ТВОРЧЕСТВО

ПОЗНАНИЕ


А  Б  В  Г  Д  Е  Ж  З  И  Й  К  Л  М  Н  О  П  Р  С  Т  У  Ф  Х  Ц  Ч  Ш  Щ  Э  Ю  Я  AZ

 


– Это не правда. – Он сбросил с себя полотенце, повернулся и взял брюки со спинки одного из двух стульев, обтянутых бархатом бирюзового цвета. – Мне нравится то, что я делаю; и я очень много работаю потому, что живу здесь, и я хочу сделать этот населенный пункт таким, чтобы мы все могли гордиться, что живем здесь.
Говоря это, он одновременно заправлял рубашку за пояс брюк. Затем присев на краешек стула, чтобы надеть носки и туфли, он менее горячо продолжил:
– И только благодаря таким усердным и неисправимым работникам, как я, улицы этого города абсолютно безопасны для тебя, твоей матери, бабушки, сестер и племянников; вы можете ходить по ним, не страшась уличных грабителей, насильников и убийц.
Стиснув зубы, сжав пальцы обеих рук в кулаки, Лорен свирепо посмотрела на его опущенную вниз голову. Пошел к черту! Он пытается заставить ее почувствовав себя виноватой только потому, что она хочет проводить с ним больше времени!
– Ты говоришь это так, словно весь населенный пункт рухнет, если тебя не будет поблизости, чтобы сохранить его в целости, – огрызнулась она. – Ты не единственный мужчина в полиции!
Коулби пристально посмотрел на нее через влажные волосы, нависшие ему на глаза.
– Ты отказываешься понять, – сказал он решительно.
– О, я все очень хорошо понимаю. Если я захочу проводить с тобой больше времени, мне надо будет только подвергнуть себя опасности и завопить: «Полицейский!»
– Послушай, ты становишься просто смешной.
Он встал и вышел в ванную расчесаться.
– Извини, – пробормотала Лорен, прошла мимо него и открыла водопроводный кран в душе.
– Что ты собираешься делать сегодня? Его улыбка была такой же лицемерной, насколько неискреннюю заинтересованность проявил он к ее делам.
– Я собираюсь пообедать у Тиш. Лорен вспомнила, что сестра приглашала их обоих, но она очень сомневалась в том, что Коулби захочет составить ей компанию. Особенно теперь.
– В таком случае ты не будешь скучать без меня, если я задержусь на работе, – заявил он категорически.
С этим он ушел. Лорен встала под душ с чувством обреченности, и в ее глазах появились слезы.

Глава 12

День был мрачным и серым, что идеально соответствовало душевному состоянию Лорен. Заставляя себя сконцентрироваться на работе, она делала вид, что обращает особое внимание на каждый звонок, словно вся ее жизнь зависела только от одного этого звонка. И передавая сообщения своим клиентам, она делала это по-настоящему профессионально.
Время этим утром ползло черепашьим шагом. Нет-нет да и поглядывала Лорен вкось умоляющим взглядом на Фредди, но он оставался зловеще молчалив все утро. Она упорно работала вплоть до ленча, ибо знала, что если она заставит себя поесть, то, вероятнее всего, отшвырнет даже домашнее печенье.
В два часа, когда раздался звонок по ее личному телефону, Лорен побежала отвечать, умоляя, чтобы это был Коулби. Но это была Джин, позвонившая, чтобы сказать, что Тиш отложила семейный обед до следующего дня.
– Марк сможет прийти лишь завтра, – объяснила Джин. – А ты знаешь нашу сестру. Она решила, что всех нас не волнует, когда она пригласит нас на обед, что решать будет она. – Джин мягко засмеялась. – Такова старушка Тиш. Каждый раз, когда в ее жизни появляется новый мужчина, она становится «с ветром в голове», как говорят дети.
– Для меня это вполне подходит. – Лорен на самом деле почувствовала облегчение. – Но боюсь, что я буду единственная, кто придет.
– Что, Коулби опять должен поздно работать?
– Ты же знаешь, у них всегда так, – сказала Лорен, притворно засмеявшись. – Он главный начальник, а они вынуждены были обходиться без него почти две недели. Я уверена, что они собираются очень усердно работать до тех пор, пока у него не отвалится задница.
Лорен нахмурилась. Ложь. Ложь, которая хлынула из ее рта подобно освежающей весенней воде из горной расщелины. Как говорится, навык мастера ставит, подумала она, и при этом ее глаза потускнели от страдания.
Закончив говорить по телефону, она пошла на кухню и приготовила легкий ленч, чтобы перекусить и снять небольшие боли от голода в желудке.
В три тридцать, когда на смену пришла Мэгги, Лорен встретила ее уже у двери. Через плечо Лорен была переброшена сумка, а в руке были ключи от машины.
– Возможно, я не вернусь к тому времени, когда тебе будет пора идти домой, поэтому не задерживайся из-за меня и уходи, но только, пожалуйста, закрой за собой дверь.
Мэгги озорно улыбнулась.
– Я думаю подогнать грузовик для перевозки мебели и удрать со всем, что плохо лежит. – поддразнила она. – И вообще, зачем запирать дом?
Окинув взглядом комнату, Лорен кивнула.
– Уверена, что ты начнешь с коммутатора и Фредди, – поддразнила она в ответ. – Сегодня я определенно могу прожить и без этих двух вещиц.
Веселый настрой Мэгги пропал.
– У тебя опять были эти дурацкие звонки? От беспокойства две маленькие морщинки проступили между бровями Мэгги.
– Нет, виновники уже пойманы.
С этим Лорен и ушла. Настроение у нее стало еще хуже, чем было прежде. Если бы не эти чертовы телефонные звонки… Стоп! Она не смогла бы, и не сядет на старушку-карусель «если только».
Даже когда Лорен была ребенком и чувствовала себя не в ладах сама с собой, она обычно ходила поглазеть на витрины магазинов, и спустя пару часов это приводило к восстановлению ее душевного равновесия. Чтобы восстановить хорошее настроение сегодня, потребовались бы безумно дорогие прогулки по магазинам.
Лорен начала с магазина домашнего печенья. Объевшись своим любимым липким и сладким печеньем, покрытым шоколадной стружкой, только что из духовки и все еще теплым, Лорен зашла в магазин дамского белья, где цены были безумно высокими, а сами вещички, которые она купила и рассовала по сумкам, были слишком миниатюрными. Затем она решила обследовать и полечить себе кожу у специалиста по косметике, который проводил однодневный семинар у Мэйси.
Когда косметолог закончил с ней заниматься, Лорен посмотрелась в зеркало и ахнула. Она выглядела… экстравагантно. Брови были темнее, чем обычно, но она должна была согласиться, что ей нравился эффект. Зеленые и серые тени подчеркивали миндалевидный разрез ее глаз, а чтобы усилить цвет радужной оболочки, по нижнему веку провели темно-зеленым карандашом.
– Я не знаю, – сказала Лорен с сомнением, глядя на свой рот. Обведенный контурным коричневым карандашом и покрытый помадой темно-красного цвета, он казался еще больше. – Нужно немного привыкнуть, – призналась она. Цвет ее губ был великолепным, но немного ярким и чуть-чуть вызывающим. И она чувствовала эту экстравагантность. – Я куплю у вас помаду.
С покупками, сложенными в один пластмассовый пакет, Лорен проходила через место парковки машин в поисках своего автомобиля, когда приятный и очень знакомый мужской голос окликнул ее по имени.
Улыбаясь, Лорен обернулась.
– Роб! – Подождав, когда он подойдет, она спросила:
– Что, Джин опять обчищает твои карманы?
Он широко улыбнулся, просияв здоровыми белыми зубами.
– Нет. Я один. Джин пошла с детьми смотреть игру в мяч. И поскольку они не удосужились приобрести билет для меня, то я решил, что пройдусь по магазинам.
Раздираемая любопытством узнать, «наказывают» ли его таким образом дети за тот разнос, что он учинил Донни, Лорен спросила:
– Как это так вышло, что они забыли купить тебе билет?
– Они полагали, что я не приду домой вовремя и не смогу пойти с ними, поэтому они и не стали себя затруднять покупкой лишнего билета. – Мальчишеская улыбка появилась на его лице. – Я собираюсь пообедать первым. Не составишь ли мне компанию? Если, конечно, ты не должна мчаться домой.
Нет, не было причины мчаться. Дома ее никто не ждал.
– С удовольствием пообедаю с тобой. Дай я только положу эти пакеты в свою машину, – сказала она.
Лорен была счастлива, что все еще есть причина не возвращаться в ее большой, пустой дом.
– Послушай, позволь мне сделать это за тебя. – Роб взял сумку, и пока они шли к машине, его рука тепло поддерживала ее. – Ты выглядишь великолепно, – прошептал он, слегка пожимая ей руку.
– Спасибо.
«О Боже!» – подумала Лорен, и при этом от волнения у нее в горле застрял ком. Она почувствовала такую слабость, что, будь он слишком ласков с ней, она бы не выдержала!
Казалось, что Роб чувствовал настроение Лорен и за обедом делал все возможное, чтобы ее развеселить. Политика была его страстью, а работа в качестве вице-президента крупного банка материально поддерживала его семью. Рассказы Роба о его ежедневных встречах с просителями кредита рассмешили Лорен до слез, и они скатывались одна за другой по ее щекам.
– Я рад видеть тебя вновь смеющейся, – сказал Роб мягко, протягивая руку, чтобы утереть слезу в уголке ее рта. – Коулби, да?
Лорен поняла, что он имел в виду, и утвердительно кивнула.
– У нас ничего не получается. – Ее улыбка дрогнула. – Он говорит, что любит меня, но я не уверена. И кто, черт побери, знает? – пробормотала она с чувством. – Может быть, проблема просто во мне. Возможно, я просто не подхожу ему. – Глубокий вздох прошел судорогой по всему ее стройному телу. – Я так смотрю на это. Я полагаю, что хочу слишком многого. – Сквозь слезы она с улыбкой посмотрела на него. – Полагаю, что я хочу, чтобы у нас все было так, как у тебя с Джин. Вы так счастливы…
– Это не всегда счастье, дорогая, – перебил ее нежно Роб. – По правде говоря, это чертовски трудная работа, – добавил он, быстро и довольно смущенно засмеявшись.
– Я хочу и хотела сделать все от меня зависящее, чтобы мы были счастливы. Роб. Но Коулби со своей стороны даже не пытался и не пытается ничего сделать для этого.
Лорен почувствовала свою беспомощность и расстроилась. Она огорчилась потому, что ведь она же пыталась, как только могла, приспособиться, понять. И куда это ее привело? Она почувствовала свою беспомощность потому, что даже теперь она всем сердцем хотела повернуть время вспять и начать все сначала.
– Может быть, он боится, – предположил Роб, проводя кончиком пальца вокруг ободка стакана с пивом, и при этом его глаза, полные любви к Лорен, были устремлены на ее несчастное лицо.
– Чего боится?
– Тебя. Произнести наконец-то это признание: «Буду любить тебя до гробовой доски», – проворчал он.
– Нет, я не думаю, что все обстоит именно так.
Судя по поступкам Коулби, он не боялся ничего, кроме признания в том, что он необходим полиции не в такой мере, как сам считает.
– Дай ему шанс, дорогая, – посоветовал Роб, подмигнув. – Он хороший человек. – Он снисходительно засмеялся. – Даже твой отец любит его.
– Да, Мэтью Шейлер – барометр всех взаимоотношений, – передразнила она, рассмеявшись вместе с ним. – Я никогда не забуду того вечера, когда Джин сказала, что собирается пойти пообедать с тобой. «Что он от тебя хочет?» – вскричал отец и стал говорить Джин о том, что ты для нее слишком стар, что тебе не подобает встречаться с няней, остающейся с детьми за плату, и просил ради всего святого послушаться его!
Роб фыркнул от смеха.
– Это ничто в сравнении с тем, что он говорит о Коулби, преследующего тебя, его «деточку».
Лорен не хотела слышать, что ее отец, ее семья думают о Коулби, и была бы очень благодарна, если бы они не знали, что он и она жили вместе.
– Могу себе представить! – сказала она быстро.
Роб знал этот тон, этот отрешенный взгляд. Он улыбнулся.
– Ну, похоже, что я отделался от этого достаточно давно.
Он полез в карман за бумажником, вытащил кредитную карточку и подозвал официантка, чтобы расплатиться.
– Что ты посоветуешь мне купить твоей сестре на день рождения? – спросил он, когда они вышли из ресторана.
– Что угодно, только не духи. Дети уже их купили.
– Как насчет белья?
От озорной улыбки на щеках у Лорен появились ямочки.
– Зачем тратить деньги, если она его уже давно не носит?
– О, но тогда я не получил бы удовольствия от того, чтобы освобождать ее от него, – поддразнил Роб, пронзительно засмеявшись.
Лорен тоже засмеялась. Направляясь вместе с ним к ее машине, Лорен почувствовала себя немного счастливее и более расслабленной, чем была весь день.
1 2 3 4 5 6 7 8 9 10 11 12 13 14 15 16 17 18 19 20 21 22 23 24 25 26 27

загрузка...