ТВОРЧЕСТВО

ПОЗНАНИЕ

А  Б  В  Г  Д  Е  Ж  З  И  Й  К  Л  М  Н  О  П  Р  С  Т  У  Ф  Х  Ц  Ч  Ш  Щ  Э  Ю  Я  AZ

 

С его точки зрения, уж больно они были велеречивы, так что он не пытался читать все подряд, стих за стихом, просто, пока пеклись лепешки, выхватывал то четверостишье здесь, то восемь строчек там.
Пока он наслаждался поучениями Амоса, из-за угла дома появились свиньи, и почти в тот же момент Калл вышел из задней двери, натягивая на ходу рубашку. Свиньи подошли и остановились прямо напротив Августа. На их щетине сверкала роса.
– Они знают, что у меня доброе сердце, – сказал он Каллу. – Думают, я скормлю им Библию. Я надеюсь, что вы не разбудите Диша, – добавил Август, обращаясь к свиньям, потому что только что лично убедился, что парень удобно пристроил голову на седле и крепко спал, надвинув на лицо шляпу, только огромные усы торчали.
К большому сожалению Калла, сам он не умел легко просыпаться. Его суставы, казалось, были сделаны из клея, и его раздражал свежий вид Августа, сидящего на черном чайнике и выглядевшего так, будто он проспал всю ночь, а не проиграл в покер до двух утра. Вставать рано и с удовольствием – эту науку Калл никак не мог освоить. Разумеется, он вставал, но естественным процессом ему это не казалось.
Август отложил Библию и подошел, чтобы по смотреть рану Калла.
– Надо будет еще ляпнуть масла, – заметил он. – Выглядит паршиво.
– Занимайся лучше своими лепешками, – посоветовал Калл. – А что тут делает Диш Боггетт?
– Я его делами не интересовался, – ответил Август. – Если ты помрешь от гангрены, то пожалеешь, что не дал мне обработать рану.
– Никакая это не рана, просто укус, – возразил Калл. – Меня в Сальтильо однажды клопы сильнее искусали. Ты, похоже, всю ночь просидел за чтением Книги Добра.
– Вот еще, – ответил Август. – Я читаю только вечером и по утрам, когда мне все напоминает о славе Господней. Остальную же часть дня мне все напоминает лишь о том, в какую вонючую дыру мы попали. Здесь трудно развлечься, но я стараюсь.
Он встал и положил руку на печку. Ему показалось, что лепешки должны быть готовы, и он их вытащил. Тесто хорошо поднялось и аппетитно зарумянилось. Он быстро понес лепешки в дом, а Калл пошел за ним следом. Ньют уже сидел за столом, совершенно прямо, нож – в одной руке, вилка – в другой, и креп ко спал.
– Мы сюда приехали заработать, – сказал Калл. – Насчет удовольствий разговору не было.
– Калл, а ведь ты даже деньги не любишь, – заметил Август. – Ты готов плюнуть в глаза любому встретившемуся богачу. Ты к деньгам относишься еще хуже, чем к развлечениям, если это вообще возможно.
Калл вздохнул и уселся за стол. Боливар возился около плиты, причем так трясся, что рассыпал зерна кофе по полу.
– Проснись, Ньют, – проговорил Август. – А то упадешь и выколешь себе глаз своею же собственной вилкой.
Калл потряс парнишку за плечо, и тот открыл глаза.
– А мне сон снился, – сообщил Ньют совсем по-детски.
– Не повезло тебе тогда, сынок, – заметил Август. – Здесь утром настоящий кошмар. Ты только посмотри, что он вытворяет!
Пытаясь сварить кофе, Боливар высыпал часть зерен в жир, в котором жарились бекон и яйца. Он сам считал это пустяком, но Август, желающий получить нормальный завтрак хоть раз в неделю, взбесился.
– Полагаю, кофе не повредит, если он по вкусу будет напоминать яйца, – сердито заявил он. – У тебя же по большей части у яиц вкус кофе.
– Мне плевать, – сказал Боливар. – Я плохо себя чувствую.
В этот момент шатаясь ввалился Пи Ай, пытающийся на ходу достать из штанов свой писун, пока мочевой пузырь не лопнул. Такое происходило почти каждое утро. На штанах у Пи имелось штук пятнадцать маленьких пуговок, которые он, вставая, тщательно застегивал, прежде чем соображал, что придется писать. Тогда он галопом летел через кухню, расстегивая пуговицы. Гонка всегда была на пределе, но, как правило, Пи удавалось добежать до нижней ступеньки, пока не начинался потоп. Там он и стоял обычно минут пять, поливая двор. Слушая с одной стороны шипение жира на сковородке, а с другой – шум водопада Пи Ая, Август понял, что мир и покой утра нарушен бесповоротно.
– Зайди сюда в этот час женщина, она завопит и глаза вытаращит, – заметил Август.
На этот раз кто-то действительно зашел, но то оказался лишь Диш Боггетт, который всегда живо реагировал на запах жарящегося бекона.
Его появление оказалось сюрпризом для Ньюта, который немедленно проснулся окончательно и попытался пригладить лохмы. Диш был одним из его героев, настоящим ковбоем, гонявшим скот до самого Додж-Сити неоднократно. А Ньют только и мечтал о том, чтобы гонять скот. Появление Диша дало ему надежду, поскольку он был не так недосягаем, как капитан. Ньюту даже и не мечталось когда-нибудь стать таким, как капитан, но вот Диш не слишком отличался от него самого. Он считался прекрасным работником, так что Ньют при случае всегда крутился рядом. Он был не прочь поучиться.
– Утро доброе, – сказал он.
– Эй, привет всем, – отозвался Диш, встал рядом с Пи и занялся тем же делом.
Ньюту нравилось, что Боггетт не относится к нему как к мальчишке. Если повезет, может, когда-нибудь он будет ковбоем вместе с Дишем. Что может быть лучше?
Август зажарил яйца до хруста, чтобы не чувствовался кофе, жир же он слил в большую бутыль из-под сиропа, где он и хранился.
– Дурная манера ссать в пределах слышимости сидящих за столом, – обратился он к паре у веранды. – Вы оба – взрослые люди. Что подумали бы ваши мамочки?
Диш слегка пристыдился, а Пи Ая вопрос привел в недоумение. Его мамочка отдала Богу душу далеко в Джорджии, когда ему было всего шесть лет. До своей смерти она не успела его как следует воспитать, так что он представления не имел о том, что бы она сказала по поводу такого его поведения. Однако он твердо был уверен, что она не хотела бы, чтобы он намочил штаны.
– Я торопился, – объяснил он.
– Как поживаете, капитан? – спросил Диш. Калл кивнул. По утрам у него было небольшое преимущество перед Августом, потому что Августу приходилось готовить. Пока Гас возился у плиты, он наложил себе бекона и яиц, а пища всегда оживляла его настолько, что он уже мог соображать, что именно предстоит сделать за день. Их компания была маленькой, арендованной земли едва хватало для выпаса небольшого количества скота и лошадей, пока не найдется для них покупатель. Калл не уставал поражаться тому что такое незначительное дело занимает троих взрослых и мальчишку от зари до зари, день за днем, но именно так оно и было. Сарай и загоны были в таком плачевном состоянии, когда они с Августом их купили, что приходилось постоянно их латать, чтобы они совсем не развалились. Никаких важных дел в Лоунсам Дав не было, но это отнюдь не означало, что не имелось множества мелких, требующих рабочих рук. К примеру, они уже шесть дней копали колодец, а конца еще и не видать.
1 2 3 4 5 6 7 8 9 10 11 12 13 14 15 16 17 18 19 20 21 22 23 24 25 26 27 28 29 30 31 32 33 34 35 36 37 38 39 40 41 42 43 44 45 46 47 48 49 50 51 52 53 54 55 56 57 58 59 60 61 62 63 64 65 66 67 68 69 70 71 72 73 74 75 76 77 78 79 80 81 82 83 84 85 86 87 88 89 90 91 92 93 94 95 96 97 98 99 100 101 102 103 104 105 106 107 108 109 110 111 112 113 114 115 116 117 118 119 120 121 122 123 124 125 126 127 128 129 130 131 132 133 134 135 136 137 138 139 140 141 142 143 144 145 146 147 148 149 150 151 152 153 154 155 156 157 158 159 160 161 162 163 164 165 166 167 168 169 170 171 172 173 174 175 176 177 178 179 180 181 182 183 184 185 186 187 188 189 190 191 192 193 194 195 196 197 198 199 200 201 202 203 204 205 206 207 208 209 210 211 212 213 214 215 216 217 218 219 220 221 222 223 224 225 226 227 228 229 230 231 232 233 234 235 236 237 238 239 240 241 242 243 244 245 246 247 248 249 250 251 252 253 254 255 256 257 258 259 260 261 262 263 264 265 266 267 268 269 270 271 272 273 274 275 276 277 278 279 280 281 282 283 284