ТВОРЧЕСТВО

ПОЗНАНИЕ


А  Б  В  Г  Д  Е  Ж  З  И  Й  К  Л  М  Н  О  П  Р  С  Т  У  Ф  Х  Ц  Ч  Ш  Щ  Э  Ю  Я  AZ

 

Я чуть не сбила с ног Джессику, спускаясь по лестнице, и выскочила прямо на парадное крыльцо, где врезалась в Синклера с такой силой, что отлетела от него и повалилась на тротуар, как оглушенная пчела.– Я думал, что ты собираешься избавиться от этой нелепой пижамы.Я вскочила и буквально вскарабкалась по нему, как по дереву.– Эрик, Эрик, случилось самое худшее... там... в моей комнате... – Я указала на дом.Он схватил мои руки.– В чем дело? Тебе больно? Кто-нибудь обидел тебя? Джон здесь? Я оторву ему яйца, если он...– Моя комната... в моей комнате... там Мари... в моей комнате...– Ваше величество, успокойтесь. В чем дело? – Тина бежала ко мне навстречу. Они, должно быть, только что подъехали. Прекрасно! И не подумали позвонить. Даже в состоянии паники я почувствовала раздражение. – Кто-нибудь снова попытался вас убить?– Если бы! В моей комнате мертвая девочка!– Мертвая девочка стоит передо мной, – заметил Синклер озадаченно.– Не я, дурак!– Пошли. Покажи мне. – Он схватил меня за руку, но я тут же выдернула ее с такой силой, что снова едва не упала.– Нет! Я не могу вернуться туда. Эрик, не могу! Я поеду с тобой в «Маркетт», ладно? Только давай поедем прямо сейчас. Я поведу машину. Поехали. О'кей?Темные брови Эрика поднялись так высоко, что, казалось, еще немного – и они съедут со лба.– Ну что ж, – медленно произнес он, – если ты так сильно боишься...– Не слушай ее, – прикрикнула Тина. – Дурак! Она не знает, что говорит.– Разве так разговаривают с королем? – спросил он обиженно.Она хмыкнула.– Когда король ведет себя как осел, то да. Пойдемте, ваше величество. Посмотрим на мертвую девочку.– Вы, ребята, с ума сошли. Я не вернусь туда!– А как же твои туфли?Верно. Теперь мне придется их выбросить. Я не знала, могла ли Мари покрыть мои туфли каким-нибудь призрачным веществом, но не собиралась рисковать.– Вы пойдете со мной? – спросила я, стараясь не показывать, какую испытывала панику.– Да, конечно. – Синклер погладил меня по голове. Но я не прореагировала на его ласку – у меня были проблемы поважнее. – Не бойся. Я не верю, что это та женщина, которая уничтожила Ностро.– Это совершенно другая женщина.– Откровенно говоря, я всегда думал, что ты слишком ветреная и капризная, чтобы испытывать настоящий страх.Я выдернула руку.– Иди к черту.– А, так-то лучше. Теперь я вижу перед собой подлинную королеву.Джессика открыла дверь. Она была растрепанной и раздраженной.– Вы чуть не убили меня, – жалобно проговорила она. – Что тут происходит?Я дрожала как мокрая псина.– Ты не поверишь.Она поднималась за нами по лестнице, не переставая причитать. Я не вошла в свою комнату, распахнув перед ними дверь, и вновь почувствовала, что теряю самообладание. Мари все еще сидела в кресле, оттопырив нижнюю губу и обиженно глядя на меня.– Вот! Мертвая девочка! Синклер покачал головой:– Я никого не вижу, Элизабет.Я показала на Мари.– Но она прямо здесь. В кресле возле моей кровати. Видите?Они все смотрели на меня. В том числе и Мари, отчего становилось не по себе. Я попробовала снова.– Она вот здесь. В комбинезоне, с бантом на голове. В туфлях с цветными застежками. Как вы можете не видеть этих чудесных туфель? – Я обернулась к Тине и Синклеру. – Вы ведь видите ее, правда? Особое вампирское зрение или что-то вроде этого?– Не вижу, – извиняющимся тоном сказала Тина.– Вы не можете не видеть. Она прямо здесь!– Извините, ваше величество. Не вижу. – Затем Синклер, который все еще всматривался в пространство, ударил ее по локтю, и ее глаза расширились. – Ага, теперь вижу.– Вы, ребята, врете, – вмешалась Джессика. – Я так напрягаю зрение, что у меня заболела голова, но никого не вижу.– Вот же она, – показал Синклер. – Девочка, ребенок. Светленькая. С большими глазами. И спутанными волосами.– Ха! Значит, вы ее в самом деле видите!– Видим, – осторожно сказал Синклер, – потому что ты этого захотела.О, что это еще за чушь?– О чем ты говоришь?– Ты заставила нас увидеть, – объяснила Тина.– О чем это вы, ребята, толкуете?! – практически закричала Джессика.В этот момент Мари расплакалась.– Прекратите! – рыдала она. – Я ненавижу, когда обо мне говорят так, словно меня нет.– Господи, солнышко, не плачь, – быстро сказала я.– В чем дело? – спросила Джессика.– Она говорит, что ей не нравится, когда мы говорим о ней так, будто ее здесь нет.– Скажи ей, что мы извиняемся, – попросила Джессика, вращая глазами.Мари заплакала сильнее.– Я все слышу.– Джессика, уйди, – прикрикнула я. – От тебя никакой помощи!– Охотно! Я не нуждаюсь в галлюцинирующих кровососах. Плюс к тому же сегодня днем я не спала и до смерти сыта этими полуночными собраниями. – Она выскочила, громко хлопнув дверью.– Мари. – Я наконец начала успокаиваться. Ребенок был мертв и все такое, но она напугала меня не нарочно. И она была такой маленькой. – Мари, почему ты не сказала мне, что ты... хм...– Потому что я знала, что вы будете так себя вести, – прорыдала она.Я не могла этого выдержать. Бедняжка! Мертвая и брошенная, одна со мной в этом огромном доме. Навечно!Я быстро пересекла комнату, встала на колени и обняла ее. И почти сразу же отпустила. Это было все равно что обнимать ледяную скульптуру. Но по крайней мере теперь я могла до нее дотронуться.– Не плачь! – прошептала я в ее детское, маленькое, призрачное ушко. – Мы все устроим.Она всхлипнула и тоже обняла меня. Слишком крепко для ребенка.– Нет, вы не сможете. Никто не сможет.– Мы не похожи на других людей, которые раньше тут жили, – прокомментировал Синклер.Я повернулась и посмотрела на него, сажая Мари себе на колени.– Что, теперь ты нас слышишь?– Да. Она сначала говорила очень тихо, но теперь я ее прекрасно вижу и слышу. – На его лице появилось странное выражение. – Благодаря тебе.– О, прекрати. Послушай, Мари, есть ли причина, по которой ты находишься здесь? Может быть, нам надо найти твои... хм... кости или что-то еще?– Нет.– Смотри, а то мы можем поискать.– Превосходное занятие для воскресного вечера, – пробормотал Синклер.Я проигнорировала его слова, возвращаясь к своей теме.– Да, мы поищем. Затем, когда мы найдем твои... когда мы найдем тебя, мы сможем как следует похоронить тебя, и ты отправишься на небо.– Я похоронена в переднем дворе, – ответила она. – Под оградой на левой стороне, возле большого вяза.Я с трудом подавила тошноту. Тела маленьких девочек в моем переднем дворе! Господи Иисусе!– Ну... а-а... это... – Я не могла подобрать слов.– Мари, – сказала Тина, присаживаясь на корточки, пока ее глаза не оказалась на одном уровне с глазами ребенка, – почему ты здесь, дорогая?– Я жду мою маму.– А когда ты... когда люди утратили способность видеть тебя?Мари выглядела смущенной.– Мне пять лет, – наконец вздохнула она. – Мне уже давно пять.Тина попробовала еще раз:– В каком году ты родилась?– Мой день рождения в апреле, – гордо ответила она. – Это бриллиантовый месяц. Десятого апреля тысяча девятьсот сорок пятого года.Наступила пауза, затем Тина тактично заметила:– Но... дорогая... есть вероятность того, что твоя мама уже умерла. Почему ты не пытаешься найти ее? Я уверена, что она тебя ждет.– Она не умерла, – торжественно произнесла Мари, уставясь своими большими, полными слез глазами в темные глаза Тины.– Откуда ты знаешь? – спросила я с любопытством.– Потому что я все еще здесь.– И ты была здесь все это время? Она кивнула.– Тысяча чертей! – воскликнула я. Я могла видеть мертвецов! В точности как это странное существо в «Шестом чувстве».Теперь я начинала понимать, почему в этом доме все время менялись слуги. Отчаянное желание владельца продать его. Постоянно снижающиеся цены. Почему Мари никогда ничего не ела и не пила вместе со мной. Почему она всегда была здесь в любое время. Возможно, обычные люди не могли видеть Мари, но некоторые из них, наверное, чувствовали, что что-то не так, раз этот дом много лет оставался на рынке продаж.– Можем ли мы... – Я сглотнула. – Можем ли мы откопать тебя и перехоронить где-нибудь в другом месте?Мари пожала плечами.– Это очень интересно, – прокомментировал Синклер, – и нуждается в дальнейшем исследовании, но у нас есть другая работа.– Эрик Синклер, ты бессердечный ублюдок! – Я тут же прикрыла рот рукой. – О, черт, я не должна была этого говорить. Не должна была!Мари хихикала сквозь пальцы.– Все в порядке, – успокоила она меня. – Я знаю эти слова. Однажды, когда рабочие ремонтировали подвал и один из них уронил цементный блок себе на ноги...– Не важно, я могу догадаться об остальном.– Не обижайся, – ласково сказал Мари Синклер, – но у нас есть более срочные дела.– Заткнись, – прокашляла я в кулак.– Она оставалась здесь свыше полувека, – заметил он. Затем посмотрел прямо на Мари: – Мы о тебе не забудем.– Все в порядке, – сразу же отозвалась она. – Бетси может меня видеть. Она всегда видела. И она может дотрагиваться до меня. Вы ведь вернетесь, правда?– Обязательно, – заверила ее я. – Кроме того, у меня нет выбора. Я живу в этом... мавзолее. Но больше не подкрадывайся и не пугай меня, договорились?– Мм, ладно.– Посмотри, как она подпрыгивает от страха, – обратился Синклер к Мари, которая снова засмеялась.– А какие у нас дела? – спросила я. – Что, кто-нибудь еще... гм... что-нибудь еще случилось?– В городе появилось несколько вампиров, которые желают засвидетельствовать свое почтение, – объяснила Тина.– Уф.– А пули, которые я извлекла вчера ночью, были такими же, какие использовали эти подростки.– Охо-хо.– Так что нам нужно кое-что обсудить.– Хорошо. – Я обернулась к Мари: – Скучные взрослые дела. Извини. Но я вернусь.– Я буду здесь, – сказала она без намека на иронию. Глава 19 Мы начали ругаться, как только вышли из дома.– Как ты могла не заметить, что Мари – привидение? – спросил Синклер. – Сколько недель ты живешь в этом доме?– Мне хватало других проблем, – решительно заявила я. – Я что, должна была допрашивать пятилетнего ребенка? А сама она мне ничего не рассказывала.– Но разве ты не видела, что она всегда одинаково одета?– Ты явно не знаешь детей. Они могут быть ужасно упрямы. Да когда я сама училась во втором классе, то носила одну и ту же пару туфель целых два месяца.– Должна признаться, что никогда не думала, что увижу нечто подобное, – заметила Тина, когда мы все залезли в машину Синклера. – А я живу уже очень давно.– Увидишь что? Привидение? Да, это было действительно страшновато. Меня до сих пор бросает в дрожь, когда я о ней вспоминаю.– Постарайся взять себя в руки, – посоветовал Синклер, заводя мотор. – Королеве мертвых не пристало бояться потусторонних гостей.– Я, должно быть, пропустила эту инструкцию, – проворчала я.– Я никогда не видела привидений до этой ночи, – прокомментировала Тина.– Я тоже, – добавил Синклер. Он лихо выехал задним ходом с подъездной аллеи. Для рисовки.– В самом деле? Но вы ведь, ребята, были мертвецами гораздо дольше, чем я. – Хм, это прозвучало не слишком хорошо. – Я хочу сказать, что вы существуете дольше меня. Намного дольше.– Способность видеть мертвых и разговаривать с ними является строго привилегией королевы. И, если она пожелает, ее подданных.– Серьезно? Ха. Откуда ты знаешь?– Это предсказано, – одновременно ответили Тина и Синклер.Затем Тина добавила:– Так записано в «Книге Мертвых»: «И королева будет управлять всеми мертвыми, и они не смогут ни спрятаться от нее, ни утаить от нее никаких секретов». Вот так.Я чуть не ударилась головой о парусиновую крышу машины.– Проклятие! – Синклер чуть не съехал в кювет, а Тина съежилась от страха, но я была слишком зла, чтобы обращать на это внимание. – Со мной происходят совершенно странные вещи, а вы: «О да, так записано в «Книге Мертвых»». Но довольно! Мы сейчас сядем и прочтем всю эту мерзкую книгу от начала до конца. Где она? В отеле? Поедем и немедленно найдем ее.– Мы не можем, – сказал Синклер.– Почему это?– Потому что за один раз ее нельзя прочесть, не сойдя с ума.– О, у тебя вечно находятся отговорки, – выпалила я, после чего сложила руки на груди и не разговаривала с ними до тех пор, пока мы не оказались в отеле.Спустя три непродуктивных часа я подъехала к своему дому и, пройдя через парадную дверь, сразу же бросилась лицом вниз на кушетку в гостиной.– Черт возьми, какое несчастье, – проворчала я в диванную подушку.
1 2 3 4 5 6 7 8 9 10 11 12 13 14 15 16 17 18 19 20 21 22 23 24 25

загрузка...