ТВОРЧЕСТВО

ПОЗНАНИЕ

А  Б  В  Г  Д  Е  Ж  З  И  Й  К  Л  М  Н  О  П  Р  С  Т  У  Ф  Х  Ц  Ч  Ш  Щ  Э  Ю  Я  AZ

 

От боли, прозвучавшей в мужском голосе, Лидия поежилась.
– Бедный мужчина! – прошептала она, увлекая Элис подальше. – Он только сегодня утром узнал, что ему придется ампутировать руку.
– Может, моему мужу стоит его навестить? – спросила Элис.
– Не помешает, – согласилась Лидия, направляясь с Элис к скромному, но просторному фургону Грэмов.
– Тогда я пришлю Эндрю. Его труднее шокировать, чем меня.
Элис остановилась. Ее глаза радостно блестели. Женщины, улыбаясь друг другу, обнялись.
– Передай мужу, пусть приезжает в любое время, – сказала Лидия.
Элис покачала головой:
– Я тобой восхищаюсь.
С тяжелым вздохом Лидия вскарабкалась в фургон и, тронув лошадь, покатила прочь по Оушен-авеню.
В саду за обсаженной деревьями подъездной аллеей цвели Иблони, трепеща на ветру белыми лепестками, похожими на крылья мотыльков. Поддавшись импульсу, Лидия вышла в только что вспаханное поле, вдыхая насыщенный запах земли и цветов. Склонившись, она набрала в ладонь горсть земли и пропустила между пальцев. На ее ладошке остался извивающийся червяк. Как страшно, что ужасы войны заставили ее забыть та кие простые радости, как чудо весеннего пробуждения природы после суровой зимней спячки!
Она почувствовала, как внутри шевельнулся ребенок, и на душе у нее стало спокойнее. «По крайней мере, одно чудо я не пропустила», – подумала Лидия.
Аккуратно вернув червяка в прохладную землю, Лидия выпрямилась. Спина все еще болела, но день, проведенный в постели, подействовал на нее благотворно. Она наклонила яблоневую ветку и вдохнула пьянящий аромат. К концу лета ее тело созреет, как и этот сад, полный спелых фруктов.
«Роди мне сына, Лидия», – всплыли в памяти слова Брюса, и Лидия отдала салют:
– Есть, капитан!
Какой ответственной женой она стала! Она рассмеялась бы, если бы не тоска по Брюсу.
«Господи, спаси моего мужа! – молилась она, возвращаясь в дом. – Все бессмысленно, пока его нет со мной!»
Подняв взгляд на массивное каменное сооружение с окна ми в свинцовых переплетах, Лидия представила всех тех, кок скрывали его крепкие стены. Как же ей хотелось, чтобы этот дом в самом деле стал неприступной крепостью для ужасов войны и сердечной боли!
Лидия устала от запаха гангрены, гниющих ран и тошнотворного дезинфицирующего мыла. Она не могла дождаться, когда этот дом, полный страданий, снова наполнится звуками радости.
Вместе со своими помощницами она сутками стояла во дворе над кипящими чайниками, делала свечи и варила мыло, что бы удовлетворить нужды раненых. Следила, чтобы хватало про довольствия. Список можно было продолжать до бесконечности, и ничего нельзя было из него вычеркнуть, ибо речь шла о спасении жизни.
О Господи, сколько же еще? Сможет ли она когда-нибудь остановить эту войну со смертью? Узнает ли вновь красоту, смех и любовь?
Сознавая эгоистичность своих мыслей, Лидия, однако, не могла выбросить их из головы. Ее собственные потребности и желания пробивались на поверхность с упорством крокусов в весеннюю оттепель. Снедаемая беспокойством, она была готова взбунтоваться. Хотя по доброй воле взвалила на себя труд по уходу за этими людьми. Однако сейчас, когда появилось столько добровольных, полных энергии помощников, Лидия отступила в тень и увидела, что на данном этапе в ней не нуждаются. Вероятно, в этом был какой-то важный смысл, раз ее участие перестало быть столь необходимым.
Почерпнув силы в цветущих полях, раскинувшихся по обе стороны реки, Лидия ускорила шаг», возвращаясь в дом. Пришло время искать и находить. И взять свою судьбу под надежный контроль.
Приблизившись к койке, где спал ее брат, Лидия испытала прилив нежности. В детстве их с Сетом связывали особые узы. Они делились друг с другом секретами, вместе шалили и смеялись, пока восемь с половиной лет назад ее первый брак все не испортил. С тех пор они сохраняли безопасную дистанцию.
Его светлые волосы были спутаны, и он казался моложе своих двадцати семи лет. Лидия погладила его виски и тихо окликнула:
– Сет… – Ей не хотелось его тревожить, но за все время она впервые нашла время поговорить с ним. – Сет, проснись!
Уголок его рта дрогнул.
– Подкралась незаметно, да, Лидия? – произнес Сет. – Все жду, когда ты сунешь мне за шкирку лягушку.
Их искрящиеся смехом глаза встретились, и несчастные годы в одночасье забылись.
– Как ты себя чувствуешь? – справилась Лидия.
– Нога горит, как в огне, – признался брат. – Но видеть тебя – лучшее лекарство, чем пила.
– Тебе повезло больше других. Отделался лишь пулей в ноге. Двое твоих товарищей с корабля умерли.
Сет печально кивнул:
– Мы потеряли много хороших людей. Мало кому из нас удалось добраться до баркаса. «Эндимион» буквально разорвал «Лучник» в клочки.
– Бой был долгим и тяжелым? – спросила Лидия.
Он покачал головой:
– Мы даже не поняли, как все произошло. «Эндимион» вышел на нас из тумана милях в двенадцати от Уотч-Хилла.
При упоминании Уотч-Хилла у Лидии внутри все перевернулось. На месте брата здесь мог лежать Брюс. Приподняв брата, она предложила ему стакан воды с растворенными каплями болеутоляющего.
– Ты не представляешь, как я обрадовалась, когда тебя внесли живого!
– Замужество пошло тебе на пользу, сестренка, – сказан он, меняя тему и окидывая взглядом ее розовые щеки и округлившиеся формы. – Ты превратилась в аппетитную голубку.
Лидия покраснела.
– Мне в сентябре рожать…
Сет испустил протяжный свист и посчитал на пальцах месяцы.
– Макгрегор не терял времени. Он знает?
Лидия покачала головой, не в силах скрыть тоску.
– С тех пор как отбыл в декабре, я виделась с ним всего раз.
– Насколько мне известно, вам не скоро придется свидеться.
Лидия впилась в брата взглядом:
– Сет, ты что-то знаешь? Что? Скажи мне!
Он пожал плечами:
– Я знаю только то, что мне рассказывали парни с «Мародера». Их отправили на берег лечиться незадолго до того как твой муж попытался под покровом ночи атаковать британский военный корабль. По стечению обстоятельств Макгрегор планировал атаку на «Эндимион», корабль, потопивший «Лучник».
– О Боже! – Ее сердце сжалось от страха. – Что случилось? Брюс…
– Спокойно, сестренка. Перед тем как отправить на дно «Ангельскую леди», они сняли всех оставшихся в живых. Это было севернее берегов Ньюфаундленда. Твой муж с командой, как я слышал, сражались неистово, но их подавили огнем. Макгрегора и его матросов взяли на борт «Тенедоса», а его судно подожгли.
Покачнувшись, Лидия схватила брата за рукав:
– Он в плену?
Видя, как она расстроилась, он похлопал сестру по руке:
– Лидия, не принимай все так близко к сердцу. Британцы скорее всего держат его в гарнизоне Галифакса. Это, конечно, мерзкая дыра, но он по крайней мере жив.
1 2 3 4 5 6 7 8 9 10 11 12 13 14 15 16 17 18 19 20 21 22 23 24 25 26 27 28 29 30 31 32 33 34 35 36 37 38 39 40 41 42 43 44 45 46 47 48 49 50 51 52 53 54 55 56 57 58 59 60 61 62 63 64 65 66 67 68 69 70 71 72 73 74 75 76 77 78 79 80 81 82