ТВОРЧЕСТВО

ПОЗНАНИЕ


А  Б  В  Г  Д  Е  Ж  З  И  Й  К  Л  М  Н  О  П  Р  С  Т  У  Ф  Х  Ц  Ч  Ш  Щ  Э  Ю  Я  AZ

 

Но я не собирался подавать сигнал на луну, мне надо было связаться с лондонским оффисом дядюшки Артура.
Оставшиеся двадцать процентов объема были заполнены коллекцией предметов, способных заставить задуматься комиссара Скотланд-Ярда. Тут было несколько готовых к употреблению взрывных устройств из пластичной взрывчатки, механические и химические детонаторы, соединенные с миниатюрными часовыми механизмами с диапазоном действия от пяти секунд до нескольких минут и снабженные присосками; прекрасный набор воровских инструментов, связки отмычек, несколько хитроумных подслушивающих устройств, включая и то, которым можно выстрелить из специального пистолета; имелось несколько упаковок невинно выглядящих таблеток - утверждают, что если бросить их в стакан какого-нибудь доверчивого типа, тот потеряет сознание на несколько часов; вдобавок было здесь еще четыре пистолета и ящик боеприпасов. Чтобы использовать все это богатство в одной операции, пришлось бы потратить уйму времени. Два пистолета были системы "Люгер", еще два - немецкий "Лилипут" калибра 4,25- это самый миниатюрный автоматический пистолет из тех, что ныне производятся. У "Лилипута" то преимущество, что его можно спрятать на себе в любом месте, даже с внутренней стороны левого рукава при помощи натянутой резинки - если, конечно, вы не шьете костюмы на Карнаби-стрит.
Ханслетт взял один из "Люгеров", дослал патрон в ствол и тут же вышел.. Нет, он не услышал чьих-либо шагов на палубе, он просто не хотел находиться поблизости, когда на связи будет дядюшка Артур. Я не мог-его упрекнуть. Мне тоже хотелось бы быть подальше отсюда в таком случае.
Я подключил два изолированных кабеля, защелкнул мощные зажимы на полюсах батареи, нацепил наушники, включил передатчик и нажал кнопку вызова. Мне не нуждо было крутить верньер настройки - передатчик имел фиксированную частоту для работы на УКВ, так что мы могли обходиться без квалифицированного радиста.
- Говорит станция СПФ-ИКС,- донесся голос.- Станция СПФ-ИКС.
- Доброе утро. Говорит Каролина. Могу я поговорить с шефом?
- Будьте добры подождать.- Это означало, что дядюшка Артур еще в постели. Оя никогда не встает так рано. Прошло три минуты, и телефоны снова ожили.
- Доброе утро, Каролина. Говорит Аннабель.
- Доброе утро. Координаты 481- 281.- Вы никогда не найдете такие координаты в самом большом атласе и в дюжине приложений к нему. Но у дядюшки Артура была специальная карта. И у меня тоже.
- Я нашел вас, Каролина,- сказал он после паузы.Продолжайте.
- Я выяснил, где находится потерянный корабль. В четырех или пяти милях отсюда к норд-осту. Ночью я был на борту корабля.
- Где вы были, Каролина?
- Я был у них на борту. Старая команда распущена. На борту новый экипаж. Сокращенный.
- Вы нашли Бетти и Дороти? - Хотя у обоих из нас микрофоны были снабжены устройствами, исключающими подслушивание, дядюшка Артур настаивал, чтобы мы разговаривали околичностями, используя кодовые имена для своих подчиненных и для него самого. Он предпочитал женские имена, инициалы которых совпадали с нашими. Дурацкая причуда, но мы обязаны были о ней помнить. Он был Аннабель, я Каролиной, Вейкер и Дельмонт Бетти и Дороти, а Ханслетт - Харрнэт. Это звучало, как серия предупреждений о карибских ураганах.
- Я нашел их,- сказал я, глубоко вздохнув.- Они не вернутся домой, Аннабель.
- Они не вернутся домой,- автоматически повторил он. Он молчал так долго, что я решил, что он ушел из эфире. Затем он снова появился, голос его был далеким и отсутствующим.- Я вас предупреждал об этом, Каролина.
- Да, Аннабель, вы меня предупреждали.
- А судно?
- Ушло.
- Куда ушло?
- Не знаю. Просто ушло. Предполагаю, что на север.
- Вы предполагаете, что на север...- Дядюшка Артур никогда не повышал голоса, он был всегда спокоен и беспристрастен, лишь необычное многословие выдавало то, что он разъярен.- Куда на север? К Исландии? В норвежские фиорды? Или оно производит грузовые перевозки на площади в миллион квадратных миль между Атлантикой и Баренцевым морем? Вы просто упустили его. После стольких тревог, планов, затрат, вы упустили его! - Он мог сколько угодно разоряться по поводу планов - ведь план от начала до конца был разработан мной.- И еще Бетти и Дороти...Последние слова означали, что он овладел собой.
Я рассказал ему все, и после этого он сказал:
- Я все понял. Вы упустили корабль. Вы потеряли Бетти и Дороти. И теперь наши друзья знают о вас, значит, последний элемент секретности утрачен навсегда. И все результаты, которые вами были получены, полностью перечеркнуты.- Он помолчал.- Буду ждать вас в управлении в десять часов вечера. Скажите Харри-ет, чтобы доставила яхту на базу.
- Да, сэр. - Черт с ней, с Аннабель.- Я ждал этого. Я ошибся. Я подвел вас. Меня обыграли.
- В девять вечера. Я жду вас.
- Вам долго придется ждать, Анна бель.
- Что вы хотите этим сказать?
- Здесь не летают самолеты, Анна-бель. Почтовое судно придет через три дня. Погода испортилась, и я бы не стал рисковать нашей яхтой, чтобы пробиться к континенту. Похоже я застрял здесь надолго.
- Вы что, за дурака меня приникаете? - Похоже, что так оно и было.- Высадитесь на побережье. Вертолет спасательной службы заберет вас в полдень. В девять вечера в моем кабинете. И не заставляйте меня ждать. Во? так-то. Но я предпринял еще одну попытку;
- Не могли бы вы дать мне еще двадцать четыре часа, Аниабель?
- Не смешите меня. И не тратьте зря время. До свидания.
- Я прошу вас, сэр?
- Я был о вас лучшего мнения. До свидания.
- До свидания. Может, мы еще и встретимся когда-нибудь. Хотя вряд ли. Прощайте. Я выключил радио, закурил и стал ждать. Вызов пришел через полминуты. Я выждал еще полминуты и включил радио, Я был совершенно спокоен. Он ухватил приманку.
- Каролина? Это вы, Каролина? - В его голосе слышалась нотка заинтересованности. Событие, достойное занесение на скрижали.
- Да.
- Что вы сказали? В самом конце?
- До свидания. Вы сказали "до свидания". Я сказал "до свидания".
- Не играйте со мной, Каролина!
- Я больше не служу у вас. В моем контракте оговорено, что я могу уволиться в любой момент, если только не участвую в это время в операции. Вы вызываете меня в Лондон, значит, освобождаете меня от участия в операции. Заявление появится иа вашем столе с первой же почтой. Бейкер и Дельмонт не были вашими друзьями. Они были моими друзьями. Вы имеете наглость сидеть там и возлагать иа меня вину за их смерть, в то время как вы, черт побери, прекрасно знаете, что план любой операции утверждается лично вами! И теперь вы лишаете меня последней возможности свести счеты. Меня тошнит от вашей бездушной конторы. Прощайте!
- Подождите минуту, Каролина.- В его голосе появилась, пожалуй, нота сочувствия.- Не стоит совершать опрометчивые поступки.- Я уверев, что никто до сих пор не разговаривал с контр-адмиралом сэром Артуром Эрнфордом-Джейсоном в подобном тоне, но в то же время не заметно было, чтобы он был этим обескуражен. Он хитер как лис, а его бесконечно трезвый и проницательный мозг перебирает и сортирует варианты со скоростью компьютера. Он мог позволить мне какое-то время вести в счете, зная, что всегда синеет одержать верх. Наконец он сказал спокойно: - Вы не из тех, кто вешает голову и распускает нюни. Видимо, вы решили что-то предпринять?
- Да, сэр. Я решил кое-что предпринять.- Одному богу было известно, что я решил предпринять.
- Я вам дам двадцать четыре часа, Каролина.
- Сорок восемь.
- Сорок восемь. Но затем вы вернетесь в Лондон. Вы даете мне слово?
- Я обещаю.
- И еще, Каролина...
- Слушаю, сэр.
- Мне не нравится такая манера разговора. Я уверен, что мы никогда не возвратимся к ней.
- Нет, сэр. Простите, сэр.
- Сорок восемь часов. Докладывайте мне в полдень и в полночь.- Щелчок. Дядюшка Артур отключился.
Когда я вышел аа палубу, уже светало. Холодный косой дождь покрывал брызгами поверхность моря. "Файркрест" медленно поворачивался по дуге в сорок градусов, сильно натягивая цепь, и я подумал о том, сколько еще эта чертова цепь сможет удерживать на глубине резиновую лодку, мотор и акваланг при такой качке. Ханслетт лежал на носу, устроив себе ложе из всех теплых вещей, что были на борту. Когда я подошел, он посмотрел иа меня и спросил:
- Как тебе это нравится? Он указал на бледно светящийся на фоне неба контур "Шаагри-Ла", которая так же, как и мы, болталась на якоре. В носовой частя горели яркие огни - там, где была рулевая рубка.
- У кого-то бессонница,- сказал я.- Или проверяют, не тащит ли их якорь по дну. Уж не думаешь ли ты, что это наши друзья орудуют ломом в их передатчпке? Может быть, они оставляют огни на всю ночь.
- Они появились десять минут назад. А теперь, смотри погасли. Интересно... Как ты поговорил с дядюшкой?
- Плохо. Сначала он смешал меня с грязью, потом отошел. У нас есть сорок восемь часов.
- Сорок восемь часов? Что ты сделаешь за эти сорок восемь часов?
- Бог его знает. Сначала высплюсь. И ты тоже. Сейчас уже слишком светло для посетителей. Проходя через салон, Ханслетт сказал как бы между прочим:
- Я все соображаю... Как тебе показался констебль Мак-Дональд? Младший.
- Что ты имеешь в виду?
- Ну, он был каким-то угрюмым, подавленным. Как будто у него был камень на сердце.
- Может быть, ои похож ва меня. Может, он тоже не любит вставать посреди ночи. Может, у него неприятности с девушкой, а в таком случае должен тебе сказать, что любовные дела констебля Мак-Дональда меня не касаются. Спокойной ночи. Я должен был прислушаться к тому что сказал Ханслетт. Ради самого же Ханслетта.
Глава третья. ВТОРНИК, 10 ЧАСОВ УТРА - 10 ЧАСОВ ВЕЧЕРА.
Ровно через три часа после того, как я провалился в сон, меня разбудили. Да, все-таки разбудили. Надо быть в стельку пьяным или покойником чтобы не проснуться от этих воплей от грохота, если они раздаются в каких-нибудь двенадцати дюймах от вашего левого уха.
- Эй там, на "Файркресте" Эй там! - И бум-бум по корпусу яхты.- Могу я подняться ва борт? Эй, эй, эй!
Я проклял этого плавучего идиота от всей своей души, насильно вырванной из сна, с трудом опустил непослушные ноги на палубу и встал с койки. И чуть было не упал: мне показалось, что у меня только одна нога. А шея болела просто нестерпимо, Взгляд в зеркало подтвердил, что внешность вполне соответствует самочувствию.
Я приоткрыл дверь в коридор. Слышно было, как храпел во сне Ханслетт. Я вернулся к себе и стал возиться с халатом и шотландским шарфом. Слышно было, как наверху закрепляют швартовы,- если не поспешишь, незванный гость может застать меня врасплох.
Одинокий ветер уныло дергал басовые струны такелажа, и, гонимые ветром, шли однообразной грядой волны - достаточно высокие, чтобы выход в море на сравнительно небольшой яхте стал делом не только трудным, но и опасным. Не менее трудно и опасно это было и для катера, который болтался ва волнах бок о бок с нами. Он был невелик - меньше, чем могло показаться с первого взгляда,- но все же достаточно солиден, чтобы иметь застекленную каюту на носу, рулевую рубку, напичканную всякими переключателями и светящимися циферблатами, которые не посрамили бы кабину стратегического бомбардировщика, а на корме - низко посаженный кокпит, где могла бы с комфортом принимать солнечные ванны цели футбольная команда. На палубе находились три матроса в черных дождевых накидках к фасонистых французских бескозырках с черными лентами; двое из них цеплялись баграми за стойки ограждения "Файркреста". Полдюжины больших надувных кранцев не допускали, чтобы "Файркрест" коснулся своей плебейской обшивкой безупречной лаковой белизны корпуса катера. Мне не было нужды читать надписи ва бескозырках матросов. чтобы узнать катер, обычно подвешенный иа кормовых талях "Шангрн-Ла".
На мостике стоял коренастый мужчина в шикарном белом кителе с блестящими пуговицами, над головой он держал зонтик, при виде которого библейский Иосиф позеленел бы от зависти; увидев меня, этот опереточный моряк перестал барабанить по обшивке "Файркреста" я уставился ва меня.
1 2 3 4 5 6 7 8 9 10 11 12 13 14 15 16 17 18 19 20 21 22 23 24 25 26 27 28 29 30 31 32 33

загрузка...