ТВОРЧЕСТВО

ПОЗНАНИЕ


А  Б  В  Г  Д  Е  Ж  З  И  Й  К  Л  М  Н  О  П  Р  С  Т  У  Ф  Х  Ц  Ч  Ш  Щ  Э  Ю  Я  AZ

 


У Лорен пересохли губы, а сердце учащенно забилось, отдаваясь почти болью у нее в груди.
Под его пристальным, оценивающим взглядом Лорен почувствовала, как вся вспыхнула. Когда же они направились к эскалатору, и его пальцы ласково погладили ее по руке, Лорен поняла, что хотела бы набраться смелости, чтобы предложить снять номер на всю оставшуюся ночь.
Лорен смутно сознавала свежее дуновение воздуха, обдувающее их лица, когда они возвращались назад в гараж. Мускулистая рука Коулби лежала на ее плечах, и он своим теплым телом прикасался к Лорен, против чего она вовсе не возражала.
Молчание, воцарившееся между ними почти сразу же, как они уселись в машину, было натянутым. Лорен сжала руки вместе и положила их на колени, чтобы унять дрожь. От возбуждения ей нечем было дышать, каждый ее нерв трепетал в ожидании.
«Держи себя в руках!» – строго приказала себе Лорен и переключила внимание на затемненный пейзаж, проносящийся в окне мчащейся на большой скорости машины.
Обратная дорога показалась короче, но Лорен подозревала, что это случилось из-за того, что Коулби хотел добраться до дома быстрее, чем это потребовалось, когда они ехали в ресторан.
Коулби подкатил машину прямо к ее крыльцу и, выключая зажигание стремительным поворотом руки, повернулся и посмотрел Лорен прямо в лицо. Положив локоть на руль, он долго рассматривал ее спокойные черты, а затем спросил:
– Ты была всю дорогу очень тихой. В чем дело?
Как могла Лорен рассказать ему о причине своей молчаливости, если сердце ее было готово выскочить из груди, а горло сдавило таким спазмом, что стало трудно дышать, а не то что говорить? И даже сейчас Лорен не могла сосредоточиться. Она боялась заговорить из-за страха показаться глупой.
Поэтому она слегка покачала головой.
– Мне нравится иногда немного помолчать, – пробормотала она и почувствовала, что задыхается, когда его глаза уставились на ее губы.
– Я подумал, ты, возможно, устала. У меня такое чувство, что ты, как и я, впервые так долго танцевала.
– Нет, я не устала. Ну, может быть, только ноги, – уточнила она, и они оба рассмеялись.
Смех разрядил атмосферу, и Коулби с улыбкой вышел из машины, обошел ее и помог выйти Лорен. Когда их руки коснулись друг друга, он почувствовал, как нервная дрожь прострелила ему руку, и задержал дыхание.
У Лорен были свои проблемы. Казалось, что колени абсолютно отказываются ей подчиняться, и поэтому, выходя из машины, она буквально рухнула на Коулби.
– Если ты дашь мне ключ, я открою дверь. Пока Лорен копалась в маленькой сумочке из бисера в поисках ключа от двери, она услышала, что звонит телефон. Она умышленно затянула поиски ключа, надеясь, что этот нелепый телефон перестанет звонить прежде, чем они войдут в дом.
Но телефон продолжал настойчиво трезвонить, и хотя Лорен пыталась не замечать этого, ей это не удалось.
– Извини, – пробормотала она, отходя от Коулби и проходя через холл, включив свет.
Нерешительный голос, ответивший на ее приветствие, был очень вежливым и абсолютно незнакомым.
– Извините, что беспокою вас, мисс, но мне бы хотелось поговорить с лейтенантом. Он оставил ваш номер телефона…
Досада, разочарование, гнев слились воедино, и на секунду у Лорен появился соблазн бросить трубку. Но она сосчитала до десяти, глубоко вздохнула и повернулась лицом к Коулби.
– Я думаю, это один из ваших полицейских. Решительное лицо Коулби исказилось от досады.
– Боже, я надеялся, что сегодня ночью я им не понадоблюсь. – С извиняющейся улыбкой он добавил:
– Извини. Я дал твой номер, чтобы могли меня найти, если понадобится. Думаю, они так и поступили.
«Но я готова биться от заклад, что они нуждаются в тебе в два раза меньше, чем я», – молча выразила недовольство Лорен и повернулась к Коулби спиной не столько из-за того, что хотела дать ему поговорить с этим человеком наедине, а потому, что не хотела, чтобы он заметил, как она расстроилась. Почему он не оставил им номер телефона ресторана или вестибюля гостиницы? Зачем ему надо было давать ее номер? И какого черта он должен быть на телефоне?
Ее ноги одеревенели, спина напряглась от ярости. В расстроенных чувствах Лорен пошла на кухню, чтобы выпить воды.
Она не стала включать свет, осторожно пересекла всю кухню и подошла к буфету за стаканом. Она налила в него воды и поставила на стол. Через несколько минут именно здесь и нашел ее Коулби.
– Не возражаешь, если я включу свет? – спросил он, стоя в дверях.
Он закрыл глаза, чтобы быстрее приспособиться к темноте, а затем пробуравил взглядом темноту и отыскал Лорен. Коулби увидел ее сидящей спиной к нему и заметил, что она слегка пожала худым плечиком.
– Пожалуйста.
Лорен заставила себя улыбнуться, довольная тем, что ее голос прозвучал нормально. Она знала, что у нее не было серьезной причины сердиться на него. Кроме того, у нее не было к нему претензий. И все же она вынуждена была сжать руки в кулаки у себя на коленях, чтобы поддержать непринужденную и спокойную манеру себя вести.
– Извини, Лорен.
Его пальцы нащупали выключатель. Кухню залило светом. Коулби пересек комнату, взял стул и сел лицом к Лорен.
– Я надеюсь, ты можешь поверить, что я собирался завершить наш вечер гораздо приятнее.
Он протянул длинную руку и накрыл ладонью ее кулачки, поглаживая их.
– Я тебе верю, – пробормотала Лорен, низко склонив лицо, ее глаза безучастно рассматривали его руку.
– Когда я пригласил тебя пообедать сегодня вечером, я совсем забыл, что должен быть готов явиться по первому требованию. У нас множество проблем в участке, а еще и отпуска, приходящиеся на то же время, когда отсутствуют другие полицейские в связи с очередной эпидемией гриппа.
Коулби выпустил руки Лорен и обхватил пальцами ее подбородок, поднес ее лицо к своему лицу. Лорен задержала дыхание, неотрывно глядя на него, наблюдая, как его голова наклоняется к ней. Она почувствовала, как задрожали ее пальцы, по всему телу разлилось успокоительное тепло, смывая остатки гнева. Чувствуя, что если она не прервет поцелуя, то непременно сваляет дурака и попросит его остаться с ней еще на некоторое время, Лорен оторвала губы от его рта, тяжело при этом вздохнув.
– Ведь ты же не хочешь заставлять их ждать. Лорен не знала точно, зачем Коулби возвращается в полицейский участок, но в этот момент она была слишком занята своими собственными чувствами, чтобы расспрашивать его об этом.
– Нет. Нет, я не хочу заставлять их ждать. Но мне не обязательно уходить сию же минуту.
Его пальцы ласково погладили ей щеку, слегка коснулись ее рта, сняли со щеки тонкую прядку белокурых волос, и он нежно накрутил ее на свои пальцы. Коулби проделал это для того, чтобы опять приблизить лицо Лорен к своему лицу. Его рот снова обрушился на ее губы, при этом он был жадным, настойчивым и требовательным, ожидая ответной ласки.
Нет, подумала Лорен. Она должна положить этому конец прежде, чем Коулби завладеет ею настолько, что ей захочется большего. Дрожа от желания, затаив дыхание и ненавидя себя за то, что делает, она подняла руки, чтобы оттолкнуть его.
– Пожалуйста, не надо, Коулби.
Он вернулся к стулу, тяжело дыша. Руки у него дрожали, когда он оторвал их от нее. Он сжал их вместе на коленке. Затемненные страстью глаза блуждали по ее лицу в поисках чего-то непонятного для Лорен.
– Я очень устала, – сказала она, стремительно вскакивая, желая только увидеть его спину, когда он пойдет к парадной двери. – И тебе не следует заставлять людей ждать себя.
– Ты права, – произнес он голосом человека, потерпевшего полный крах. – Мне не следует заставлять народ ждать. – Встав, он добавил:
– К черту мою личную жизнь, пока я делаю то, чего ожидают от меня люди, правильно?
Лорен резко обернулась и уставилась на него.
– Мне жаль, что так получилось, – сказал Коулби грубо. – Думаю, я устал гораздо больше, чем предполагал.
Ему не могло быть жаль больше, чем ей, подумала Лорен, чувствуя, что готова расплакаться в тот момент, когда они направились к двери. Ей хотелось сорвать на ком-нибудь зло, и она проявила больше поспешности, чем такта, когда распахнула дверь и пробурчала:
– Доброй ночи, лейтенант.
В безмолвном смущении Коулби стоял на пороге, глядя на несчастное выражение ее лица. Он страстно стремился обнять Лорен и держать до тех пор, пока не исчезнет этот обиженный взгляд, но он знал, что не посмеет к ней прикоснуться. Если бы он прикоснулся, он бы уже не смог ее покинуть. А ему обязательно надо идти. Долг зовет, подумал он, и его рот искривился в циничной ухмылке.
– Я скоро позвоню, ладно?
Лорен кивнула, боясь, что голос ее выдаст. Появилось жгучее ощущение в глазах и сухость в горле, сигналы предупреждения о том, что она, возможно, вот-вот разревется от жалости к самой себе.

* * *

Воскресенье навело такое же уныние и тоску, как и суббота. Не только из-за того, что она все еще переживала разочарование, которое испытала ночью в пятницу, но и потому, что раздался также первый на этой неделе непристойный звонок.
Это все, чего мне не хватало для ощущения полноты дня, подумала Лорен утомленно, обрывая подонка на полуслове. Она уставилась на коммутатор так, словно он был в ответе за ее плохое настроение.
Нет никого, кто бы уделил внимание ее несчастьям. Лорен решила, что ей нужно, чтобы вокруг были люди, которые помогли бы ей не уступить скверному настроению. Она подошла к своему личному телефону и быстро набрала номер Джин.
– Привет, Джин, это Лорен.
– Привет, дорогая. Что случилось?
– Я… я тоскую в одиночестве.
– Понимаю. Коулби, должно быть, на дежурстве.
Лорен тихо застонала, но Джин восприняла это как утвердительный ответ и утешительным тоном пригласила ее на поздний завтрак.
Твердо решив оставить в тайне ее последний вечер с Коулби, Лорен быстро оделась и через двадцать минут после разговора с Джин по телефону она была в машине и уже ехала к дому Хантеров.
Вот что мне необходимо, подумала Лорен, когда спустя пятнадцать минут она вошла в дом сестры и сразу же оказалась в успокоительных объятиях бабушки.
А еще через несколько часов Лорен рухнула на кушетку у себя в доме, сбросила сандалии и положила ноги на подлокотник со вздохом удовлетворения. Она чувствовала себя гораздо лучше, чем утром.
За весь день был только один смущающий ее момент, когда бабушка спросила ее, как им с Коулби понравился вечер в Сан-Франциско. Лорен подумала, что тогда Донни умышленно уронил своего ручного лягушонка на колени своей сестре, чтобы отвлечь внимание от Лорен. И это сработало. Когда Джилл успокоилась и перестала визжать, взрослые вернулись к прерванному разговору, и Лорен с Коулби уже не были больше главной темой беседы.
Раздался звонок по одной из служебных линий, и Лорен решила его проигнорировать. В конце концов сегодня воскресенье, сказала она сама себе, но все же встала с кушетки.
Время от времени на протяжении всего оставшегося дня и вечера раздавались звонки то по одному, то по нескольким из служебных телефонов, но ее личный телефон был почти оскорбительно молчалив. Когда же Лорен собралась пойти спать, она уже почти желала, чтобы по ее личному телефону позвонил тот хулиган, просто чтобы убедиться, что все исправно.
И в то же время она была рада, что ее возмутительное желание не осуществилось, по крайней мере до начала полудня в четверг. Звонивший ей хулиган сделал двухдневную передышку.
Лорен сидела за письменным столом, размышляя, не позвонить ли ей Коулби, чтобы сообщить ему новый номер телефона. Она подозревала, что у него этот номер уже есть, но хотела воспользоваться предлогом, чтобы связаться с ним. Только она поднесла руку к телефону, как он зазвонил.
Дрожа от ожидания неизбежного, Лорен сняла трубку, поднесла ее к уху и услышала первую из длинной цепи сексуальных угроз.
Как, удивилась она, и слезы хлынули из глаз и потекли по щекам. Каким образом это ничтожество узнало ее новый номер? Громко всхлипывая, Лорен набрала номер полицейского участка, и когда Гордон Хансон ответил, она даже не подумала попросить к телефону Коулби.
1 2 3 4 5 6 7 8 9 10 11 12 13 14 15 16 17 18 19 20 21 22 23 24 25 26 27

загрузка...