ТВОРЧЕСТВО

ПОЗНАНИЕ

А  Б  В  Г  Д  Е  Ж  З  И  Й  К  Л  М  Н  О  П  Р  С  Т  У  Ф  Х  Ц  Ч  Ш  Щ  Э  Ю  Я  AZ

 

Я помню все до малейших деталей. Развевающиеся знамёна. Сверкающие мечи и шлемы. Сотни рыцарей, летящих на конях по ристалищу. Повсюду деревянные трибуны, подобные тысячам осадных лестниц. Я всех видел, — Ламорик, окружённый рыцарями был мертвенно бледен. — И тебя, Бейден, и тебя, Конзар, — молодой лорд обратил внимание на замершего в дверях Дьюранда, — и ты, Дьюранд, там тоже был. Силы Небесные…
Ламорик замолчал, открывая и закрывая рот, словно выброшенная на берег рыба, тогда как Берхард, Гермунд и даже Дорвен бросали на Дьюранда взгляды — виноватые, умоляющие.
— Эйгрин, — Ламорик повернулся к рыцарю. — Я тебя тоже помню. Ты скакал на лошади в жёлтом плаще и шлеме. Все было жёлтое.
Судя по лицу Дорвен, слова молодого лорда потрясли её до глубины души.
— Это сон? — уточнил Дьюранд. — Вам приснился сон?
— Да. Пока я спал в лазарете, — кивнул Ламорик. — Дьюранд, толпа приветствовала нас! Все королевство смотрело на нас и радовалось нашим победам! Я должен рассказать об этом сне мудрым женщинам. Но для начала давайте поблагодарим святых отцов за их гостеприимство. Нас ждёт Тернгир! За мной!
Ламорик быстрым шагом вышел из кухни. Рыцари и оруженосцы, подхватив хлеб и сыр, устремились вслед за лордом. Дьюранд, почувствовав, как бешено забурлила кровь в его жилах, схватил Гермунда за руку.
— Гермунд, он и вправду видел сон?
— Думаю, да, — оглядываясь по сторонам, ответил Гермунд. — Но Дорвен… когда она пришла за ним в лазарет, монахи сказали, что Ламорика лихорадило всю ночь. Он страшно кричал в бреду.
— Владыка Небесный, — вздохнул Дьюранд.
— Точно, — кивнул Гермунд. — Нам ещё многое предстоит пережить, друг мой.
Глава 22
Крылья памяти
Отряд провёл в дороге целый день. Лэйверский тракт, тянувшийся среди лугов и полей, свернул в рощу, где было решено устроить привал аккурат между Медларом и маленькой безымянной деревушкой. Было влажно, поэтому, поставив шатры и палатки, продрогшие люди собрались у большого костра — погреться и обсушиться. Скальд коснулся пальцами струн лютни, которые тихо зазвенели в ответ. Он давно уже не брал инструмент в руки и, казалось, истосковался по нему.
Оуэн, глядя в огонь, набросил на плечи одеяло и широко улыбнулся, сверкнув золотыми зубами:
— Женюсь и найду себе где-нибудь замок. Хочется осесть, пока в моей шкуре не провертели дыру, которую будет не под силу залатать даже лекарям. Какой толк от славы, если нет ни женщин, ни земель? Кстати, я не собираюсь брать в жены кого попало. Сэра Оуэна устроят только самые благородные и достойные вдовушки Эрреста! Сэр Оуэн! Отважный воин, сражавшийся плечом к плечу с Красным Рыцарем в Тернгире.
Ламорик громко рассмеялся. Было невозможно не поверить в тот сказочный сон, который, словно яркий солнечный свет, рассеивал тьму мрачных пророчеств и дурных знамений.
— Вот это жизнь, — Бейден улыбнувшись, снял с пояса кошель и потряс им. — Деньги не должны лежать мёртвым грузом.
Леди Бертрана покачала головой. Дьюранд поднял глаза и встретился взглядом с Дорвен.
С того момента, как воин узнал правду, он не позволил себе перемолвиться с ней и словом. Он старался забыть обо всем, что между ними было, и стать таким, как прежде. Однако Дорвен заметила, что он на неё смотрит, и сделала еле заметный жест, приглашая его отойти от костра.
Дьюранд решил, что не сдвинется с места.
— А ты, Гермунд? — спросил Ламорик. — Ты будешь сражаться вместе с нами?
— Я? — скальд улыбнулся. — Я лучше сложу балладу, которую назову «Красный Рыцарь в Тернгире». — Гермунд взял звучный аккорд.
Дорвен, не сводя глаз с Дьюранда, начала вставать. Ещё мгновение, и он бы поднялся и пошёл за ней. Неожиданно из-за деревьев донёсся резкий удар. Люди застыли, повернув головы в сторону Кон-Альдера.
Последовал ещё один удар, а за ним — громкий хлопок.
Дьюранд вскочил.
— Значит так, — приказал ему Конзар. Он резко повернул голову, отчего стал похож на ястреба. — Проверь, что там происходит. Возьми с собой Эйгрина. Если заметите какую беду, немедленно возвращайтесь.
Не произнеся ни слова, двое мужчин углубились во влажный полумрак леса. Позади у костра осталась Дорвен. Несмотря на то, что Дьюранд не мог даже и представить, с кем или чем ему предстоит столкнуться, воин почувствовал облегчение. Дьюранд попытался выкинуть мысли о Дорвен из головы. Рыцари отошли от костра уже на тридцать шагов, на дороге могли быть разбойники. Отразившись от деревьев, по тракту эхом прокатился звук ещё одного удара. Дьюранд коснулся рукояти меча.
— Далеко? — шёпотом спросил он.
— Не думаю, что совсем рядом, — почесал подбородок Эйгрин.
— Нам надо посмотреть, что происходит.
— Ага.
Доспехи обоих рыцарей остались в обозе.
— Берхард с его глазом был бы сейчас кстати, — попытался пошутить Дьюранд.
Эйгрин внимательно посмотрел на Дьюранда.
— Ну, он же сам говорил. В монастыре. Помнишь? — оправдываясь, сказал Дьюранд.
— Такие люди, как он, не всегда понимают, что далеко не все являются их подобиями.
— Послушай, он ведь и с тобой говорил… — обиженно начал Дьюранд, но резким движением руки Эйгрин дал ему знак замолчать. Вдалеке, во тьме что-то двигались. До рыцарей донеслись звуки голосов.
— Уходим с дороги, — прошептал Эйгрин. — Обойдём их по краю леса.
Они остановились, когда в двадцати шагах впереди них забрезжили отблески костра. В ноздри ударил запах конского навоза. Слышались взрывы хохота.
Они опустились на землю и поползли вперёд к терновнику, росшему у самого края лагеря. Эйгрин толкнул Дьюранда в бок, ткнув пальцам на герб, украшавший один из шатров. На гербе был изображён причудливый узор из синих и жёлтых драгоценных камней. Перед рыцарями раскинулся лагерь Морина. Над головой в ветвях дуба что-то зашуршало. Дьюранд поднял взгляд и увидел над собой двух грачей. Один их них, громко захлопав крыльями, обрушил ворох сухих веточек и мелкого мусора прямо Дьюранду в глаза.
— Что там такое? — донёсся до рыцарей знакомый голос Вэира.
— Может духи леса? Думаешь, надо пойти и проверить?
Дьюранд схватился за меч, но, кинув взгляд на Эйгрина, понял, что рыцарь предпочёл бы, не вступая в бой, скрыться незамеченным. Он даже не притронулся к оружию.
Поняв, что мнения расходятся, Эйгрин кивнул в сторону деревьев, и рыцари бесшумно растворились во тьме лесной чащи.
На следующий день отряд Морина нагнал их. Виной тому послужила обычная телега.
Лэйверский тракт тянулся дальше на север между крутых дорожных насыпей, которые становились все выше и выше, покуда не достигли такого размера, что только конники имели возможность разглядеть проплывавшие мимо деревеньки и мельницы. Древний тракт сузился, к самым его краям подступали деревья. Впереди отряда грохотала телега, которую тащили запряжённые в неё волы.
1 2 3 4 5 6 7 8 9 10 11 12 13 14 15 16 17 18 19 20 21 22 23 24 25 26 27 28 29 30 31 32 33 34 35 36 37 38 39 40 41 42 43 44 45 46 47 48 49 50 51 52 53 54 55 56 57 58 59 60 61 62 63 64 65 66 67 68 69 70 71 72 73 74 75 76 77 78 79 80 81 82 83 84 85 86 87 88 89 90 91 92 93 94 95 96 97 98 99 100 101 102 103 104 105 106 107 108 109 110 111 112 113 114 115 116 117 118 119 120 121 122 123 124 125 126 127 128 129 130 131 132