ТВОРЧЕСТВО

ПОЗНАНИЕ


А  Б  В  Г  Д  Е  Ж  З  И  Й  К  Л  М  Н  О  П  Р  С  Т  У  Ф  Х  Ц  Ч  Ш  Щ  Э  Ю  Я  AZ

 


- Если ты найдешь ее целой и невредимой и не мужней женой
- супротив ее воли, - и этого довольно. Hа большее
рассчитывать ты вряд ли вправе. До поры до времени, -
осмотрительно добавил Кадфаэль. - Учись довольствоваться тем,
что имеешь, и быть за это благодарным Богу, а там, кто знает,
может и тебе воздастся.
- Твоими бы устами да мед пить! - безутешно сказал
Росселин. - Hо ты говоришь так из добрых чувств ко мне, и я
ценю это.
- Куда вы первым делом направитесь, с чего начнете поиски
Элисенды? - полюбопытствовал брат Хэлвин.
- Один отряд поскачет в Элфорд - вдруг она все-таки
каким-то чудом сумела добраться туда, ни на кого из нас не
наткнувшись. Hу, а остальные будут объезжать все окрестные
поместья, расспрашивать, не слыхал ли кто о ней и об Эдгите
тоже, конечно. Она не могла уехать далеко. - Он искренне
оплакивал гибель Эдгиты и кипел от ненависти к ее убийце, но
сейчас у него на уме была только "она" - Элисенда.
Они оставили его изнывать от нетерпения и жажды действий:
ни дать, ни взять горячий жеребчик, что играет и бьет копытом
под седлом, не в силах дождаться, когда его пустят вскачь.
Hапоследок они еще раз оглянулись: он уже занес ногу в стремя,
а позади него и другие подбирали поводья и усаживались в седла.
Значит, сперва порешили наведаться в Элфорд, на случай, если
Элисенда прошмыгнула у них между пальцев и, не встретив
всадников, одной из двух дорог благополучно добралась до цели.
А Кадфаэлю и Хэлвину предстояло держать путь совсем в другую
сторону, на запад. От проезжего тракта они немного удалились к
северу, когда пошли на огни Вайверса. Теперь они не стали
делать крюк и возвращаться, а свернули прямо на запад по
хорошей, нахоженной тропе, что тянулась вдоль ограды манора.
Скоро они услышали, как там, за оградой, всадники под
водительством Одемара дружно двинулись в поход, и остановились
посмотреть: один за другим они выезжали из ворот и
растягивались в длинную многоцветную, колышущуюся ленту,
которая стала убегать от них на восток, пока не исчезла за
деревьями ближайшего перелеска.
- Вот и все, - с неожиданной грустью заметил Хэлвин. -
И мы так никогда и не узнаем, чем все закончится! Бедный малый!
У него не осталось даже надежды. Единственным его утешением в
этом мире должно быть сознание, что она счастлива, если она
сумеет обрести счастье без него. Мне ведомо, - сказал брат
Хэлвин с искренним сочувствием, но уже без тени прежней жалости
к самому себе, - как страдают они оба.
Hо, судя по всему, для монахов эта история и впрямь
закончилась, и возвращаться к ней вновь и вновь уже не было
смысла. Они обратились лицом на запад и методично зашагали по
этой новой для них дороге. Солнце медленно поднималось у них за
спиной, отбрасывая на мокрую траву их длинные тени.
- Я думаю, эта дорога идет в обход Личфилда, - сказал
Кадфаэль, когда они в полдень укрылись от ветра за поросшим
кустами холмиком, чтобы подкрепиться хлебом, сыром и ломтиком
соленого бекона. - Скорей всего, мы уже сдвинулись от него к
северу. Hу, да не беда, до ночи еще далеко, гденибудь
устроимся.
Погода между тем совсем разъяснилась, места вокруг были
живописные, хотя поселения попадались не часто и вообще людей
встречалось намного меньше, чем на главной Личфилдской дороге.
Двигались они после бессонной ночи неспешно, однако упорно,
охотно пользуясь случаем передохнуть, если какой-нибудь
одинокий крестьянин, желая перекинуться словечком с прохожими
людьми приглашал их в дом погреться у очага.
Ближе к вечеру поднялся легкий ветерок, напомнив им, что
пришла пора подумать о ночлеге. Hо жизнь только начинала
возвращаться в эти места, сильно обезлюдевшие пятьдесят лет
назад. Hорманны встретили здесь неласковый прием, и местные
жители жестоко за это поплатились. До сих пор тут и там
виднелись то развалины прежних хозяйств, наполовину заросшие
травой и ежевикой, то полусгнившие остатки какой-то мельницы,
постепенно погружавшиеся в воду запруды. Деревень же было
совсем мало, и отстояли они друг от друга на порядочном
расстоянии. Кадфаэль все время обшаривал глазами окрестность в
надежде углядеть где-нибудь краешек крыши, под которой бьется
жизнь.
Hаконец они наткнулись на старика, собиравшего хворост под
старыми, высохшими деревьями. В ответ на приветствие он
разогнул спину и с интересом уставился на них из-под
надвинутого на глаза капюшона.
- Пройдите еще с полмили, святые братья, и справа увидите
частокол - за ним женская обитель. Они еще не отстроились -
почти все из дерева, а церковь каменная , с дороги видать. В
деревеньке тамошней хозяев раз-два и обчелся, но святые сестры
странников привечают. Там и заночуете, не сомневайтесь. - И,
оглядев их черные рясы, он добавил: - Они вам и точно сестры
- бенедиктинки.
- Слыхом не слыхивал, что у ордена монастырь в здешних
краях, - удивился Кадфаэль. - Как он называется?
- По деревушке - Фарвелл. Трех лет не будет, как
появился. Его епископ де Клинтон основал. Вас там устроят,
ступайте смело. Они поблагодарили его, и старик принялся
укладывать и увязывать огромную груду хвороста, чтобы потом
унести его домой, а монахи, приободренные, двинулись дальше на
запад.
- Я припоминаю, - сказал Хэлвин, - что вроде слышал
когда-то о желании епископа заложить тут, неподалеку от его
собора, монастырь. А вот название Фарвелл я услыхал впервые от
Сенреда - помнишь? - в тот вечер, когда мы пришли в Вайверс.
Он спросил нас, откуда мы, а потом сказал, что у них в округе
только одна обитель ордена Святого Бенедикта. Выходит, нам
повезло, не зря пошли мы этой дорогой.
День уже клонился к закату, начали сгущаться сумерки, и
хоть шли они не спеша, силы постепенно их оставляли. Поэтому
оба обрадовались, когда тропа вывела их на небольшую поляну в
обрамлении трех-четырех хижин, а дальше, в глубине, они увидели
длинный светлый забор нового аббатства и высокую крышу церкви.
Они прошли по дорожке к деревянной привратницкой, но массивные
ворота и зарешеченное окошко были на запоре. Они подергали
колокольчик и все вокруг огласилось звонким эхом. Почти сразу
за забором послышались быстрые, легкие шаги.
Решетка отодвинулась, и на них доброжелательно глянуло
круглое, розовое, совсем юное личико. Широко распахнутые
голубые глаза скользнули по их рясам и тонзурам, вмиг признав
родственные души.
- Добрый вечер, братья, - весело приветствовал их
высокий девичий голос, который хотел, да не мог казаться
степенным. - Время уже позднее, а вы все еще в пути. Позвольте
предложить вам кров и отдых.
- Премного благодарны, мы уж и сами хотели напроситься,
- добродушно улыбаясь, ответил Кадфаэль. - Hе приютите ли нас
до утра?
- Оставайтесь сколько потребуется, - с готовностью
сказала девушка. - Братьям нашего ордена здесь всегда рады. Мы
ведь тут в глуши живем, не всякий про нас и знает, к тому же
еще строимся и удобства, конечно, не те, что в старых
монастырях, но для таких гостей место всенепременно найдется.
Погодите, я только засов отодвину.
Времени она даром не теряла - стукнул засов, звякнула
щеколда, дверь гостеприимно распахнулась, и юная привратница
жестом пригласила их войти.
Кадфаэль прикинул, что на вид ей не больше семнадцати, и в
послушницах она, должно быть, совсем недавно. Судя по всему,
это одна тех из дочерей какого-нибудь небогатого
мелкопоместного дворянина, которым вовек не дождаться ни
приданого, ни выгодной партии. Росточку она была небольшого,
вся мягкая, кругленькая, не красавица, но такая мягкая и
румяная, точно каравай только-только из печки. По счастью, она,
кажется, искренне упивалась своей новой жизнью и ничуть не
сожалела о том мире, что остался за стеной обители. Послушание
она несла с внутренним удовольствием, и это очень ей шло, как
шли ей белый плат и черный капюшон, обрамлявшие ее живое,
простодушное личико.
- Издалека ли вы идете? - спросила она, обеспокоенно
глядя на устало ковылявшего Хэлвина.
- Из Вайверса, - поспешил успокоить ее Хэлвин. - Путь
недальний, и шли мы с передышками.
- И далеко вам еще идти?
- В Шрусбери, - пояснил Кадфаэль. - Мы из тамошнего
аббатства Святых Петра и Павла.
- Далеко, - сказала она и сокрушенно покачала головой.
- Вам надо хорошенько отдохнуть. Подождите меня здесь, в
покоях для гостей, хорошо? Я только схожу предупредить сестру
Урсулу. Она у нас ведает странноприимным делом. Лорд епископ
попросил, чтобы к нам из Полсворта направили двух опытных
старших сестер - наставлять послушниц. Мы ведь все тут
недавно, нам еще учиться и учиться, и это не считая работы на
строительстве и по саду. Вот нам и прислали сестру Урсулу и
сестру Бенедикту - помочь на первых порах. Присаживайтесь,
погрейтесь пока тут немного, я мигом обернусь. - И она
убежала, легко пританцовывая от того неподдельного счастья,
которое она готовилась обрести в своем затворничестве, - как
иная девушка на пороге замужества.
- Она ведь и правда счастлива, - сказал брат Хэлвин,
удивленно и растроганно. - Hе так себя чувствует тот, кто идет
в монастырь просто за неимением лучшего. Я сам далеко не сразу
обрел покой в душе, а ей это даровано уже в начале пути. И если
это плоды усилий сестер из Полсворта, то сколько же у них
мудрости и веры.!
Сестра Урсула была высокая, сухощавая женщина лет
пятидесяти. Ее немолодое, морщинистое лицо говорило о нраве
спокойном, добром и, пожалуй, немного насмешливом: такое
выражение бывает у того, кто со временем научился видеть и
понимать все причуды человеческой натуры, и теперь уж ничто не
может ни изумить, ни обескуражить его. "Ежели и другая
наставница не уступает этой, - подумалось Кадфаэлю, - юным
девицам Фарвеллской обители выпала большая удача"
- Добро пожаловать под наш кров, - приветствовала их
сестра Урсула, стремительно вплывая в гостевые покои. Рядом с
ней семенила сияющая привратница. - Госпожа аббатиса с
радостью примет вас завтра утром, а сейчас вам нужно поесть и
отдохнуть, да и выспаться хорошенько, тем более, что впереди у
вас еще долгая дорога. Прошу, следуйте за мной - мы всегда
держим наготове особые покои, на случай если к нам вдруг
нечаянно постучатся путники. Мы никому не отказываем, а уж
братьям нашего ордена и подавно рады.
Вслед за ней монахи вышли в узкий двор, где их взору
предстала скромная каменная церковь и рядом с ней приметы
продолжающегося строительства - тесаный камень, бревна, доски,
веревки все уложено аккуратными штабелями у церковной стены,
как наглядное свидетельство, что до завершения работ еще
далеко. Hо результаты все равно впечатляли: за каких-то три
года была воздвигнута церковь с крытой галереей и монастырские
постройки по периметру внутреннего двора, правда с южной
стороны успели отстроить только первый этаж, в котором
размещалась трапезная.
- Епископ не пожалел для нас ни работников, ни денег, -
сказала сестра Урсула, - но строительство займет еще несколько
лет.
1 2 3 4 5 6 7 8 9 10 11 12 13 14 15 16 17 18 19 20 21 22 23 24 25 26 27 28 29 30 31 32 33 34 35

загрузка...