответственности, но сохранит за собой сорок девять процентов акций. Мир все равно будет считать «Сансет» его отелем, в то время как работники будут знать, что он уже утерял право распоряжаться их судьбами. Он «спасет» отель, отдав его той, кого любит и в кого верит, и будет жить там до конца дней своих.– Ты когда-нибудь слышала о Витгенштейне? – спросил он.– Смутно.– Он был, возможно, величайшим философом двадцатого века и проживал в Кембридже. Однажды он прогуливался с другом парке и «подарил» ему одно из деревьев, только оговорил дарение рядом условий. Например, друг не имел права взбираться на дерево, а также срубить его и кому-либо говорить, что он обладает этим деревом, и так далее. Он был философ и лингвистик и занимался проблемами языка и значением слов. Если принять все названные ограничения, то получается, что он не дарил дерева вовсе. Основа всякой собственности – это право избавиться от нее.– Я не уловила смысл, – сказала Кристина, но на самом деле она все поняла.– Я отдам тебе пятьдесят один процент акций «Сансета» с одним только условием – никогда не продавать ни весь пакет, ни единой акции, а если ты вдруг умрешь раньше меня, акции вернутся ко мне.– Но ухаживать, поливать, подрезать дерево я буду без твоего вмешательства? – уточнила Кристина.– Разумеется.– И ты это занесешь в договор?– Почему бы и нет? На такие условия я согласен.Они не закрепили сделку традиционным рукопожатием. Вместо этого отец и дочь обнялись, и объятие было по-настоящему теплым. Глава 20 В кабинете Дэвида Плутарха, размером с теннисный корт, стеклянные стены открывали ему вид на весь Лос-Анджелес, но в действительности он обозревал весь мир. На мерцающих экранах возникала картина того, что происходило на нью-йоркской фондовой бирже, но живые страсти здесь были зашифрованы индексами и цифрами. Стрелки четырех часов показывали время на Западном и Восточном побережье, в Лондоне и Токио, а другие стрелки, красные, наподобие вытянутого жала гремучей змеи, выбрасывались вперед, указывая курс акций в тот момент во всех часовых поясах.Дэвид сидел за огромным письменным столом и отдавал распоряжения, включая легким прикосновением ногтя аппараты интеркома.– Плюнь на эти вызовы из Чикаго! Мне эти парни не нравятся. Перестань с ними нянчиться. Будь груб, пусть у них поджилки трясутся. И обруби им все связи с Токио.Закончив очередной разговор – один из сотен на дню, – Плутарх встал из-за стола. Рынок, в который превратилась вселенная, ему наскучил. Он хотел большего. Разминая по пути затекшее от долгого сидения тело, он прошел к прозрачной стене, отделяющей его офис от сада с бассейном.Если через три другие стены он мог видеть первозданный хаос и ад, в которых пребывало человечество, то за четвертой стеной располагался Эдем. Здесь Канга массировала спину и бедра несравненной Каролин Киркегард.Плутарх уже обладал ею не раз и всегда испытывал сверхъестественный оргазм, но все же с горечью осознавал, что так и не покорил это божество.Камнем преткновения стал для него Роберт Хартфорд и его «Сансет-отель». Когда вроде бы все желания его возлюбленной были удовлетворены, она вдруг заводила разговор о «Сансет-отеле». Когда уже ничего не оставалось хотеть, она все еще хотела быть хозяйкой «Сансет-отеля», хотя Плутарх мог и предлагал ей купить любой другой отель в мире. Когда уже не о чем было мечтать, она мечтала о том, как уничтожить, стереть в порошок ненавистного Хартфорда.Слухи об упадке отеля не приносили ей удовлетворения. Отмщение должно быть исполнено ею самой. Она должна осуществить его, стать причиной низвержения Хартфорда.Каролин вдруг почувствовала на себе пристальный взгляд, взглянула вверх и увидела лицо Плутарха за прозрачной стеной. Она послала ему свою улыбку, одаривая ею самое ценное свое приобретение, самого преданного и самого богатого приверженца своего учения. Он улыбнулся в ответ, радуясь ее хорошему настроению. Может быть, ему стоит сейчас спуститься и полюбоваться вблизи двумя красивейшими из женщин, а если ему позволят, то и обласкать два великолепных женских тела.Его референт, симпатичная молодая женщина со значком Гарварда на лацкане блейзера, стремительно вошла в кабинет босса.– Вы еще интересуетесь «Сансет-отелем»? – спросила она.Плутарх резко обернулся.– Разумеется, – мгновенно откликнулся он. – А что, есть новости?Она показала ему обрывок телетайпной ленты.– «Рейтер» сообщает, что Роберт Хартфорд передал контрольный пакет акций своей дочери Кристине. Он созовет пресс-конференцию, вероятно, на следующей неделе. Не хотите ли, чтобы я проверила эти сведения?Плутарх подошел и взял у нее из рук ленту, жадным взглядом пробежал по строчкам.– Удостоверьтесь. И немедленно. Если это правда, то предоставьте мне досье на дочку. И установите круглосуточное наблюдение за ней.Он покинул кабинет, перепрыгивая сразу через две ступеньки, скатился по мраморной лестнице, стрелой промчался через громадный холл и вылетел на террасу, на ходу выкрикивая имя Каролин.Она с изумлением уставилась на него.– Хартфорд отдает «Сансет» дочке!– Что?!– Мне кажется, что мы видели ее у Ливингстона на «черном» балу.Лицо Каролин осветилось лучезарной улыбкой.– Да, Дэвид. А также на похоронах Ливингстона.– И вот теперь она завладела «Сансетом».– Но надолго ли? – загадочно произнесла Каролин.
– Не выпьешь ли чаю? – предложила Каролин.– О, нет. Не стоит беспокоиться, спасибо, – сказала Кристина.К ней вернулись прежние ощущения, те же, что и на похоронах. Противостоять Каролин было невозможно – и не потому, что она была так властна, так настойчива и сильна, – а потому, что ты сам не хотел противостоять ей.– Я рада, что ты навестила меня, Кристина.Кристина не знала, что ей ответить. Она не забывала о Каролин и давно хотела встретиться с ней, и телефонный звонок Киркегард чудом совпал с ее желанием.С этого момента все ее думы были обращены к Каролин. Свое поклонение сначала Христу, затем Будде Кристин перенесла на нее. Они несли свет когда-то давно, а Каролин сейчас, и можно было искупаться в этом свете, как в водах бассейна «Сансет-отеля».– Будь добра, Канга, подай чай на террасу… с травами, присланными из Тибета.Все было так традиционно, обычно. Обычная гостиная, каких тысячи в Беверли-Хиллз, но почему-то у Кристины захватило дух, когда она глянула в окно. Обыкновенные растения, пышно разросшиеся после недавних дождей, словно царапались в стекло, пытаясь проникнуть в комнату.– Сядь, Кристина.Кристина покорно села, уже чувствуя, что готова подчиниться любому приказу. Каролин пронзала ее взглядом, проникая в самые потаенные уголки.– Ты боишься самой себя. Ты страшишься моей власти над тобой.Это было уже слишком. Кристина еще сопротивлялась. Она помнила, что ее пригласили в гости, на чай, а не на сеанс гипноза.– Ты обладаешь такой властью? – поинтересовалась она.– Узнаешь. Я изучила тебя. Я следила за тобой во всех твоих перевоплощениях. И всегда мы были друзьями… близкими друзьями. А иногда… были любовницами.От последних слов Каролин девушку бросило в жар. Внезапно она до конца осознала, какие чувства возбуждает в ней эта женщина. Там, на похоронах, все это было зыбко – влекуще, но загадочно, а теперь все стало ясно, как солнечный свет, пробившийся сквозь облако.– Любовницами? – переспросила Кристина.– Любовницами… и в прошлом, и в будущем… Ты еще не доросла до понимания, что такое любовь в вечности.Кристина выглядела беспомощной птичкой, пойманной в силки, когда сильные пальцы Каролин сжали ее колено. Через прикосновение в нее проникала энергия другого тела. Она боялась, но и хотела слиться с ним.– Ты почти открылась. Осталось совсем чуть-чуть. Но ты боишься прорвать пелену, окутывающую тебя. Тебя сковывает страх узнать Правду…– Я не совсем понимаю. – Самой Кристине ее голос казался уже далеким.Каролин рассмеялась. Она откинула голову, и солнечный луч, проникший через окно, словно резец скульптора, точно обрисовал черты ее лица, волосы, всю голову, посаженную на могучую шею.– Понимания не требуется в моем учении. Ты не в школе и не в колледже. Нужна Вера. Я покажу тебе, какая ты есть, а потом, какой ты станешь.Ее лицо заслонило от Кристины весь мир.– Ты станешь моей спутницей в путешествии по Времени. И горе нас ждет, но и великие радости на этом пути. Пойдешь ли ты со мной, Кристина? Первый шаг мы сделаем прямо сейчас.Разум подсказывал Кристине, к чему ее склоняют.
1 2 3 4 5 6 7 8 9 10 11 12 13 14 15 16 17 18 19 20 21 22 23 24 25 26 27 28 29 30 31 32 33 34 35 36 37 38 39 40 41 42 43 44 45 46 47 48 49 50 51 52 53
Загрузка...

науч. статьи:   происхождение росов и русов --- политический прогноз для России --- реальная дружба --- идеологии России, Украины, ЕС и США
загрузка...