ТВОРЧЕСТВО

ПОЗНАНИЕ


А  Б  В  Г  Д  Е  Ж  З  И  Й  К  Л  М  Н  О  П  Р  С  Т  У  Ф  Х  Ц  Ч  Ш  Щ  Э  Ю  Я  AZ

 

– И я обещаю привезти вас домой в целости и сохранности.
«Само собой разумеется, что такому хорошенькому, как ты, котенку, требуются дополнительные раздумья», – мысленно добавил он, в задумчивости осматривая ее с головы до пят. Его взгляд скользнул от немного растрепанных волос к чуть раскосым глазам, перешел далее к аккуратному маленькому носику и полным губам, затем продолжил изучать изящное маленькое тело и опустился вниз прямо к ногам с чрезмерно украшенными ногтями.
Лорен беспокойно передвинулась. На губах Коулби играла полуулыбка. Он стоял, подбоченившись и сузив глаза. Все это придавало ему решительно ухарский вид. А то, как Коулби всю ее осматривал, заставляло Лорен смутно подозревать, что красавец-лейтенант, должно быть, мысленно ее раздевает.
В первый раз в жизни Лорен почувствовала ужасную неловкость. Сначала она инстинктивно хотела спрятаться от этого взгляда, но затем взяла себя в руки и одарила Коулби наиприятнейшей, манящей улыбкой.
– Я размышляла, обижу ли вас, если сама оплачу обед.
От удивления левую бровь Коулби занесло вверх.
– Я понимаю, – сказал он, и она увидела, как в его глазах веселье сменилось удивлением. – Стоило бросить взгляд на мою машину, и вы сразу же решили, что я нуждаюсь в милостыне.
Подчеркнуто неторопливыми движениями он отвернул один рукав, затем другой и застегнул манжеты.
Загипнотизированная, Лорен наблюдала, как Коулби начал приближаться к ней. Сила и грация его движений вызвали у нее учащенное биение пульса. Перехватило дыхание, сердце начало бешено и неравномерно биться. Если только она позволит ему прикоснуться к ней, то, подобно герою детских стишков Шалтай-Болтаю, «выпадет из яйца и разобьется вдребезги», и уже ни один человек в мире никогда не сможет вновь собрать вместе Лорен Шейлер.
Совершенно инстинктивно она отпрянула от Коулби и ускользнула из протянутых к ней рук. Реальный мир вернулся к Лорен только тогда, когда она была в состоянии вдыхать воздух без примесей пряного запаха одеколона Коулби. Прикрывая свой малодушный поступок тонким налетом легкомыслия, Лорен взглянула на него и поддразнила:
– Принимая во внимание, что ваша машина стоит, вероятно, больше, чем я зарабатываю в год, я бы сказала, что вы можете себе позволить оплатить наш обед. Но поскольку я причинила вам беспокойство, то можно мне хотя бы оплатить ваш обед?
– Я воспитан в старых традициях, – пробормотал Коулби, при этом его возбуждение возрастало по мере сокращения расстояния между ними. – Сторонники борьбы за равные права женщин с мужчинами пришли бы в отчаяние, услышав меня, – продолжал он мягким и соблазнительным голосом, – но я придерживаюсь точки зрения галантного кавалера, что уж если ты приглашаешь куда-нибудь прекрасную даму, то будь добр – плати.
Надо же, он знает все надлежащие слова, подумала Лорен, дрожа и изо всех сил стараясь сделать глубокий вдох в тот момент, когда, казалось, ее сердце готово выскочить из груди.
– Я действительно буду чувствовать себя намного лучше, если вы позволите мне заплатить, – сказала она почти не дыша. Стараясь ухватиться за жалкие остатки самообладания, Лорен через силу подняла глаза на Коулби и посмотрела ему прямо в лицо.
Веселое выражение в его глазах исчезло, и на долю секунды Лорен ясно увидела признаки недовольства, исказившие его резкие красивые черты. Потом его прекрасные белые зубы обнажились в улыбке, что еще больше усилило чувство душевного дискомфорта у Лорен.
– Я взял за правило никогда не спорить с людьми полулегкого веса.
Насмешливая интонация находилась в полном противоречии с тем напряженным взглядом, которым Коулби внимательно наблюдал за изменением выражения лица Лорен.
«Воздуха! – подумала она. – Мне нужен глоток свежего воздуха».
– Может быть, пойдем? – предложила Лорен с напускной холодностью, которую вовсе и не испытывала.
Коулби осматривал ее с головы до пят. Глаза его странно заблестели, когда взгляд задержался на ее ногах.
– А вы ни о чем не забыли? – кротко спросил он, и в его вопрошающем голосе послышался слабый намек на оживление.
Лорен бросила взгляд вниз и сразу же поняла причину его веселья: ее босые ноги. Она так привыкла ходить дома без обуви, что могла бы, пожалуй, даже выйти так из дома, если бы только Коулби не напомнил ей, что она босиком.
– Подожди минуточку, я скоро вернусь, – прошептала она, обошла вокруг него, а затем, когда вышла из кухни, постаралась идти с достоинством.
«Ты ведешь себя, как неуклюжий подросток, – молча ругала себя Лорен. Она пошла в гостиную за серыми замшевыми туфлями и подходящей к ним сумке. – Заливаешься краской от смущения, нервно подергиваешься, бегаешь подобно перепуганному зайцу! – с отвращением думала она. – Будь честна сама с собой! Как будто бы ты никогда прежде не видела сексуального мужика!»
И на самом деле она не видела. По крайней мере такого красивого, такого сильного, такого импозантного, именно такого мужчину, которого она только что оставила на кухне. Лорен вздохнула. Она взяла одну туфельку и, чтобы надеть ее, балансировала на другой ноге.
Коулби же на кухне не остался. Он вошел в комнату за ней следом и беспрепятственно наслаждался видом ее бедер сзади, когда Лорен наклонилась, чтобы надеть туфли.
Коулби закрыл глаза, энергично встряхнул головой, чтобы отогнать непрошеные мысли.
– Помощь не нужна? – спросил он весело. Коулби чувствовал, что чрезмерно любопытен, но не мог отказать себе в этом. У него чесались руки, так ему хотелось погладить ее обнаженную кожу, получить наслаждение от осязания мягкости ее бедер.
Вздрогнув, Лорен потеряла равновесие. Коулби стремительно бросился через всю комнату, чтобы поддержать ее и не дать ей упасть. Его сильные и теплые пальцы подхватили ее под локоть. Подобно тому, как это бывает, когда покалывает электрическими иголочками, так и по ее руке стремительно пронеслась вверх мелкая трепетная дрожь. Противоречивые желания охватили Лорен. Она вынуждена была сопротивляться, чтобы не подвергать себя соблазну оттолкнуть его внезапно, отказавшись от его поддержки, и в то же самое время она героически сражалась против непреодолимого желания прильнуть к нему. С помощью Коулби Лорен все же удалось надеть туфли. Она вынуждена была откашляться прежде, чем снова заговорить, но даже тогда ей удалось внятно произнести только лишь одно слово: «Спасибо».
– Не стоит благодарности, – сказал Коулби, улыбаясь, так как он знал, почему голос Лорен был таким низким. Конечно, приятно было осознавать, что не только его взволновало это прикосновение.
Они вышли из дома. Лорен облегченно вздохнула и повернулась, чтобы закрыть парадную дверь. Это дало ей предлог, в котором она очень нуждалась, чтобы избавиться от слишком волнующей поддержки Коулби.
Стоя рядом с «поршем» и дожидаясь, пока Соулби откроет дверь машины, Лорен вспомнила о Наталии. Она осмелилась взглянуть через улицу и съежилась от страха. Подозрения и опасения Лорен оправдались. Наталия была все еще на крыльце и откровенно наблюдала за ними.
В тот момент, когда Лорен поддалась было внезапному желанию отвернуться и как бы не заметить Наталию, она поняла, что это недостойно ее. Лорен подняла руку и радостно помахала соседке. Наталия от неожиданности смутилась, а Лорен почти моментально поднесла руку ко рту, чтобы не расхохотаться.
Стремясь второпях юркнуть в дом, Наталия слишком резко повернулась, запуталась ногами в подоле платья из синели выцветшего голубого цвета и буквально наскочила на дверь.
– Прошу, – сказал Коулби, открывая дверь машины.
Он подхватил Лорен под руку и помог сесть в машину. Удобно устроившись на черном кожаном сиденье, Лорен начала сожалеть о том, что вызвала полицию. Но только потому, что сплетни Наталии предвещали дурное.
«Пропади ты пропадом!» – подумала Лорен враждебно об этой женщине, которая заставила ее затаить дыхание. Она уважала личную жизнь соседей. Почему же так тяжело Наталии или другим, ей подобным, оказать и Лорен подобную любезность. Она откинулась назад с глубоким вздохом и закрыла глаза.
Коулби сидел спиной к улице. Он бросил косой взгляд в сторону Лорен и заметил две крошечные вертикальные морщинки, которые, казалось, были нарисованы карандашом между ее бровями.
– Болит голова? – спросил он, заводя машину.
– Нет, действительно, нет. Только немного устали глаза.
Ее пасмурное настроение усилилось. С тех пор как этот мужчина вошел в ее дом, Лорен произнесла лжи больше, чем за все двадцать шесть лет своей жизни.
– Положите холодное влажное полотенце на закрытые веки, и ваши глаза почувствуют облегчение после чрезмерного напряжения, – предложил он заботливо.
Лорен только вздохнула. Он продолжал вдалбливать ей:
– Хороший сон ночью – вот что бы я предложил вам после этого. Похоже на то, что вы недосыпаете.
«Хорошее начало, Шерлок!» – молча поддразнила Лорен. С тех пор, как начали раздаваться эти хулиганские звонки, она стала очень чутко спать и просыпалась внезапно от любого звука.
– Уверяю вас, дома вы будете рано, – сказал Коулби.
В его спокойном голосе послышалась досада. Лорен видела, что Коулби хмурится, но она не осмелилась спросить почему, хотя ей было очень любопытно это узнать.
– Ценю вашу заботу, – пробормотала она. Приблизительно десять минут спустя Коулби въехал на место парковки автомобилей за рестораном-закусочной Данди и поставил свой «порш» между двумя патрульными машинами. С хмурым видом он заглушил мотор и несколько неуклюже вытащил ключ зажигания. Его беспокойный взгляд остановился на женщине, сидящей рядом с ним. Ему вдруг совсем не захотелось знакомить ее со своими друзьями, хотелось просто остаться с ней наедине. Чувствуя его нерешительность, Лорен повернулась, чтобы посмотреть на закусочную. Сразу же ее лоб покрылся морщинами. Место постоянных сборищ полицейских. Лорен бросила украдкой взгляд на Коулби, размышляя, было ли это одно из его «любимых мест».
«Вполне вероятно», – подумала она с грустной миной.
– Будем есть в помещении или на свежем воздухе? – спросила она, развернувшись так, чтобы увидеть лицо Коулби.
Он уставился на капот своей машины.
– Если хотите побыстрее, то я пойду куплю горячие сосиски с булочками, и мы возьмем их с собой домой, – с надеждой проговорил он.
«Неплохая идея», – подумала Лорен и сказала:
– Я бы поела здесь. Если, конечно, не возражаете.
– Конечно нет.
Коулби открыл дверцу машины, обошел вокруг, чтобы помочь Лорен выйти. Он был вынужден предупредить ее о тех, кому принадлежали дежурные полицейские машины, стоящие рядом с местом парковки.
– В закусочной некоторые из моих друзей. Прекрасные парни, но их иногда «заносит». Не принимайте слишком серьезно все, что бы они ни сказали.
«Чего он боится?» – подумала Лорен, с любопытством глядя на него.
– Не беспокойтесь обо мне, лейтенант, – сказала она тихо и засмеялась. – Мы, циники, ни во что не верим из того, что слышим, и только вполовину того, что видим, – добавила она; глаза ее весело блестели.
Ему было не до веселья.
– Вы слишком молоды, чтобы быть циником.
Это было спорно, но Лорен не стала оспаривать его замечание. Она перекинула через плечо сумку и пошла к закусочной.
Группа девочек-подростков в форменных футболках приближалась с противоположной стороны, и, так как Лорен прошла в дверь вместе с этой ватагой, Коулби потерял ее. Лорен была меньше ростом, чем самая маленькая из этих девочек, поэтому ей было легко затеряться в этой группе подростков, слишком занятых самими собой, чтобы заметить ее. Они весело смеялись и напоминали друг другу некоторые финальные моменты игры, которую только что выиграли.
Волей-неволей Лорен затерялась в толпе посетителей закусочной. Но ей все же удалось протиснуться вперед. Девочки разбрелись. Кто-то пошел к стойке, кто-то в комнату для дам, а кто-то, как и она, искал столик. Лорен обнаружила столик на двоих в самом дальнем конце зала, и это место было довольно далеко от того, где наконец остановились девочки.
Лорен увидела Коулби, оглядывающего зал и, по-видимому, ищущего ее. Но их разделяло слишком много народу, чтобы он смог ее увидеть, даже если она помашет ему, и было слишком шумно, чтобы он мог расслышать ее голос.
1 2 3 4 5 6 7 8 9 10 11 12 13 14 15 16 17 18 19 20 21 22 23 24 25 26 27

загрузка...