ТВОРЧЕСТВО

ПОЗНАНИЕ

А  Б  В  Г  Д  Е  Ж  З  И  Й  К  Л  М  Н  О  П  Р  С  Т  У  Ф  Х  Ц  Ч  Ш  Щ  Э  Ю  Я  AZ

 

Их лошади, уже оседланные, были привязаны неподалеку. Не прошло и нескольких минут, как они уже неслись следом за де Брессе.
Эдмунд, отъехав от реки, направился к лесу. Сейчас у него не было настроения размышлять об опасностях, подстерегавших одинокого всадника в чаще, так и кишевшей разбойниками, беглыми сервами, (Крепостные в средневековой Англии.) мелкими воришками и просто кровожадными убийцами. Сначала он ехал по широкой тропе, освещенной солнцем, пробивавшимся сквозь густой лиственный полог, но, заслышав сзади треск сучьев, свернул в зеленую сырость зарослей.
Однако какое-то шестое чувство предупредило его об опасности. Эдмунд повернулся и выхватил меч как раз в тот момент, когда первый из преследователей выскочил из-за деревьев справа от него. Кинжал нападавшего описал широкую смертоносную дугу, вонзившись в плечо Эдмунда сквозь кожаную куртку, и тот проклял свое легкомыслие, побудившее снять кольчугу. Меч уже был в его руке, и он отбил следующий удар с такой силой, что сбросил противника с коня. Но тут появился второй, с поднятым кинжалом. Завязался молчаливый поединок. Конь с подрезанным сухожилием свалился на землю, и Эдмунд едва успел спрыгнуть и удержаться на ногах. Теперь пришлось драться сразу с двумя, один из которых по-прежнему оставался в седле и со смертоносной точностью действовал палкой. Голова Эдмунда шла кругом от жестокого удара; кровь затекала в глаза и струилась из раны на плече. Дыхание со свистом вырывалось из груди, сердце сжималось холодной уверенностью неминуемого поражения. Прижатый к стволу дерева, он парировал выпад за выпадом до тех пор, пока глаза не застлало тьмой.
А Магдалена напрасно искала глазами черный с золотом юпон, украшенный соколом де Брессе, но, узнав голубую с серебром одежду де Жерве, почти мгновенно забыла обо всем остальном. Несмотря на свою откровенную нелюбовь к подобного рода развлечениям, она была необычайно довольна и горда, когда в конце схватки Гай оставался одним из немногих, удержавшихся в седле.
Она перегнулась через перила ложи, аплодируя вместе со всей публикой и стараясь поймать его взгляд. Он подъехал ближе, чтобы выразить почтение герцогу, и Магдалена торопливо сорвала еще одну розу, намереваясь бросить ее победителю, но в спешке занозила палец. Шип воткнулся под ноготь. Тихо вскрикнув, Магдалена сунула палец в рот, а когда боль немного утихла, было уже поздно. Гай с достоинством принял поздравления сюзерена и сидевших в ложе женщин, большинство из которых осыпало его цветистыми комплиментами. Магдалена, увидев, что его взгляд устремлен на одну из придворных дам герцогини, с упавшим сердцем уронила розу на пол ложи. Как ни грустно, но ей пришлось стать свидетельницей галантного флирта между леди Мод Уайзфорд и Гаем де Жерве. Леди была немногим старше Магдалены, недавно овдовела и считалась завидной невестой и будущей наградой герцогини Констанцы самому блестящему жениху. Однако Магдалена с величайшим неудовольствием взирала на хорошенькую вдовушку.
Гай заметил ее надутые губки, но посчитал это следствием необъяснимого отсутствия мужа. И что тут удивительного: любой даме не доставит радости смотреть на сражение, в котором не участвует ее рыцарь. Но не его дело доводить до сведения Магдалены приказ герцога, по крайней мере на публике. Это долг супруга, если только сам Джон Гонт не предпочтет просветить ее на этот счет.
Поэтому Гай погнал коня к своему шатру, намереваясь избавиться от бремени доспехов.
Муж предупредил Магдалену, что проводит ее в Савойский дворец, поэтому она осталась в ложе. Турнир проходил на вестминстерском ристалище, и зрители быстро расходились, стараясь добраться до дома, пока не стемнело. Герцогиня, зная, что муж велел Магдалене никуда не уходить, удалилась вместе с герцогом и теми дамами, которых не сопровождали их рыцари.
Время шло, но Эдмунд не появлялся. Два пажа тоскливо переминались поодаль. По земле протянулись длинные тени, слуги, старательно подметавшие ристалище, закончили работу и удалились. Наконец Магдалена вышла из себя и послала пажа в шатер Эдмунда, а сама продолжала сидеть, кипя от возмущения, слишком рассерженная, чтобы осознать странность подобного поведения мужа. Такая неучтивость была совершенно не в характере Эдмунда, но эта мысль не приходила в голову его супруге.
Паж нашел шатер сьера де Брессе опустевшим. Вокруг царила суматоха: челядь и оруженосцы складывали и убирали шатры и вещи господ, но сами рыцари уже разъехались. Паж не знал, что делать. Он получил строгий приказ не покидать леди, пока не появится сьер де Брессе, а его хозяин был короток на расправу с непослушными, но в то же время следовало как можно скорее проводить ее домой, пока солнце не скрылось за горизонтом. Но тут паж с облегчением увидел лорда де Жерве, выходившего из своего шатра с усыпанным драгоценными камнями кубком в руке. Лорд обладал несомненной властью над Эдмундом де Брессе и мог дать дельный совет.
Де Жерве выслушал взволнованный рассказ мальчика, кивнул и отослал его к леди Магдалене, наказав ждать его прихода, а сам допил вино, швырнул кубок своему пажу и зашагал к ложе герцога. Он предположил, что Эдмунд в порыве оскорбленной гордости, изнемогая от причиненной несправедливой обиды, ускакал, совершенно забыв о жене. Вполне понятный проступок в подобных обстоятельствах, но тем не менее непростительный и красноречиво говоривший о том, что Гай плохо воспитывал племянника.
Де Жерве нашел Магдалену в крайнем расстройстве. Она немедленно накинулась на него, как на главного виновника унизительного пренебрежения мужа супружескими обязанностями.
Гай терпеливо выждал, пока гневные речи иссякнут, а ярость Магдалены немного уймется, и только тогда спокойно заявил:
— Если вы уже высказались, мадам, тогда пора в дорогу. Скоро стемнеет, а со мной нет отряда воинов.
— Где Эдмунд? — глухо спросила она уже без всякого запала. — Не понимаю, почему он так поступил?..
Гай, выводя ее из ложи, наскоро рассказал о приказе Ланкастера.
— Он был вне себя и поэтому совершенно потерял голову.
— Ничего, я приведу его в чувство, — мрачно пообещала Магдалена, когда Гай усадил ее в седло. — И если ему запрещено ужинать во дворце, то меня это не касается. Я пойду в большой зал, а он пусть ест где заблагорассудится.
— Это не дело. Жена должна сострадать мужу, — пожурил Гай, правда, без особой убежденности. Эдмунд в самом деле заслуживал упрека.
— Но почему он решил биться насмерть со сьером де Ламбером? — неожиданно спросила она, едва они выехали на дорогу в сопровождении двух ее пажей и оруженосца де Жерве. Гай пожал плечами:
— Какая-то размолвка, которую не следовало решать на турнире.
1 2 3 4 5 6 7 8 9 10 11 12 13 14 15 16 17 18 19 20 21 22 23 24 25 26 27 28 29 30 31 32 33 34 35 36 37 38 39 40 41 42 43 44 45 46 47 48 49 50 51 52 53 54 55 56 57 58 59 60 61 62 63 64 65 66 67 68 69 70 71 72 73 74 75 76 77 78 79 80 81 82 83 84 85 86 87 88 89 90 91 92 93 94 95 96 97 98 99 100 101 102 103 104 105 106 107