ТВОРЧЕСТВО

ПОЗНАНИЕ

А  Б  В  Г  Д  Е  Ж  З  И  Й  К  Л  М  Н  О  П  Р  С  Т  У  Ф  Х  Ц  Ч  Ш  Щ  Э  Ю  Я  AZ

 

Но Сулла, улыбаясь, слегка покачал головой. Он предпочитал спать один.
— Хорошенько закрой дверь на засовы, — приказал он, — и не выходите этой ночью — ни одна, ни другая.
Молодая девушка послушно удалилась. Звякнули засовы, галл услышал, как они обе зашептались в прихожей, где спали. Этот милый шепот и убаюкал его. В наглухо закрытом павильоне уже не слышались ни стук колес повозок по мостовой, ни резкий скрип осей, ни крики возниц, ни рев ослов.
* * *
Сулла проснулся среди ночи. У входа в прихожую, где спали молодые девушки, горела масляная лампа, освещая дверь туалетной комнаты. Сулла сел на кровати, посмотрел на пса у его ног. Животное лежало совершенно неподвижно. Сулла дотронулся рукой до его морды и убедился, что собака еще дышала. Потом встал.
Туалет конечно же был великолепен, весь отделанный мрамором и ценными породами дерева. Из двух раковин шел приятный запах цветочных эссенций, флаконы с ними стояли тут же на полке в ряд. По желобу, отделанному серебром и выдолбленному в полу из черного лавового камня, непрерывно текла вода. Производимый им шум разбудил одну из флейтисток, она появилась на пороге. В руках она держала тазик, похожий на тот, который использовали для интимных омовений Менезий и Металла после любовных объятий. Молодая девушка отжала в ароматизированной воде губку и начала мыть и протирать Суллу там, где это было необходимо. Потом она сменила воду в тазу, вновь налила душистой воды и стала медленно мыть руками член хозяина. Лицо ее не выражало никаких чувств. Но это было чистое лицемерие, Сулла ясно видел, что действия молодой девушки скрывали совершенно определенное намерение. С тех пор как он расстался с Манчинией на причале в Остии, у него не было больше женщин, да и теперь, хорошенько выспавшись, как мог он остаться равнодушным к оказанной ему заботе!
Вскоре молодая рабыня пальцами ощутила доказательство того, что ее задумка удалась. Робко улыбаясь хозяину, она продолжала одной рукой делать то, что она начала, а второй, поставив таз для омовений на пол, схватила руку Суллы и направила ее между своими ногами... Таким образом она дала понять хозяину, что тоже была готова к удовольствиям, а не только к рабскому служению. Сулла не мог больше притворяться. Он был готов поддаться ей.
На вид ей было лет пятнадцать. У нее был красивый рот и черные глаза. Глаза смотрели прямо на Суллу с некоторой гордостью, как будто хотели сказать, что то, что их ожидает, будет не овладением могущественного повелителя жалкой рабыней, а совместный любовный акт двух равных существ. Сулла ответил на ее вызов. Малышка тоже пыталась выжить, стараясь понравиться новому хозяину. Ведь ее и подружку могли продать в любое время, и тогда прости-прощай их беззаботное существование. Эта поклонница Афродиты, преподнося в дар богине их акт любви, как бы молила ее о защите.
Сулла и не желал отказываться от предложенного. Молодая девушка подвела его к кровати, не переставая при этом ласкать. Уложила его на спину, расстегнула фибулы ночной рубашки. Сняла ее, обнажая свое безупречное тело, и взошла на кровать. Села сверху Суллы, разведя бедра. Движения ее были неторопливы, иногда она постанывала, сдерживая желание и силы для завершающего момента. Увлекалась все больше и больше, и ей едва удалось подавить свой крик, но бедра по-прежнему двигались плавно и ритмично. Сулла понял ее уловку и тоже вступил в игру: малышка хотела испытать еще один оргазм, а быть может, и третий, тем самым давая почувствовать хозяину себя опытным любовником.
После нескольких мгновений передышки она возобновила свои телодвижения. На этот раз ее глаза оставались открытыми, чтобы уловить по лицу Суллы момент, предупреждающий ее о приближении оргазма, который она всячески оттягивала.
И у нее для этого была еще одна причина, совсем не та, о которой подумал ее хозяин. Но он все понял, когда разглядел у кровати вторую флейтистку, еще заспанную, с длинными светлыми волосами, в беспорядке рассыпанными по плечам. Сулла увидел, как она обняла свою подружку руками, начала ласкать ее груди, чтобы ускорить приближение наслаждения. Сам он еле сдержался, когда оседлавшая его победно вскрикнула и замерла на нем на несколько секунд, будто напоровшись на что-то, неподвижная и содрогающаяся. Потом оторвалась, уступив место младшей. Та, не теряя ни секунды, застонала, сразу же лаская пальцами свой клитор. Ускоряя свой оргазм, она пришла в неистовство, увлекая за собой Суллу, и он больше не сдерживался. Все еще постанывая, она невесомо лежала на нем, рассыпав свои светлые волосы на его груди. Сулла обнял малышку, и скоро они вместе заснули, так и не разъединившись, и галл забыл об опасностях, которые ему угрожали и которые поджидали его в Городе с началом нового дня.
Глава 11
Носилки Манчинии
С рассветом лучи солнца, пробившись сквозь оконные решетки, осветили лицо Суллы и его белокурую подружку, лежавшую рядом с ним. Рабыня-брюнетка спала на полу, возле кровати, прижавшись к старому псу. Сулла проснулся, встал, полюбовался немного молодой девушкой, потом наклонился и поднял ее, уложил на кровать рядом с ее товаркой. Не открывая глаз, молоденькая девушка обвила руками мускулистые плечи бывшего офицера-легионера и прижалась своим ртом ко рту хозяина, поцеловала и снова погрузилась в сон.
Сулла задержался на мгновение, рассматривая их обеих, нагих и грациозных, таких невинных на краю пропасти, полной опасностей и страданий, куда он сам мог попасть в любой момент. Он удивился тому, что и старый пес все еще спит. Наклонился, протянул руку и ощутил холод под пальцами. Охотничий пес Менезия был мертв.
Сулла поднялся. Может, оно и к лучшему. Старый германский пес, верный своему долгу, будет сопровождать своего хозяина и в царстве теней. Он похоронит его у портика, зароет в землю у могилы патриция Менезия. Сулла прошел в красивую ванную комнату, ополоснул лицо водой из одной раковины, потом отворил засовы, открыл дверь и вышел на порог. Сад был наполнен утренним щебетанием птиц. Небольшое здание охраняла вооруженная стража; они враз повернули головы на шум открывающейся двери. Одни держали в руках копья, другие — мечи.
Сулла на мгновение замер. Не собрались ли эти люди затем, чтобы убить его? Дворец еще спал, и никто не услышит звука метнувших в него копий, а потом они довершат свое дело мечами, перерезав ему горло.
Но галл не мог выказать овладевшего им страха. Он прикрыл за собой дверь и направился к стражникам.
— Приветствуем тебя, наш господин, — сказал тот, кто стоял ближе всех. — Мы охраняли тебя, узнав, где ты собрался провести ночь...
— Хорошо, — сказал Сулла.
Захоти они его убить, сделали бы это сейчас, после приветственных слов, как это принято при убийстве важной персоны, не дав ей времени закричать или позвать на помощь.
1 2 3 4 5 6 7 8 9 10 11 12 13 14 15 16 17 18 19 20 21 22 23 24 25 26 27 28 29 30 31 32 33 34 35 36 37 38 39 40 41 42 43 44 45 46 47 48 49 50 51 52 53 54 55 56 57 58 59 60 61 62 63 64 65 66 67 68 69 70 71 72 73 74 75 76 77 78 79 80 81 82 83 84 85 86 87 88 89 90 91 92 93 94 95 96 97 98 99 100 101 102 103 104 105 106 107 108 109 110 111 112 113 114 115 116 117 118 119 120 121 122 123 124 125 126 127 128 129 130 131 132 133 134 135 136 137 138 139 140 141 142 143 144 145 146 147 148 149 150 151 152 153