ТВОРЧЕСТВО

ПОЗНАНИЕ


А  Б  В  Г  Д  Е  Ж  З  И  Й  К  Л  М  Н  О  П  Р  С  Т  У  Ф  Х  Ц  Ч  Ш  Щ  Э  Ю  Я  AZ

 


Шелл Скотт - 30
Ричард С. Пратер
Убей меня завтра
Глава 1
У нее были сочные губы, широкие бедра, талия, как мостик у песочных часов, и грудь, мимо которой не прошел бы ни один мужчина. Она была одной из тех, которую я бы с удовольствием пригласил к себе в субботу вечером.
Моя квартира находилась сейчас далеко-далеко, так как, чтобы отдохнуть, я поменял пыльный Лос-Анджелес на уютненький Скоттсдейл, настоящий рай штата Аризона.
Мои пальцы, которые держали рюмку с виски, вдруг стали влажными, но я тем не менее не отрывал взгляда от Лукреции Бризант. Мне очень хотелось узнать, что забросило ее сюда в Скоттсдейл штата Аризона. Я не слышал, как она вошла. Я только почувствовал, что должно произойти что-то особенное, так как смех в баре внезапно смолк, словно его отрезали ножом. Рюмки тоже больше не звякали, наступила полная тишина.
Я знал, кто она такая. Да и кто этого не знал.
Сразу показалось, что помещение бара осветилось мощными юпитерами. Она была одета во все белое: белые сапожки на больших толстых каблуках, белое батистовое платье, которое простиралось от пупырышек грудей до середины бедер, на несколько дюймов выше колена.
Она неподвижно стояла в дверях, и взгляд ее словно ощупывал поочередно все столики бара. Потом я почувствовал, что ее взгляд остановился на мне – мягкий и нежный, словно удары крыльев бабочки. Ее губы слегка изогнулись в улыбке.
Я первый раз увидел ее, как говорится, во плоти, и живая она понравилась мне гораздо больше, чем на кинорекламах или в тех самых фильмах, где она снималась, и я внезапно подумал, что такая женщина может появиться перед тобой скорее в мечтах, чем в действительности. Но эту мысль у меня сразу вытеснили другие, так как Лукреция Бризант направилась прямо к моему столику.
К моему?
Зачем же понадобился «звезде» всего итальянского полуострова какой-то частный сыщик по имени Шелл Скотт? Судя по всему, она обозналась и перепутала меня с кем-то.
Правда, меня довольно трудно спутать с кем-нибудь. У меня мягкие волосы и торчат они «ежиком» на дюйм вверх, мои брови, тоже светлые, густые и опоясывают глаза словно радуга, а ростом я все сто девяносто два сантиметра.
Когда я заметил, что Лукреция уже находилась в двух шагах от меня, я поднялся, чтобы продемонстрировать весь свой рост, и сделал это с чувством. Это заставило ее поднять глаза и всмотреться в мое лицо.
– Мистер Скотт? – спросила она.
– Да, мадам. Я – Шелл Скотт.
– Как поживаете? – она протянула мне руку и я пожал ее. Благодаря такому прикосновению, по моей руке и пальцам словно прошел ток.
– Я так рада, что нашла вас здесь, мистер Скотт, – сказала она милым, словно медовым голосом, а потом быстро добавила:
– Мне нужна ваша помощь.
– Можете считать, что вы ее уже получили, леди, – ответил я.
Она улыбнулась, как женщина, которой бог пастухов Пан поглаживает затылок. Эта улыбка расширила мои вены, привела кровь в кипящее состояние и открыла поры дюжин желез – они зацвели, как цветы лотоса в полночь.
– Но вы еще не знаете, что я от вас хотела бы, мистер Скотт. Возможно, что дело это опасное...
– Опасное? – я рассмеялся. – Мисс Бризант, если вы потребуете, то я даже покормлю Кинг-Конга земляными орешками, а потом спрыгну на парашюте над Китаем, потом я...
– Вы это серьезно? – она вытянула вперед губы. – Может быть, нам поискать более спокойное местечко, мистер Скотт, где мы смогли бы поговорить. – Она огляделась по сторонам. – Вон, скажем, там, на той стороне. – Она показала на нишу, в которой никого не было.
– Отлично! – сказал я, прошел мимо нее и устремился к тому месту, на которое она показывала. Свой виски я захватил с собой и спросил ее, будет ли она пить.
– Да, с удовольствием, мистер Скотт.
Она посмотрела мне в глаза и тихо сказала:
– Что-нибудь холодное. Холодное, как лед. Скажем, коктейль «Маргарита». Хорошо Шелл?
Я сделал знак Вере, одной из трех очаровательных официанточек и попросил ее принести коктейль. Та наградила Лукрецию внимательным взглядом.
– Ну, вот и все, – сказал я. – Я еще не знаю, о каком деле идет речь, но я оптимист от природы. Я даже могу сказать, что справлюсь с вашим делом за двое суток. Может быть, мы сразу договоримся и насчет ужина, мисс Бризант? Или мне можно называть вас Лукрецией?
– Нет, – сказала она.
– Нет?
– Гарри мне сказал, что вы именно такой. Я должна настоять на том, чтобы наши отношения... остались на чисто деловой почве, мистер... мистер Шелл. Я действительно нуждаюсь в вашей помощи.
– А кто такой Гарри?
– Гарри Фелдспен.
Ага, – подумал я, – Гарри Дж. Фелдспен! Он был одним из моих старых знакомых и большая величина в голливудском шоу-бизнесе. Он был боссом студии «Магна», снял много отличных фильмов и считал себя другом классической музыки. Он сделал большие деньги в фильме о Вагнере, но на фильме о Бетховене потерял около полумиллиона. Поэтому было понятно, что ни фильм о Россини, ни фильм о Моцарте он снимать не будет. К тому же он потерял уважение к классической музыке. Как я читал, он собирался снимать новый фильм, на котором надеялся снова сделать большие деньги.
– Ага! – повторил я громко, в то время как официантка принесла коктейль «Маргарита». – Это Гарри, мой друг Гарри. Значит, вы будете играть в фильме «Оргия Цезаря», так?
– Да.
– И что вам Гарри рассказал обо мне?
– О, самое всякое, разное.
– Это очень плохо с его стороны.
– Он наверняка не имел в виду ничего плохого. Мне думается, он хотел только нагнать на меня страху.
– Мисс Бризант, – сказал я, – Лукреция, независимо от того, что вам сказал Гарри, это не соответствует действительности. Не верьте ни одному его слову. И если вы нуждаетесь в моей помощи, то я весь в вашем распоряжении и без всяких задних мыслей. Хотя я и не могу понять, почему бы нам с вами не...
– Речь идет о моем отце, – перебила она меня. Он и мать живут на Вилле Восходящего Солнца. Вы знаете, где это находится?
Я кивнул. Вилла Восходящего Солнца была одной из тех общин, которые были организованы для людей пожилого возраста. Эти общины вошли в моду три-четыре года тому назад, и в них могли жить люди, начиная с пятидесяти лет. Эти общины имеют свои мэрии, свои больницы, свою пожарную команду и так далее. На Вилле Восходящего Солнца, расположенной приблизительно в двадцати милях от Скоттсдейла, живет около двенадцати тысяч человек. В последние недели как раз много писали о таких общинах для людей пожилого возраста, так как делегация конгресса хотела выяснить положение пожилых людей в Америке.
– Я сам еще не был там, но я читал об этом в газете, – сказал я.
– Я уже неделю живу у родителей, – сказала она. – Хотела отдохнуть перед съемками нового фильма. И при этом мне бросилось в глаза, что отец чем-то страшно озабочен. Может быть, с моей стороны это сильное выражение, так как он мне не сказал, что его беспокоит. Но я-то его знаю и я уверена, что он чем-то сильно обеспокоен. А может быть, и чего-то боится.
– А, собственно, как вы меня здесь нашли? – спросил я.
– Сегодня утром прочитала в какой-то газете, что вы здесь отдыхаете.
«Аризона-републик» – это не какая-то газета, а одна из самых уважаемых газет штата, а Мэгги Уилсон – звезда наборщиц этой газеты под рубрикой «У нас в гостях» представила своим читателям того Шелдона Скотта, который совсем недавно в Лос-Анджелесе так отделал троих из пяти гангстеров, напавших на него, что полиция была даже рада тому, что ей удалось захватить двух оставшихся и тем самым уберечь от злой судьбы своих соратников – и в первую очередь, от разбушевавшихся кулаков частного детектива.
Мэгги Уилсон не упомянула о том, что я был вынужден пару дней проваляться в больнице, так как я получил ранение в ногу и сломал себе ребро, и вот теперь, чтобы полностью встать на ноги, я и решил немного отдохнуть в штате Аризона.
– Ну, а что мне делать? – спросил я. – Поинтересоваться у вашего отца, что его угнетает?
– Отец мой вообще ничего не говорил, но кое-что я еще должна упомянуть. Позавчера вечером ему кто-то позвонил, и после этого отец выругался как следует и что-то пробормотал насчет грабителей и негодяев. Когда же я спросила его, в чем дело, он мне ответил, что меня это не касается. А потом отец позвонил своему другу мистеру Дженкинсу, мистеру Фреду Дженкинсу, и тот сразу к нему приехал. Они очень долго сидели вдвоем, склонив головы друг к другу и что-то обсуждая, а когда в комнату входила я или мама, они сразу прекращали разговор и прогоняли нас оттуда.
– Это уже кое-что, – сказал я. – А кто такой этот Дженкинс?
– Мне кажется, что он работает в какой-то электронной фирме. По-моему, инженером. А что?
– Просто так. Нужно же иметь хоть какую-нибудь зацепку. Возможно, я уже имел эту зацепку. Может быть, это не совсем так, но мне хотелось поразить Лукрецию моей точной логикой. Я должен был ей показать, что я именно тот человек, который ей нужен.
– Гм! – задумчиво сказал я. – Вечером в среду вашему отцу позвонили, и телефонный звонок его очень обеспокоил. После этого он сразу созвонился с Дженкинсом. Значит, этот Дженкинс должен иметь какое-то отношение к грабителям и негодяям, не так ли? – я выжидательно посмотрел на нее.
Она часто заморгала ресницами, но такая логика, видимо, ее не очень-то поразила.
– Может быть, – сказала она.
– Видимо, так и есть, – продолжал я. – И это уже хорошее начало, а если мы к тому же узнаем от него, скажем, до восьми вечера, что именно его угнетает, то мы сможем пойти вместе поужинать, мисс Бризант или Лукреция?
– Нет...
– Хм! А что-нибудь другое вы не могли бы сказать? Я имею в виду, кроме вашего «нет»?
– Нет.
– Очень хорошо! И вы хотите, чтобы я взял это дело на себя? Если это вообще можно назвать делом.
– Конечно! Иначе зачем бы я к вам пришла?
– Ах да, конечно! Я чуть было не забыл об этом. О'кей! Я беру это дело на себя.
– Вот и хорошо. В таком случае мы можем идти, мистер Скотт?
– Шелл.
– О, я забыла, Шелл.
Она наклонилась ко мне, мило улыбнулась и положила свою мягкую, прохладную руку на мою. Свое плечо она прижала к моему. Что ж, если она каждый раз будет так извиняться, то появится надежда, что в скором времени она превратится для меня из мисс Бризант в Лукрецию.
– Шелл, если мы поспешим, то сможем успеть к отцу на заседание.
– К отцу? На заседание? Значит, он заседает? Что это за заседание, и какие вопросы он разбирает?
– В этом году отца выбрали председателем общины Виллы Восходящего Солнца. Каждую пятницу во второй половине дня у них проходит заседание, а сегодня на нем будет Кервин Стефенс, и поэтому это заседание очень важно для всех жителей Виллы.
– Кервин Стефенс? Это...
– Депутат конгресса Стефенс. Брат его уже целую неделю живет на Вилле, чтобы понаблюдать жизнь ее жителей, и от его впечатления будет зависеть, окажет ли правительство помощь этой общине или нет.
– Ну, если вы все это так... – Я не закончил фразы. Откровенно говоря, я даже не знал, зачем мне ехать в этот поселок, но почему бы мне не побыть в обществе Лукреции еще какое-то время? Я делал поступки и поглупее.
– Мы должны поспешить, – поторопила она меня.
Придя к себе в номер, я надел под куртку ремень с кобурой, в которую сунул свой револьвер 38-го калибра. Ведь как-никак, а отец мисс Бризант говорил о грабителях и негодяях.
В холле я еще написал записку доктору Полу Энсону, который является моим соседом в Голливуде и который в настоящее время путешествует по Аризоне с циклом лекций.
Именно он и посоветовал мне провести свой отдых здесь. Я написал ему, с кем я уехал, бросил записку в его почтовый ящик и вместе с Лукрецией Бризант покинул отель.
Глава 2
Полчаса спустя я остановил «кадиллак» перед мэрией Виллы. Пока мы ехали, Лукреция очень интересовалась, правда ли то, что я был ранен, и почему те пять гангстеров хотели расправиться со мной.
Конечно, я рассказал ей только о тех узловых моментах, в которых я выглядел героем.
Мы прошли по широкой цементированной дорожке, которую окаймляли низкие зеленые кустарники и несколько стройных пальм.
1 2 3 4 5 6 7 8 9 10 11 12 13 14 15 16 17 18

загрузка...