ТВОРЧЕСТВО

ПОЗНАНИЕ


ПОИСК КНИГ    ТОП лучших авторов книг Либока   

научные статьи:   демократия как основа победы в политических и экономических процессах,   национальная идея для русского народа,   пассионарно-этническое описание русских и других народов мира и  закон пассионарности и закон завоевания этноса
А  Б  В  Г  Д  Е  Ж  З  И  Й  К  Л  М  Н  О  П  Р  С  Т  У  Ф  Х  Ц  Ч  Ш  Щ  Э  Ю  Я  AZ

 


— Извините меня, — смущенно ответил Гарри, — но я очень беспокоился о вас. Судя по всему, все произошло недавно, а... не многие могут столь стойко переносить это.
— Вы говорите о смерти? О, я ожидал ее уже очень давно. Вы, должно быть, тот самый некроскоп?
— Вы обо мне слышали? Но тогда вы должны знать, что я никогда не бываю груб, а если иногда и невежлив, то непреднамеренно. Но мне и в голову не приходило, что слух обо мне дошел до кочевого народа. Мне всегда казалось, что вы существуете сами по себе, отдельно от других народов. То есть я хочу сказать, что ваш образ жизни не всегда соответствует... нет, не об этом я собирался говорить с вами. Наверное, вы правы: я вел себя невежливо по отношению к вам.
— Я прекрасно понимаю, что вы имеете в виду, — усмехнулся умерший. — Но мертвые есть мертвые, Гарри, и раз уж они получили возможность поболтать друг с другом, они, конечно же, болтают! Им остается только вспоминать, не имея возможности связаться с кем-либо из мира живых. За исключением вас, Гарри. А это неизбежно приводит к тому, что и сами вы становитесь темой для разговоров. А потому я, конечно же, слышал о вас, Гарри.
— Вы очень знающий человек, — сказал ему Гарри, — и очень мудрый, как мне кажется. Значит, вы не считаете смерть большим несчастьем. То, что происходит с вами при жизни, продолжится и после смерти. Все проблемы, волновавшие вас, когда вы были живым, и которые вы не успели решить до конца, вы сумеете обдумать теперь, когда вы умерли. Вы найдете ответы на все свои вопросы.
— Вы пытаетесь успокоить меня, облегчить мое состояние, и я это очень ценю, — ответил умерший, — но, поверьте, в этом нет никакой нужды. Я был уже стар, и кости мои устали, а потому я был готов к смерти. И сейчас я на пути к своим родным местам у подножия гор, где меня радушно встретят мои предки — Странники. В свое время они так же, как и я, были цыганскими королями... Я тоже был им. Мне бы очень хотелось услышать из первых уст историю моего народа. И думаю, что за такую возможность я должен поблагодарить именно вас, ибо без вас они лежали бы без движения в своих древних могилах, похожие на высушенные семена, в которых заложены все цвета и формы, но которые не в силах воплотить их в жизнь. Ведь для мертвых вы все равно что дождь в знойной пустыне.
Процессия уже поворачивала за угол, и Гарри высунулся подальше из окна, чтобы не упускать из вида катафалк.
— Мне было приятно познакомиться с вами, — сказал он вслед процессии. — Поверьте, если бы я знал, что вы цыганский король, я отнесся бы к вам с гораздо большим почтением.
— Гарри, — донеслись до некроскопа высказанные на языке мертвых мысли старого цыгана, казавшегося теперь обеспокоенным, — вы кажетесь мне человеком редким и необыкновенным: вы добры, полны сострадания и сочувствия, по-своему мудры, несмотря на молодость. И вы сказали, что признаете мою мудрость и накопленный опыт. Вот почему я хочу попросить тебя принять один мой совет, настоятельный совет старого Странника, короля цыган. Иди куда угодно, но только не туда, куда ты направляешься сейчас. Делай все, что угодно, но только не то, что намереваешься сейчас сделать.
Гарри был обескуражен и не на шутку встревожен. Цыгане обладают весьма необычными талантами и способностями, и даже мертвые, в том числе умершие недавно, они не лишены этих талантов. Не говоря уже о мертвом цыганском короле!
— Вы предсказываете мне судьбу! Давно я не вкладывал серебряную монету в цыганскую ладонь, не крестил ее серебром.
— Да, серебром... — немедленно отозвался старый цыган. — Никогда уже моим ладоням не коснуться его! Но, будь уверен, оно тяжестью лежит на моих глазах. Перекрести серебром себя, Гарри! Перекрести им себя!
В душе Гарри на смену удивлению пришли подозрения. Что известно этому старику? Что может быть ему известно, и что он хочет ему сказать? Гарри не пытался скрыть свои мысли, и цыганский король сумел их прочесть.
— Я и сказал тебе слишком много, — произнес он в ответ. Кое-кто может счесть меня предателем. Ну и пусть они думают так! Ты совершенно прав: я стар, я мертв и потому заслуживаю снисхождения. У меня еще есть возможность получить прощение. Но ты был добр ко мне, а смерть поставила меня выше страха за свое доброе имя.
— Ваши предостережения звучат зловеще, — сказал ему Гарри, но ответа не получил. Только маленькое облачко медленно оседающей дорожной пыли свидетельствовало о том, что здесь только что проехали повозки, теперь уже окончательно скрывшиеся из вида.
— Мой путь предопределен! — крикнул им вслед Гарри. — И я должен следовать ему!
До него донесся вздох... лишь один вздох...
— И тем не менее я благодарю вас, — также со вздохом ответил Гарри, слегка ссутулившись. — Прощайте!
Он ощутил, как старик медленно и печально покачал головой...
* * *
В одиннадцать часов утра Гарри расплатился и покинул гостиницу “Саркад” в Мезоберени. Остановившись на обочине дороги, он стал ждать такси. В руках он держал только портплед, в котором было немного вещей: спальный мешок, подробная карта района и пакет с сэндвичами, приготовленными для него дочерью владельца гостиницы.
И без того горячее солнце, казалось, пекло еще сильнее, проникая сквозь пыльные стекла старого драндулета. Оно сжигало кисти рук Гарри, отчего на них появилось нечто вроде потницы. При первой же возможности он попросил остановиться и в деревушке под названием Бекеш купил себе соломенную шляпу с широкими полями.
От Мезоберени до того места неподалеку от румынской границы, куда направлялся Гарри, было около двадцати километров. Прежде чем отпустить шофера такси, он проконсультировался с ним, чтобы проверить, насколько точна его карта, и действительно ли до пограничного пункта Гьюла осталось два или три километра.
— Да, Гьюла, — сказал шофер, махнув рукой куда-то вдоль дороги. — Гьюла. Вы увидите и то и другое с холма — и границу и Гьюлу.
Гарри проводил взглядом развернувшуюся и удаляющуюся машину, потом повесил на плечо портплед и пешком отправился в сторону границы. Он мог бы доехать до места на такси, но не хотел добираться туда таким образом. Человек, идущий пешком, привлекает к себе; меньше внимания на сельской дороге.
Да, это была именно сельская дорога: по обеим ее сторонам тянулись леса, зеленые поля, живые изгороди, на пастбищах пасся скот. Земли казались богатыми и плодородными. Но впереди, по ту сторону границы, возвышался центральный массив Трансильванских гор. Он не выглядел столь мрачно, как Южный, эти горы не вызывали дурных предчувствий, однако будили в душе благоговейный страх и таили в себе некую угрозу. Милях в двадцати пяти, в том месте, где дорога проходила через гребень, образованный невысокими холмами, Гарри видел серо-голубые вершины и куполообразные оконечности, уходящие к самому горизонту, огромное скопище утесов, подернутых дымкой и неясно очерченных из-за большого расстояния до них и низкой облачности. Именно туда и лежал его путь.
Отсюда же Гарри хорошо был виден пограничный пункт с красно-белым полосатым шлагбаумом, перегораживающим дорогу. В то время, когда Гарри имел доступ в пространство Мёбиуса, границы его мало волновали, но теперь они начали представлять для него весьма серьезное препятствие. Он был уверен, что пересечь эту границу у него нет никакой возможности. Во всяком случае, по дороге. Но его весьма несложный план учитывал этот момент. Теперь, когда он точно сориентировался по карте и знает, где именно находится и как проходит линия границы, он будет продолжать изображать беспечного туриста и спокойно проведет время в ближайшей деревушке или поселке. Там он досконально изучит карту и выберет для себя наиболее приемлемый маршрут для перехода границы с Румынией. Он знал, что секуритате прилагает все возможные усилия, чтобы держать румынов взаперти, но сомневался, что ее агенты принимают достаточно жесткие меры в стремлении не допустить в страну иностранцев. В конце концов, какой сумасшедший будет рваться туда? Только один — Гарри Киф!
У подножия холма была Т-образная развилка, от которой на север, через густой лес, отходила третьеразрядная дорога, частично засыпанная щебенкой. За лесом, меньше чем в полумиле... да, это, должно быть, и есть Гьюла. Гарри видел голубовато-серые дымки, поднимавшиеся из печных труб, и сверкающие луковообразные купола — возможно, это были церкви. В целом, место казалось очень тихим и спокойным, а следовательно, вполне устраивало Гарри.
Но едва он спустился вниз по склону и повернул налево, в лес, как снова услышал смутно знакомое позвякивание и стук и увидел под деревьями те самые цыганские повозки, которые совсем недавно проезжали под окнами гостиницы. Судя по всему, они появились здесь недавно, и странники еще не закончили разбивать лагерь. Один из них, одетый в кожаные штаны, домотканую красно-коричневую рубашку и черные ботинки, сидел на покосившейся ограде и жевал травинку. Его длинные, блестящие черные волосы стягивала черно-белая повязка, закрывающая лоб. Когда Гарри поравнялся с ним, он улыбнулся и кивнул головой.
— Эй, путник! Ты путешествуешь в одиночестве. Так почему бы тебе не присесть на минутку, чтобы отдохнуть и промочить горло? — Он поднял вверх руку с зажатой в ней высокой и узкой бутылочкой сливовицы. — Сливы в этом году были особенно кислыми, из них-то и было приготовлено это вино.
Гарри покачал было головой, отказываясь от предложения, а потом вдруг подумал: а почему бы и нет? Он с таким же успехом может изучать карту, сидя под деревом, как и в любом другом месте. И не привлечет к себе излишнего внимания.
— Спасибо за приглашение, — ответил он, но тут же удивленно добавил:
— Поразительно! Вы говорите на моем языке!
— И еще на очень многих, — улыбнулся цыган. — Можно сказать, почти на всех. А чего вы ожидали? Ведь мы же Странники!
— А как вы догадались, что я англичанин? — спросил он, следуя за человеком вглубь лагеря.
— Да просто потому, что вы не венгр. И потому, что немцы сюда больше не приезжают. Будь вы французом — вас непременно было бы, как минимум, двое-трое, причем все в шортах и на велосипедах. Честно говоря, я и не знал точно. И если бы вы мне не ответили, то, наверное, так бы и не узнал. Во всяком случае, наверняка. Но как бы то ни было... вы очень похожи на англичанина.
Гарри рассматривал повозки, изысканно украшенные причудливо вырезанными магическими знаками, великолепную резьбу по дереву. Различные символы были выполнены очень искусно и совершенно естественно включались в общий декоративный фон, словно по специально разработанному проекту, предназначенному для того, чтобы замаскировать их. Однако, присмотревшись повнимательнее, хотя и стараясь сделать вид, что интерес его совершенно случаен, Гарри понял, что все именно так и есть, символы действительно сознательно скрывались.
Особый его интерес в этом отношении вызывал катафалк, стоявший поодаль от остальных повозок. На ступеньках его сидели бок о бок две женщины в черных одеждах. Головы их были опущены на грудь, а руки безвольно свисали по бокам.
— Умерший король... — произнес Гарри и краем глаза заметил, как вздрогнул его новый знакомый. И тут в голове у него все встало на свои места, словно разбросанные фрагменты головоломки соединились вдруг в единую картину.
— Откуда вы знаете? Гарри пожал плечами.
— Такое количество цветов и чеснока свидетельствует о принадлежности повозки богатому и знатному человеку и соответствует положению цыганского короля. Там, внутри, его гроб, не так ли?
— Там два гроба, — ответил цыган, настороженно косясь на Гарри.
— Вот как?
— Второй предназначен для его жены. Вон той, худой, что сидит на ступеньках. Сердце ее разбито, и она не думает, что надолго переживет мужа.
Они присели на выпиравшие из земли угловатые корни дерева и Гарри вытащил пакет с сэндвичами. Сам он не был голоден, но собирался угостить ими своего цыганского “друга” в обмен на добрый глоток сливовицы.
— И где вы намерены похоронить его? — наконец спросил он.
— Там, у подножия гор, — ответил цыган, беспечно мотнув головой куда-то на восток, однако Гарри почувствовал на себе его настороженный взгляд.
1 2 3 4 5 6 7 8 9 10 11 12 13 14 15 16 17 18 19 20 21 22 23 24 25 26 27 28 29 30 31 32 33 34 35 36 37 38 39 40 41 42 43 44 45 46 47 48 49 50 51 52 53 54 55 56 57 58 59 60 61 62 63 64 65 66 67 68 69 70 71 72 73 74 75 76 77 78 79 80 81 82 83 84 85 86 87 88 89
Загрузка...

научные статьи:   теория происхождения росов-русов,   закон о последствиях любой катастрофы и  расчет возраста выхода на пенсию в России
загрузка...