ТВОРЧЕСТВО

ПОЗНАНИЕ


ПОИСК КНИГ    ТОП лучших авторов книг Либока   

научные статьи:   пассионарно-этническое описание русских и других народов мира,   конфликты в Сирии и на Украине по теории гражданских войн,   действующие идеологии России, Украины, ЕС и США  
А  Б  В  Г  Д  Е  Ж  З  И  Й  К  Л  М  Н  О  П  Р  С  Т  У  Ф  Х  Ц  Ч  Ш  Щ  Э  Ю  Я  AZ

 

Матра эй Фильхо! Ты единственная из них можешь меня понять. Неужели ты мне в этом откажешь? – Сааведра почувствовала, как и у нее на глазах появились слезы. – Матра Дольча, я здесь совсем одна, мое время давно прошло, я ни с кем не знакома – у меня есть только этот ребенок, ребенок Алехандро, который узнает о своем отце и о том времени, когда жила его мать, разве что из уроков древней истории. – Сааведре стало трудно говорить. – Ты же все понимаешь, правда? Ты чувствуешь. Сердцем, да и умом тоже.Элейна стояла спиной к Сааведре. Казалось, прошла целая вечность, прежде чем она медленно повернулась и протянула ей дрожащую руку.– Прости меня… Я не завидую твоему Дару. – Они взялись за руки. – Это правда, у тебя никого нет… И если ты захочешь, то станешь мне сестрой. Совсем как Беатрис, которая и на самом деле мне сестра. И Агустин… – Голос ее пресекся, она выпустила руку Сааведры. – Прошу меня простить. Я должна пойти посмотреть, не проснулся ли Агустин.– Иди посмотри, ниниа мейа.Сааведра с сожалением проводила ее глазами. А потом обратилась к Гиаберто:– Кто такой Агустин?Ответил ей Кабрал, сердито и печально одновременно:– Агустин – ее младший брат, недавно прошедший конфирматтио. Он умирает, потому что Сарио облил горячим маслом из лампы картину мальчика, написанную красками с примесью крови.Сааведра вздрогнула. Затем поцеловала кончики пальцев и приложила их к сердцу.– Матра Дольча… Который Сарио?– Этот. – Гиаберто показал на лицо, которое она не узнала. – Но нам не удалось применить к нему Чиеву до'Сангва.Сааведра ответила не сразу. Она знала, как Сарио защитил себя.– Мы еще не поняли, каким образом ему удалось это сделать, – продолжал Гиаберто, приняв ее молчание за удивление. Бросил взгляд на портрет. – Впрочем, может быть, на самом деле он не Сарио. Не наш Сарио. – Он обернулся к Сааведре. – Ты уверена, что видела в зеркале Сарио?Впервые за свою жизнь – жизнь, исковерканную магией, – Сааведра Грихальва произнесла клятву, к которой даже они не могли отнестись несерьезно.– Номмо Чиева до'Орро. – Она видела, что они ее услышали, отметила их потрясение. – Его одежда менялась, но лицо оставалось всегда одним и тем же. И Чиева у него на груди. – Неожиданно Сааведра задрожала, словно в комнату ворвался порыв холодного ветра. – Возможно, жестокость – или, наоборот, великодушие – заставили его нарисовать зеркало… Видимо, у него были на это свои собственные причины. Но я думаю, оно показывало правду – настоящий мир и его истинное лицо. И в этом мире всегда был Сарио.– В таком случае, если твой Сарио приходил с Элейной, нашей Элейной… – Лицо Кабрала посерело. – Прости меня за то, что я сомневаюсь в твоих словах, пожалуйста, прости, но в это так трудно поверить.Сааведра развела руками.– Так же трудно, как поверить в меня.– Как такое может быть? – Голос Гиаберто дрожал. Да, нелегко говорить: для нее все произошло вчера, для них – несколько веков назад.– Вы не знаете его так, как я, – сказала она. – Не знаете того Сарио, каким мне дано было его увидеть, – хотя он и живет среди вас. Я поняла – к сожалению, слишком поздно! – что Сарио способен на все. Он может достигнуть заоблачных высот, подчинить себе любое заклинание, добиться безграничного могущества. Благодаря Дару он не ведает никаких преград. – Она тяжело вздохнула. – В мое время не было – да и в ваше тоже нет – равных Сарио Грихальве.– Твои слова звучат так, будто ты его любишь! – В голосе Гиаберто слышался упрек.Сааведра нисколько не смутилась.– Я любила его так сильно, как только могла. Как никого другого. Но любовь бывает разной, и то, что я давала Сарио, не имело ничего общего с тем, что связывало меня с Алехандро.– Ниниа мейа, – с состраданием произнес Кабрал и взял руки Сааведры в свои. – Я буду рад, если ты станешь считать меня своим дядей, так же, как Элейну – сестрой. Ты Грихальва, одна из нас, часть меня… – Он рассмеялся. – Боюсь, по возрасту ты годишься мне в прапрабабушки, но все равно ты моложе меня.Старик, старше остальных иллюстраторов, нарушил торжественность момента, отчаянно заколотив тростью по полу.– Хватит! – Его трескучий, слабый голос дрожал, было ясно, что жить ему осталось недолго. – Все эти разговоры о Сарио – этот Сарио, тот Сарио – неуместны, в то время как я хочу выяснить нечто на самом деле чрезвычайно важное. – Он сердито уставился на Сааведру. – Желтый нипали – как его делали? Мы создаем лишь нечто похожее, но наша краска не дает того эффекта, какого достигали старые мастера. Как ее смешивали?Слишком много потрясений. Сааведра расхохоталась.– Вы больше не умеете делать желтый нипали? Матра Дольча, да вам ужасно повезло, что я вернулась, не так ли?Кабрал выпустил ее руки из своих и энергичным жестом привлек к себе всеобщее внимание.– Минутку!Как странно видеть, что лишенный Дара иллюстратор пользуется таким влиянием среди Вьехос Фратос! Но Сааведра уже поняла, что Кабралу можно доверять, ее восхищали его доброта и мудрость – и ей так нужны были друзья.– Сарио опасен не только для нас, но и для всей Тайра-Вирте. Если то, что говорит Элейна, правда и Сарио действительно написал портрет герцога Ренайо, благодаря которому полностью подчинил того себе… – Он покачал головой. – Давайте предположим, что это правда, что первый Сарио Грихальва еще жив. Как можно такое осуществить? На это способен лишь Одаренный иллюстратор, правильно? А они есть только среди Грихальва.– Исключено! – снова запротестовал Гиаберто.Сааведра устала выслушивать бесконечные препирательства и потому оставила Вьехос Фратос и подошла к Пейнтраддо Чиеве Сарио Грихальвы, ее Сарио.Всего несколько дней назад… Дней? Нет, веков. Несколько дней назад она разговаривала с ним, спорила, поняв, что он собой представляет, чем стал; несколько дней назад она лежала в объятиях Алехандро, была счастлива рядом с ним, знала, что они будут вместе до тех пор, пока смерть их не разлучит.Она еще жива. А он умер три века назад.Ее снова затопила волна боли. Чтобы справиться с ней, на время забыть, Сааведра обратилась к Вьехос Фратос. К Кабралу.– Тебе, – она поманила его, а когда он подошел, вложила свою руку в его, – тебе он бы позавидовал. Теперь я это понимаю гораздо лучше, чем раньше. Его безумие помогло мне… – Она показала на картину. – Этот человек позавидовал бы тебе и твоему могуществу…– У меня его нет, – возразил Кабрал. – Я не наделен Даром.– На самом деле твоя сила совсем в другом. В долгой жизни. В способности зачинать детей. – Сааведра вздохнула. – Однажды Сарио мне сказал, что не желает иметь ничего общего с детьми, но я думаю, он лгал. А еще он заявил, что иллюстратор живет только в своих произведениях и что он найдет способ это изменить. – Она взглянула на Кабрала. – Ты знаешь историю Тайра-Вирте. Как долго прожил первый Сарио?– Мне кажется, он умер в тридцать пять лет.А Алехандро… Какой оказалась его жизнь, длинной или короткой? И появилась ли в его постели другая женщина, женщина, родившая ему детей?Конечно, появилась. Род до'Веррада продолжается и по сей день, триста шестьдесят три года спустя. Но она не могла решиться задать этот вопрос. Это причиняло боль.– Ты интересовался, – обратилась она к Гиаберто, – как может Сарио жить так долго. Я могу ответить на твой вопрос, потому что прочла эту книгу от корки до корки. – Она показала на книгу, лежащую на столе – на картине. – Это копия Кита'аба. Вам она известна в неполном варианте, и вы называете ее Фолио. Там есть заклинание, благодаря которому можно перенести сознание и дух одного человека в тело другого…Открылась дверь, ведущая на лестницу, и все повернули головы в ту сторону, но оказалось, что это всего лишь Элейна.– Агустин спит. – Ее лицо было печально. – Может быть, даже лучше, что он не просыпается, если сон избавляет его от боли. – Она взглянула на Сааведру и тяжко вздохнула. – Я слышала тебя. Пару дней назад я спросила Сарио, как получилось, что ему так много всего известно. И он ответил: “Я давно живу”. Мне его слова тогда показались такими странными, ведь он всего на шесть лет старше меня. – Она посмотрела на всех, потом снова на Сааведру. – Я могу проверить, правда ли это. Я должна вернуться в Палассо.– Матра эй Фильхо! Ты не боишься рискнуть?– Невозможно, – перебил их Гиаберто. – Слишком опасно. Кабрал присоединился к Гиаберто, хотя и не так уверенно.– Элейна, милая, ты же должна понимать, что, если Сарио в состоянии заставить Ренайо плясать под свою дудку, он, вне всякого сомнения, может поступить точно так же и с тобой.Она убедительно покачала головой. Сааведра восхищалась ее спокойной отвагой.– Он не причинит мне никакого вреда и не сделает своей марионеткой. – Элейна с вызовом посмотрела на Гиаберто. – Он написал мой портрет, который защищает меня от влияния иллюстраторов Грихальва.Сааведра с новым интересом взглянула на Элейну. Красива, хотя и не ослепительна; молода, полна жизни и энергии; но самое главное – в ней есть вдохновляющая сила, она вызывает в душе отклик, привлекает к себе.И Сааведра поняла, что это Луса до'Орро, тот самый Золотой Свет, что был дарован и Сарио.Художник. Вот чем она занимается с Сарио, а потому знает его так хорошо. Живопись. Она учится. Чтобы разгорелся ее собственный огонь.И все же…– Он тебя любит? – спросила Сааведра.Он всегда любил ее, насколько вообще был способен любить кого-то, кроме себя и своего искусства; но ведь он прожил так долго, наверняка у него были и другие женщины. Или, может быть, одна другая женщина?Элейна покраснела, но ответила твердо:– Он не мой любовник. Но… – Ее колебания выдавали глубокое волнение. – Но я его ученица, Возмущенные возгласы. Вьехос Фратос и в самом деле не те, что раньше. Сааведра не могла припомнить, чтобы мужчины выдвигали такие мелкие, пустые доводы, так легко устраивали скандалы по пустякам. Они не отпустят ее в Палассо.А она бы пошла; она пошла – невзирая на опасность, и оказалась здесь, в этом времени, хотя ей следовало умереть вместе с Алехандро.– Но ведь только я могу вернуться! – воскликнула Элейна. – Он мне доверяет и думает, что я доверяю ему. Скажите, что я должна сделать!Гиаберто стал расхаживать по комнате.– Меннина моронна, – бормотал он.– Да, – согласилась Элейна. – Но так нужно, тио. Он резко обернулся.– Если все обстоит так, как ты говоришь… Если он написал твой портрет красками с кровью, тогда ты и в самом деле можешь его не опасаться, он не способен причинить тебе зло. Эйха! Ты должна отправиться в Палассо. – Он смахнул капли пота с верхней губы. – Сначала следует освободить Ренайо от его влияния. Найди портрет, опусти его в ванну с водой, налей туда скипидар, и пусть полотно хорошенько намокнет. Когда картина будет уничтожена, добавь еще воды, как можно больше, а потом все вылей в сток. Таким образом его власти над герцогом придет конец без вреда для самого Ренайо.– А почему бы мне просто не сжечь портрет или какую-нибудь другую из его картин? – сердито спросила Элейна. – Позвольте мне сделать с ним то, что он сотворил с моим Агустином!Сааведра остановила спор, прежде чем он разгорелся с новой силой.– Я должна его увидеть, – просто сказала она. – Я должна увидеть этого человека и понять, что он собой представляет.Элейна, стоявшая совсем рядом с ней, пробормотала так тихо, что только Сааведра услышала ее слова:– Если это действительно он, представить себе невозможно, как много он знает о живописи!Самая настоящая Луса до'Орро. Да, Элейна женщина, но такой же иллюстратор, как и все остальные.Холодно, спокойно Сааведра продолжала:– Я предлагаю Элейне вернуться к нему и отнести записку. От меня, я напишу ее сама, он – мой Сарио – прекрасно знает мою руку. И если это действительно Сарио, он обязательно явится. – Она посмотрела на молодую женщину, его ученицу, понимая, что следующее задание причинит ей боль. – Когда он покинет Палассо, Элейна должна будет уничтожить все его картины способом, описанным Гиаберто. Все до единой. А как только Сарио придет ко мне, сюда, в ателиерро, мы займемся им все вместе. Вьехос Фратос. И я. Возможно, лишь я одна знаю, как следует с ним поступить. – Она больше не испытывала боли. Лишь ощущала безжалостную необходимость. – Так он меня учил. Мне понадобятся краски.
1 2 3 4 5 6 7 8 9 10 11 12 13 14 15 16 17 18 19 20 21 22 23 24 25 26 27 28 29 30 31 32 33 34 35 36 37 38 39 40 41 42 43 44 45 46 47 48 49 50 51 52 53 54
Загрузка...

научные статьи:   расчет возраста выхода на пенсию в России,   схема идеальной школы и ВУЗа,   циклы национализма и патриотизма  
загрузка...