ТВОРЧЕСТВО

ПОЗНАНИЕ

А  Б  В  Г  Д  Е  Ж  З  И  Й  К  Л  М  Н  О  П  Р  С  Т  У  Ф  Х  Ц  Ч  Ш  Щ  Э  Ю  Я  AZ

 

Они существуют в единственном экземпляре. В гостинице есть сейф. Держите их там. А еще лучше абонируйте ячейку в банке. И главное - не давайте никому доверенности на них. Ваша подпись на этой доверенности будет означать для вас смертный приговор.
- Вы меня пугаете, господин Мюйр.
- Нет. Предупреждаю.
- Спасибо за предупреждение. Я запомню ваши слова. И все-таки вы меня напугали. Да, напугали, - повторил Томас. - Мне, наверное, не нужно связываться с этим делом. Как ты считаешь? - обратился он ко мне.
- Это решать тебе.
Томас глубоко задумался и заключил:
- Да, не нужно. Господин Мюйр, я погорячился. Вот ваши бумаги. Я забираю бабки, и ну их в баню, все эти дела. Если человек к тридцати пяти годам не научился делать большие бабки, нечего и дергаться. Значит, Им не дано. Есть люди, которым дано, а есть, которым не дано. К сожалению, я из тех, кому не дано.
Говоря это, он положил кейс на стол и начал заталкивать в черный полиэтиленовый пакет сверток с долларами. От волнения даже уронил его на пол и кинулся поднимать, путаясь в полах плаща.
- Успокойтесь! Сядьте и успокойтесь! - прикрикнул Мюйр и отобрал у Томаса пакет с деньгами. - Что это за истерики? Не понимаю, что вас так взволновало. Вы же ничем не рискуете.
- Как это ничем? - возмутился Томас. - А моя жизнь?
- Ей ничто не грозит, если не будете делать глупостей.
- А пятьдесят штук? То есть сорок девять?
- А вы как хотели, молодой человек? Не рисковать ничем, а иметь все?
- Если сказать честно, это было бы лучше всего, - подтвердил Томас.
- Ваше право. У меня есть другой покупатель на эти документы. Час назад меня посетил господин Юрген Янсен. Он готов заплатить за них гораздо большую сумму.
- Нет-нет! - запротестовал Томас. - У нас с вами был договор. А договор дороже денег!
- Поэтому я и отклонил предложение господина Янсена.
- Ладно, рискну, - сказал Томас. - Извините меня, господин Мюйр. Это была минутная слабость.
Он защелкнул замки кейса и поставил его на пол рядом со своим стулом как бы в знак того, что решение принято и обратного пути нет.
- Так-то лучше, - одобрил Мюйр. - Будьте достойны своего деда, Томас Ребане. Ваш дед был бесстрашным человеком. Он ничего не боялся. И всегда побеждал. - Он немного помолчал и уточнил: - Почти всегда.
Что-то во всем этом деле было не так. Да не мог Мюйр всерьез рассчитывать, что ему обломится половина эсэсовского наследства. И подлинник завещания не дает ему никаких гарантий, в каких бы надежных банковских сейфах он ни хранился. Он не мог этого не понимать. А тогда для чего все это затеял? В чем заключается конечная цель его оперативной комбинации, которую в разговоре в кабинете он назвал самой лучшей и самой масштабной комбинацией в своей жизни?
- А теперь можно выпить вашей настойки, - предложил Томас. - На чем, вы говорите, ее настаиваете?
- На кожуре грецких орехов, - ответил Мюйр. - Она повышает потенцию.
Судя по его виду, никакого желания затягивать эту встречу у него не было, но он счел необходимым соблюсти приличия.
Томас восторженно округлил глаза:
- Господин Мюйр! Я потрясен!
- Вы неправильно меня поняли. Потенция в моем возрасте - это способность жить полноценной умственной жизнью.
- Умственной, - повторил Томас. - Понимаю. Но это тоже хорошо. Скажите, господин Мюйр, а кроме этих наперстков... Я, знаете ли, привык к емкостям немного другим...
Мюйр усмехнулся и достал из серванта фужер.
- Учтите, это очень крепкий напиток, - предупредил он.
- Мы многое понимаем по-разному, - философски заметил Томас.
- Тогда за успех, - приподнял лафитничек Мюйр. - А вы, юноша?
- Это ваша сделка, - сказал я.
- За наш успех, друг мой.
- Ваше здоровье, господин Мюйр.
Томас ошарашил фужер и вытаращил глаза.
- Это что? - отдышавшись, спросил он.
- Спирт.
- Я ошибся, - признал Томас. - Есть вещи, понимание которых от возраста не зависит. А теперь, господин Мюйр, позвольте откланяться. Серж, нам пора.
Он взял кейс, одернул плащ и прошествовал к выходу. У двери обернулся.
- Маленькая просьба. Ваш кот. Карл Вольдемар Пятый. Можно на него посмотреть?
- Он в спальне. - Мюйр показал на верхнюю комнату. - Сейчас позову. Карл Вольдемар!.. Карл Вольдемар Пятый!.. Я кого, ленивая скотина, зову?!
На верхней ступеньке лестницы появился кот. Явление его было очень эффектным, потому что это был самый обычный серый кот, каких у нас в Затопино называют Мурзиками.
- Это он и есть? - озадаченно спросил Томас.
- Он.
- А почему он пятый?
- Потому что он у меня пятый.
- А почему он Карл Вольдемар?
- Так было записано в родословной первого. Все вырождается, друг мой. Все мельчает: идеи, люди, коты.
Мюйр щелкнул пультом. Бронированная дверь открылась и выпустила нас в таллинский вечер с голыми деревьями и моросящим дождем.
Томас увлек меня из-под арки, опасливо оглянулся на окна Мюйра, забранные мощными, художественной ковки решетками, и ликующе сообщил:
- Получилось!
От избытка чувств он запустил кейс вверх и даже умудрился его поймать. Но с координацией движений у него были нелады, он пошатнулся и грохнулся на мокрый асфальт. Но и это не умерило его восторга.
- Получилось! - повторил он.
Он не успел объяснить, что именно у него получилось, потому что из темноты вынырнул белый пикапчик и резко затормозил возле нас. Муха приказал:
- Быстро садитесь! Фитиль, показывай дорогу к гостинице!
- Нам нужно к "линкольну"! - запротестовал Томас. - И нужно зайти домой выключить свет!
- Успокойся, - прервал Муха. - Его уже выключили.
У ярко освещенного подъезда гостиницы "Виру" царило оживление, толпилось человек сто. В свете круглых фонарей краснели транспаранты, над зонтами, шляпами и кепками колыхались фанерные щиты на палках, похожие на лопаты для уборки снега. Если бы на них не белели плакаты, можно было подумать, что это дружной толпой вышли на работу таллинские дворники.
Толпа была разделена надвое. Над одной частью было больше красного, в другой чернели кожаные кутки скинхедов. Между ними прохаживались полицейские, не допуская слияния народных масс в критическую массу уличных беспорядков и обеспечивая беспрепятственный проход в гостиницу постояльцам и посетителям ресторана. Они подкатывали на шикарных тачках, норовя прямо к подъезду, но полицейские вежливо отправляли их на стоянку, откуда они поспешно проскакивали к дверям гостиницы, опасливо поглядывая в обе стороны.
Даже издалека чувствовалось напряжение, в котором находились обе половины толпы. Но в физическую активность оно не переходило. Массы словно чего-то ждали. И было у меня сильное подозрение, что ждут они появления Томаса Ребане, который дрых на заднем сиденье "жигуленка", обеими руками обняв серый кейс с содержимым стоимостью от тридцати до ста миллионов долларов в зависимости от конъюнктуры.
1 2 3 4 5 6 7 8 9 10 11 12 13 14 15 16 17 18 19 20 21 22 23 24 25 26 27 28 29 30 31 32 33 34 35 36 37 38 39 40 41 42 43 44 45 46 47 48 49 50 51 52 53 54 55 56 57 58 59 60 61 62 63 64 65 66 67 68 69 70 71 72 73 74 75 76 77 78 79 80 81 82 83 84 85 86 87 88 89 90 91 92 93 94 95 96 97 98 99 100