ТВОРЧЕСТВО

ПОЗНАНИЕ

А  Б  В  Г  Д  Е  Ж  З  И  Й  К  Л  М  Н  О  П  Р  С  Т  У  Ф  Х  Ц  Ч  Ш  Щ  Э  Ю  Я  AZ

 

– Что в этом плохого.
– Меня интересуют три вещи, но я не собираюсь торговаться с тобой из-за них, – сказал Лиан нервно, облизывая губы. – Я дзаинянин! И каждая клеточка моего существа предостерегает меня от этого.
– Спроси, – повторил Рульк. – Может, я удовлетворю твое любопытство просто так.
Лиан колебался. Даже задавать вопросы заклятому врагу казалось ему своего рода предательством. Но с другой стороны, он ведь ничего не обещал. А вдруг Рульк все же расскажет ему что-нибудь. Так или иначе, Лиан ничем не будет ему обязан.
За спиной у Рулька, словно мыльный пузырь, лопнула стена.
– Советую поторопиться, – предупредил Рульк.
– Я хочу знать правду о том, что произошло в башне после исчезновения Золотой флейты, – выпалил Лиан. – Кто убил девушку и зачем.
– Я не могу ответить на твой вопрос, это мне не известно.
– Тогда я хочу... – Лиан колебался, он уже чувствовал себя виноватым. – Я хочу знать, что сказал тебе Кандор. Незадолго до смерти он писал, что намерен открыть тебе какую-то тайну.
– Ты и впрямь дотошный! – усмехнулся Рульк. – Наша встреча так и не состоялась, его убили по дороге. Бумаги Кандора, должно быть, в Катадзе.
– Убили?! – воскликнул Лиан. – Кто?
– Меня заключили сюда прежде, чем я смог это выяснить. Думаю, это дело рук Мендарка или Иггура, а может, кого-то из аркимов. Наверняка это были моивраги, не его.После того как я разрушил Тар-Гаарн, у каждого аркима появилась причина меня ненавидеть. Хотя так было и прежде. Все это тебе известно.
– Значит, бумаги хранятся в Туркаде, – сказал Лиан. – В архивах крепости. Там я впервые услышал о Кандоре.
– Эту загадку я оставляю тебе. Кандор давно мертв, а у меня есть устройство намного более совершенное, чем флейта и тому подобные вещи. Кого теперь волнуют его дурацкие секреты? Кандор всегда оставался ничтожеством. У него не было дара предвидения, и даже если бы он отыскал флейту, кто бы решился воспользоваться ей через столько лет? Теперь она уже ни на что не годна, так же как и Зеркало, которое твои друзья считают таким сокровищем. Они еще узнают, как опасно на него полагаться!
– Где хранится архив Кандора? – закричал Лиан. – Можно всю жизнь потратить на поиски.
Рульк ухмыльнулся:
– А ты хочешь, чтобы тебе все приносили на блюдечке. Даже в молодости я знал, чтобы достигнуть чего-то, нужно рассчитывать лишь на свои силы. Однако убийство карона волнует и меня. Поищи его бумаги в уцелевшей части Катадзы. Каков твой следующий вопрос?
– Ключ к Арканскому Зеркалу.
– Я не понимаю, о чем ты говоришь.
– Феламора сказала, что оно было заперто Ялкарой, но в Туркаде есть ключ.
– О проделках Ялкары мне тоже ничего не известно. Кстати, чем она занималась в последнее время?
– В последнее время? – удивленно переспросил Лиан. – Ялкара давно ушла из нашего мира.
– Ушла! – Рульк схватил Лиана за рубашку. – Но куда? – Лиан колебался. Может, он выдает какие-то секреты? Да нет, «Сказание об Исчезновении Ялкары» было известно всем.
– В Преданиях говорится, что она с помощью Зеркала обнаружила брешь в Непреодолимой Преграде и вернулась на Аркан больше трехсот лет назад. Неужели ты этого не знал?
Рульк пошатнулся и сел, глубоко вздохнув. Он поднял глаза к небу и стал смотреть на звезды. Вокруг него заклубилась светящаяся дымка, размывая контуры машины.
– Ты еще полезнее, чем я думал, летописец. Я был здесь... отрезан от всего мира. И даже не слышал о величайшем событии прошлого тысячелетия. Так, значит, все же возможно проникнуть сквозь Непреодолимую Преграду. Со временем все начинает разрушаться. Это чрезвычайноинтересно. Вероятно, мои замыслы чересчур ограниченны. Ну и каков же твой последний вопрос? Что ты желаешь знать больше всего?
Лиан совсем забыл о чувстве вины.
– Ты уже упоминал об этом – тайнопись каронов. Я хочу увидеть Таблицу Вассалов, содержащую ключ к шифру.
Лицо Рулька потемнело.
– Ты просишь слишком многого. Я сам уничтожил ее, сжег, а пепел развеял над океаном. Этот язык – единственное, что мы принесли из Бездны. Только кароны владеют им. Ты не получишь ключа.
Но затем Рульк передумал. «Почему бы не пообещать ему? Даже если он когда-нибудь расшифрует записи, это уже не будет иметь никакого значения», – решил Рульк.
– Хотя почему нет? – произнес он вслух. – К тому времени как я закончу свое дело, документы каронов будут представлять интерес лишь для историков. Можно только приветствовать желание величайшего летописца нашего века сложить «Сказание о Каронах». – Рульк повернулся к Лиану, чтобы увидеть его реакцию. Но лицо юноши оставалось спокойным. – Хорошо, мастер-летописец, я подумаю над этим. А пока расскажи историю моего пленения.
Рульк откинулся на спинку кресла с довольной улыбкой, ему не терпелось узнать, о себе что-нибудь новенькое.
«Уж эти сведения точно не могут никому навредить». – И польщенный Лиан приступил к рассказу.
– Все началось со времени падения Тар-Гаарна и смерти Питлиса, архитектора этого величественного города и твоего славного Альцифера.
– О, Альцифер! – вздохнул Рульк. – Как я любил это место.
– Альцифер был великолепен: воплощение тщеславия и гордыни, жестокости и воинственности, волшебства...
– Жестокости и воинственности? – усмехнулся Рульк. – Как вы, летописцы, любите эпитеты.
– Он был воплощением духа каронов, таким его создал Питлис. Все его население – алхимики, ученые, инженеры и мастера, даже сам Рульк – составляло единый механизм. Их жизнь была целиком посвящена одной цели – открыть проход в Непреодолимой Преграде!
– Ведь это не та легенда, которую распространил Совет, – заметил Рульк.
– Предания не льстят ни Совету, ни Магистрам, – резко сказал Лиан.
– Хорошо, посмотрим!
– Ни тебе! «Сказание об Альцифере» полно трагизма, потому что в нем повествуется об одном из самых вероломных предательств, которое стало причиной падения Тар-Гаарна. После этого тебя и стали называть Великим Предателем. – Он взглянул на Рулька, но лицо карона было бесстрастным.
– Продолжай, летописец. Пока что твоя история близка к правде, кроме прозвища, которым вы меня заклеймили. Как начинается сказание?
– С описания мира, опустошенного и разоренного войнами периода Катаклизма, которые длились несколько веков. Сантенар был залит кровью. По дорогам бродили толпы нищих, но не у кого было просить подаяния. Всех разорила война. Тот, у кого осталась еда и крыша над головой, считался богачом.
Затем началось страшное моровое поветрие. Перепуганные жители бежали из городов, всюду разнося заразу. Чума продолжала свирепствовать в течение целого столетия. Из-за предательства Рулька пал Тар-Гаарн, последний оплот свободы. Единственным островом цивилизации на Сантенаре был величественный Альцифер, и кичливая роскошь этого города теперь бросалась в глаза еще сильнее.
1 2 3 4 5 6 7 8 9 10 11 12 13 14 15 16 17 18 19 20 21 22 23 24 25 26 27 28 29 30 31 32 33 34 35 36 37 38 39 40 41 42 43 44 45 46 47 48 49 50 51 52 53 54 55 56 57 58 59 60 61 62 63 64 65 66 67 68 69 70 71 72 73 74 75 76 77 78 79 80 81 82 83 84 85 86 87 88 89 90 91 92 93 94 95 96 97 98 99 100 101 102 103 104 105 106 107 108 109 110 111 112 113 114 115 116 117 118 119 120 121 122 123 124 125 126 127 128 129 130 131 132 133 134 135 136 137 138 139 140 141 142 143 144 145